Чтение онлайн

– Так, так, - задумчиво протянул Степаныч, - я так понимаю в процессе?
– делает жест рукой, как будто кого-то режет.

– Так точно, - для убедительности киваю.

– А ты их в тыл?
– пристально смотрит на меня.

– Так точно, - тяжело вздыхаю.

– Жестоко, но правильно, впредь наука будет, - и ехидно усмехнувшись по-доброму так, с какой-то нежностью в голосе произнес: - Стукачи вы мои родные.

– Да мы такие...

– Счас еще что-нибудь вспомним...

– А вообще Мажор молодец, - протянул Балагур.

– Что значит вообще?
– возмутился Сашка.
– Кто там рядом, дайте ему в ухо.

– Действительно, отлично командовал.

– Стыдно Вова, стыдно.

– Да идите вы нахрен, - подскочил Балагур, уворачиваясь от подзатыльника который ему примеривался отвесить Молот.
– Я в отличие от вас сразу говорил, что лучше Мажора только Хан.

Я был близок к истерике, очень... Чуть подушку не сожрал глядя на этих клоунов. Короче словили релакс...

Дорогу в больницу описывать не буду, тем более что даже не рассказывал ничего. Степаныч сразу пояснил:

– В больнице расскажешь, а то выплеснешь эмоции, Руслан ругаться будет, - и вздохнул.

Вот мне все интересно, а почему Степаныч так боится Рогожина? Понятно, что тот старше по званию, но ведь он куда старше по возрасту, а капитан постоянно его дрючит. Нет, оно конечно и нас гоняет по взрослому, но ведь они-то старые боевые товарищи, и знакомы были, когда Руслан был еще совсем сопливым. А тут регулярно выписывает ему по первое число. А ведь по логике должно быть наоборот... Пусть и не в таких масштабах все же капитан. Но? Странно это.

За размышлениями не заметил как прибыли на место. Рогожин уже потихоньку двигался, опираясь на костыли. Вот не лежится человеку... Хотя о чем это я? Попробуй полежать целыми днями, через боль начнешь бегать...

– О! Товарищ сержант, проходите, проходите, - заулыбался Рогожин.

Вытягиваюсь по стойке смирно:

– Товарищ капитан, разрешите доложить?

– Докладывай, - и вновь улыбнувшись, протянул ко мне руку, отодвинув в сторону один костыль.
– Иди обниму, чертяка...

Обнялись. Руслан махнул в сторону табуретки:

– Садись, рассказывай. А то Васильев перед отъездом позвонил, сказал: "Все путем. Скоро будут". И усвистал, а мы тут как на иголках. Рассказывай.

Ну что делать? Начал каяться. Во всем. Вскакивал, размахивал руками, хватался за голову, переходил то на шепот, то почти на крик. Рогожин и Иванов то качали головами, то задерживали дыхание, то смеялись...

– Эх. Наказать бы вас за самодеятельность, но чувствую, что у тебя уже заготовлена целая гора отмазок. Так что проехали.

Глядя на мое офигевшее лицо смеется:

– Ну что ты так смотришь? Понятно же, что начнешь доказывать, что зашел, посмотрел, донесение отправил, и самое главное вас не спалили. Ведь так?

– Так, - обреченно киваю.

– Документы и прочее нашел, про караван узнал, а громить его я забыл запретить, так?

– Так.

– Ну и нахрен мне на твою довольную рожу смотреть? Тем более ругать за идеально проведенную операцию как минимум глупо. Ты вон даже главаря не убил.

– Так ведь собирался, - в растерянности развожу руками.

– Так ведь не убил. Хотя почудили вы знатно. Это да. Что нашло? Не понимаю, - разводит руками.

– За то, кажется, я понимаю, - чешу затылок.

– Просвети.

– Я не уверен, но мне кажется, нас накрыло. Судя по симптомам.

– Накрыло?
– Рогожин сосредоточенно трет подбородок.
– Вы что в караване кокса стянули и нанюхались?

– Да нет. Чего мы там нанюхались не понятно. Но на хи-хи прибило конкретно, и не только меня...

– Может газ какой?
– внес предположение Степаныч, полулежа на второй кровати.

– Вряд ли, - качаю головой.
– Отпустило то довольно быстро. Скорее всего, продукты или вода.

– Или кофе с чаем, - задумчиво произнес Руслан, - был как-то случай...

– Точно, кофе. Его все пили, - как вы уже знаете, догадка оказалась верной.

– Степаныч, давай-ка бегом. Позвони в часть, пусть пара наших ребят сгоняет. Хотя мужики там тертые сами разберутся, но лучше подстраховаться. Только Хана пусть к телефону позовут, не надо посторонних посвящать.

Рогожин оказался прав и на базе без нас разобрались с напитками, правда, почудить успели, но без особых эксцессов. Так что об этом предпочли забыть. Чудили то начальство, а кому охота позориться?

– Руслан, а у тебя случайно нигде бананчика не завалялось?

– Хм... Случайно завалялось, а что?

– Можно один, а то понимаешь, так захотелось, аж скулы сводит, - признаюсь с просительной интонацией в голосе.

– Вон в тумбочке возьми, - показывает рукой направление. И с задумчивым видом смотрит на то, как я трескаю банан.

Потом повернувшись к Степанычу, делает пару небольших шагов, опираясь на костыли:

– А ведь я уже на них смотреть не могу, ты ж меня ими закормил.

– И что?
– прапорщик удивленно смотрит на Рогожина.

– А то, что тумбочку со вчерашнего вечера не открывали...

Степаныч удивленно смотрит на меня, и начинает принюхиваться, глядя как я поглощаю, после разрешающего кивка командира, второй по счету фрукт.

– Не пахнет.