Чтение онлайн

Став наемниками, легионеры вели себя куда свободнее, чем в Риме, где их связывала мощная римская военная традиция. Но именно то, что еще оставалось в легионе от этой традиции, и делало подразделение Скавра столь эффективным в Империи, где почти вся пехота представляла собой беспорядочный сброд. Неуплата жалованья была наилучшим топливом для бунта.

— Почему ты не написал мне? — спросил трибун.

— Во-первых, проклятые грунтовые дороги! Пойдешь — утонешь по самые помидоры. Сам понимаешь — какой нарочный проедет по такой грязи? Во-вторых… Ну, я не мастак писать… Да и не люблю я этого дела. Кроме того… — Гай Филипп крепко стиснул челюсти, собираясь с силами. Он явно готовился перейти к сути дела. — Если хочешь чего-нибудь добиться, лучше явиться самому. Покажи мне эту чернильную душу, которая занимается нашим жалованьем. Я лично откручу ему яйца. Если проклятые имперцы хотят нанимать солдат, то лучше бы они относились к нам как положено. Один из них скоро запомнит это на всю жизнь.

Скавр знал, кто этот провинившийся бюрократ. Марк тихонько вздохнул от удовольствия, предвкушая отличное зрелище.

— Я покажу его тебе, — обещал он Гаю Филиппу. — Только я хочу посмотреть, что ты с ним сделаешь.

— Справедливо, — отозвался Гай Филипп.

Он обвел взглядом крошечную комнатушку, где обитал Скавр. Там почти не было мебели — за исключением кровати, кресла, служившего одновременно подставкой для лампы, и изрядно побитого сундучка из сосновой древесины с вырезанной на крышке скабрезной сценкой.

— Я думал, ты живешь лучше, — заметил Гай Филипп. — Если Туризин держит тебя в черном теле, то, думаю, лучше бы тебе вернуться к нам. Кстати, когда ты возвращаешься в легион?

Марк беспомощно развел руками.

— Все далеко не так просто. С тех пор как Дракс улизнул, я не в слишком большом фаворе.

— А! Это… — с отвращением отозвался Гай Филипп. Конечно, он был в курсе событий. Легионеры, которых Скавр немедленно отослал назад после того, как барон Дракс бежал, принесли в Гарсавру все новости.

Поколебавшись, старший центурион позволил себе выразить сочувствие, облекая его в следующую форму:

— Чтоб чума забрала эту коварную сучку.

Скавр оказался в ловушке. Он был благодарен другу за понимание и вместе с тем испытывал странное желание защитить Хелвис. Поэтому Марк просто промолчал.

После нескольких неловких минут Гай Филипп удачно сменил тему разговора.

— Ребята без тебя скучают. Просили передать тебе самые наилучшие пожелания.

— Правда? — Марк был тронут. — Приятно слышать. — Неожиданная мысль мелькнула у него в голове: — А кто сейчас командует манипулами?

— Ну, тебя там нет… А Юний Блез… м-м… скончался… — Гай Филипп постарался проскочить эту скользкую тему как можно быстрее, поскольку младшего центуриона убила Хелвис. — Ну… Я повысил в звании Секста Муниция, теперь он — младший центурион. — Марк вопросительно поднял левую бровь. Гай Филипп добавил: — Знаю, он немного молод. Но в звании младшего офицера проявляет себя неплохо. Усердный, трудолюбивый парень. Отнюдь не глуп. И достаточно крепок, чтобы выбить дурь из любого, кто отвечает ему грубостью.

— Ну хорошо, хорошо. Я уверен, ты и без меня разбираешься, как поступать.

Старший центурион прослужил в легионах более тридцати лет и, уж конечно, лучше Скавра мог оценить качества своих солдат. Трибун был, в свою очередь, достаточно умен, чтобы понимать это.

— А как откосятся к Муницию другие командиры?

С тех пор как легион оказался в Видессе, в отряде появилось много новичков из местных солдат. Возможно, Гай Филипп мог не заметить, что видессиане не приняли Муниция. Но ответ старшего центуриона показал, что и эту проблему он обдумывал.

— Гагик неплохо ладит с ним.

Гагик Багратони командовал отрядом из двухсот васпуракан, который был преобразован в двойную манипулу.

Следующая фраза Гая Филиппа еще больше ободрила Марка:

— Муниций не настолько горд, чтобы не спрашивать совета у Багратони.

— Отлично, — сказал трибун. — Кстати, я рад, что в свое время у меня хватало ума поступать точно так же с тобой.

Сейчас Марк превратился в неплохого командира, но в армии Цезаря он был поначалу зеленым новичком — скорее политическим выдвиженцем, нежели военным, — и почти во всем зависел от своего старшего центуриона.

Гай Филипп хмыкнул с довольным видом.

— Как поживает Зеприн Красный? — спросил Марк.

— Все еще хочет оставаться рядовым бойцом. Что очень обидно, -ответил ветеран.

Марк покачал головой:

— Он неплохой солдат, но куда охотнее я увидел бы его в роли офицера.

Великан-халогай Зеприн Красный некогда командовал императорской гвардией Маврикия Гавра. Император и гвардия погибли в жестокой сече. Зеприн не уставал винить себя за то, что не пал рядом со своим повелителем, и наотрез отказывался принимать офицерское звание. Отныне он не желал подвергать опасности никого, кроме самого себя.

— А Пакимер? — продолжал спрашивать Скавр.

Гай Филипп смешливо фыркнул:

— Пакимер остается Пакимером.

Оба римлянина, усмехаясь, переглянулись. Отряд легкой кавалерии Лаона Пакимера не состоял непосредственно под командой Скавра; однако хатриши и легионеры несли службу плечом к плечу — так повелось со времен Марагхи. Легкомысленный стиль Пакимера выводил из себя методичного старшего центуриона. Но как бы небрежно ни делал свое дело Пакимер, результаты — на удивление — получались хорошие.

— Что еще я хотел сказать? — пробормотал Гай Филипп, рассеянно почесывая шрам на правом локте; левая рука, защищенная в бою щитом, шрамов почти не имела. Затем лицо старшего центуриона просветлело. — Ах да! Теперь у нас двое новых оптио: Пулион и Ворен.

— Оба сразу? — хитро спросил Марк.

— Да, оба сразу, — ответил Гай Филипп, не поддерживая шутки трибуна. — Думаешь, у меня хватило бы духа повысить в звании одного и забыть про другого?