Чтение онлайн

Кроме табельного, положенного каждому «контрразведчику» «вальтера», у Романова имелся еще пистолет с глушителем. Когда Мельник, получив пулю в затылок, опрокинулся навзничь, обратившись дебильной мордой к звездам, и Романов снял с него заветный пиджак, то первым делом разобрал пистолет и разбросал его части по пруду. Он чувствовал себя в абсолютной безопасности – теперь ему не страшна не только милиция, его не сможет изобличить и могущественный Интерпол.

– Вы за кого болеете в футбол, за «Спартак»? – спросил Гуров.

– Что? Футбол? При чем тут футбол? – ошарашенно потряс головой Романов.

– Вернитесь на грешную землю, наверное, уже проехали нужный поворот.

– Допустим, я отдам дискету, какая гарантия…

– Две дискеты, – перебил Гуров. – Я знаю, что существуют две дискеты.

Сыщик опять блефовал, но чутье и логика подсказывали, что такой человек не сложит все яйца в одну корзину.

Сыщик не ошибся: у Романова было две картотеки, одна содержала данные на каждого члена преступной организации, который попадал в его поле зрения. Тут могла быть и развернутая характеристика человека, и только кличка, и просто фамилия или имя и род занятий. Что Романов узнавал, то и записывал. В этой же картотеке находились и сотрудники милиции, прокуратуры и суда, никаких связей с преступниками не имевшие, но сталкивавшиеся с ними по роду службы. Так в картотеку попал полковник Гуров. Были здесь и мелкие взяточники, люди, принимавшие за свои услуги подарки, те, кто оказывал помощь, что называется, втемную, то есть не зная истинного лица своего протеже. По предложению руководства Романов недавно внес в эту картотеку имена известного депутата и популярного журналиста, пишущего на криминальные темы. Якобы они приняли крупные взятки и с ними установлен постоянный контакт.

Вторая картотека была записана на другую дискету и хранилась в тайнике сейфа. Знал о ней один лишь Романов. Здесь содержался компромат на известное ему руководство Корпорации.

Обе дискеты были надежно защищены. Первая находилась в компьютере и предназначалась для ежедневного пользования, но никто, кроме Романова, не мог дискету из компьютера вынуть, она мгновенно размагничивалась. Вторая тоже имела секрет, и использовать ее посторонний человек не мог.

Сколько трудов, изобретательности было затрачено, и теперь хотят всем завладеть, просто, элементарно, руками самого Романова. Он тряхнул головой: может, наваждение, может, снится? Но рядом сидел чертов сыщик, смотрел усмешливо, предлагал вернуться на грешную землю, и Романов, облизнув пересохшие губы, сказал:

– Я хочу иметь гарантии, что, получив мою картотеку, вы не шепнете своей агентуре, а она не донесет на меня.

– Всяк мерит по себе, кончайте торговаться, лучше подумайте, как отдать дискеты и не сгореть. Ведь на компьютере сидит дежурный телефонист, вы не можете забрать у него дискеты и уйти. Или вы решили дежурного убить и имитировать ограбление?

– Мы говорили о гарантиях, – упрямо повторил Романов.

– Сейчас мы подъедем к вашей конспиративной квартире, вы отправляетесь к компьютеру, я остаюсь в машине: меня не должен видеть дежурный, иначе вы обречены. Видите, я иду вам навстречу, хотя не верю и, отпуская одного, рискую. Я даю вам ровно пять минут, опоздаете – пеняйте на себя. Вы передаете мне дискеты, я ухожу, через несколько дней мы встретимся и обсудим, как жить дальше. Конец связи, как говаривал бессмертный Остап Бендер, «торг здесь неуместен».

Романов свернул на Киевское шоссе и помчался в центр. Неужели конец и нет другого выхода? А если дискеты размагнитить, избавиться от мента хотя бы на час и скрыться? По следу пойдет милиция и, главное, Корпорация. Улететь за Урал, спрятаться в глушь, отсидеться… В глухой деревне ни к чему деньги, тем более камни. И как жить? После цивилизованного мира он и в Москве адаптировался с трудом. Как он будет жить в Мухосранске? Сыщик сказал: «Встретимся через несколько дней». Он не будет меня убивать, предложит работать, значит, никакой катастрофы, я просто меняю хозяина. Классный специалист везде нужен. Сексот, а теперь и убийца, считал себя личностью незаурядной. А кто себя оценивает иначе?

На Ленинском проспекте Романов остановил машину у наземного перехода, кивнул на другую сторону.

– Я принял ваши условия и пошел.

– Ты все обдумал и просчитал, – сказал утвердительно Гуров. – Ты не дурак, не сумасшедший. – И быстро спросил: – Этаж, квартира?

Романов так же быстро ответил, выключил зажигание, хотел забрать ключи с собой, но Гуров остановил:

– Оставь. Иди. У тебя пять минут.

В три часа дня на Ленинском проспекте, в стороне от больших магазинов, людей не много и не мало, они деловиты, прогуливающихся практически нет, если только одинокая женщина с детской коляской. А машины идут сплошным потоком, изредка разрезаемым светофорами.

Когда Гуров ведет машину, то, поглядывая в зеркало, непроизвольно отмечает, не вяжется ли кто следом. В «Мерседесе» сыщик сидел сбоку, зеркала перед ним не было, черную, заляпанную грязью «Волгу» Гуров проглядел.

Романову повезло: работавший в эти сутки сменный телефонист был наркоманом. Хозяин, подкармливая служащего зельем, давно решил от больного избавиться и несколько дней назад приготовил смертельную дозу, но тянул с выполнением приговора, искал замену. Романов знал, что сегодня у компьютера дежурит именно Костик, так звали наркомана, и радовался, что хоть в чем-то легло в масть.

Когда Романов вошел, Костик бросился навстречу, потирая высохшие ладошки, заглядывая в глаза, быстро шевелил бескровными губами, рассказывал, кто звонил, чем интересовался. Костику можно было дать и тридцать, и шестьдесят, в зависимости от того, как давно он кольнулся. Сейчас у Костика начиналась ломка, и он был совсем плох.

Романов, как обычно, лишь кивнул, подошел к столу, просмотрел регистрационный журнал и покровительственно произнес:

– Вижу, вижу, сейчас получишь. – Он прошел в спальню, отпер вмонтированный в стену сейф, вынул заготовленный шприц, протянул Костику. – Ширнись и приляг, я тебя подменю.

Наркоман сделал укол прямо через брюки, сел на кровать и тихо повалился на бок. Не претендуя на оригинальность, Романов пробормотал: «Каждому свое» – и вытащил из потайного отделения сейфа дискету с компроматом на свое руководство.

Еще в машине Романов решил, что эту дискету отдавать сыщику нельзя, господ заберут, кто-то даст сок, и очень быстро Александр Сергеевич Романов лично окажется на нарах. Не отдать дискету тоже нельзя, сыщик – мужик серьезный. Романов нашел соломоново решение, вынул из компьютера дискету с общей картотекой, сунул на ее место новую, стер ее так, чтобы часть текста осталась, но восстановить его и понять возможности не было. Получив картотеку с кличками, приметами и характеристиками воров, убийц, агентуры из милицейской среды, чиновничьего люда, партаппарата, сыщик так обрадуется, что на испорченную дискету особого внимания не обратит.

Имей мозги, выход всегда найдется, самодовольно подумал Романов и взглянул на часы. Отпущенные пять минут истекли, он выскочил из квартиры, захлопнул дверь, кинулся к лифту.

– Не спеши! – сказал Гуров, стоя на лестничной клетке пролетом выше. – Не поворачивайся, положи дискеты на пол, вернись в квартиру, захлопни за собой дверь.

Романов присел, положил плотный конверт, поднял брошенные Гуровым ключи от машины и вернулся в квартиру.

Выйдя на улицу, сыщик глянул вдоль широкого несущегося проспекта, равнодушно скользнул взглядом по прохожим, ничего подозрительного не заметил и сел в троллейбус. Какие дискеты в кармане, успех или поражение – время покажет. В данный момент необходимо провериться, нет ли за ним «хвоста». Гуров вышел из троллейбуса, остановил такси, после очередного повышения цен за проезд они появились. Сыщик проехал мимо кинотеатра «Ударник» по Каменному мосту, свернул на улицу Фрунзе, проскочил туннель под Калининским проспектом, у Никитских ворот попросил свернуть налево и вышел на Малой Бронной, ближе к Садовому кольцу. Машин здесь было мало, и черную грязную «Волгу», которая выскочила из-за угла и быстренько нырнула в переулок, не увидел бы только слепой. Гуров не верил, что за ним могут наблюдать, проверялся для перестраховки и, обнаружив за собой слежку, удивился. Но факт остается фактом, его «вели». Теперь следовало выяснить, сколько ведущих и каковы их намерения. Сыщик вышел на Садовое, двинулся к площади Маяковского, неторопливо пересек ее, прошел несколько кварталов по Брестской, решив перекусить и поразмыслить, зашел в небольшое кооперативное кафе, расположенное напротив Дома кино. «Волга» с наблюдателями припарковалась неподалеку, сыщик успел заметить, что в машине, кроме водителя, двое мужчин.