Мастера
Шрифт:
Но вот идёт от центральной усадьбы к ферме человек. Он торит первую тропинку. Сначала это даже не тропинка, а просто глубокие следы. Глубокие следы в глубоком утреннем снегу. По этим следам идут другие люди — второй человек, третий, четвёртый…
Из отдельных следов образуется тропинка между сугробами. Три раза проходят здесь доярки на ферму и обратно.
К вечеру тропинка твёрдая, крепкая, утоптанная. Блестящей голубой ленточкой тянется она между сугробами.
Зимой трудно вставать рано-рано. А надо. Коровы ждут своих хозяек, есть хотят. Зимой доярка не только доит коров, но и кормит их. Дают коровам сено, сенаж, силос, всякие овощи, комбинированные корма.
А в полдень коров выводят погулять. Дышат коровы морозным воздухом, щурятся от солнца. Лизнут снежок языком, попробуют: что это такое, какого вкуса?
Погуляют — у них аппетит становится лучше. А раз аппетит лучше, — значит, больше молока дадут.
Казалось бы, простое дело — кормление коров, а вот ведь и его надо проводить по-научному. Если относиться к этому спустя рукава, никакого толку не получится.
Придут коровы с прогулки, станут на свои места и сразу головы к кормушкам опускают. А в кормушках уже вкусный обед приготовлен.
Топорщится хрустящее сено.
Вот в нём мелькнула пушистая головка розовой кашки, жёлтый глазок с белыми ресничками — это ромашка, а вот колокольчик, а вот цветочки земляники. Попал кустик земляники под косилку, и его скосили и высушили.
Ароматное сено, само в рот просится.
Насыплет Нина Игнатьевна сена да ещё польёт его патокой. Получается сладкий ароматный салат.
Когда льётся патока, высовывают коровы свои шершавые языки и ловят языками струйку. Такие сластёны!
Любят коровы и вкусные брикеты — сенаж.
Влажная свежая трава посыпана крупной солью и утрамбована, спрессована специальным трактором.
А ещё коровам часто дают овощной салат из брюквы, свёклы, репки, моркови.
Вот какое коровье меню!
Коровьи характеры
— Мама, почему Барышня на своё место не идёт? — спрашивает Таня и смотрит на Барышню.
Барышня — белая с небольшими чёрными пятнами, крупная, видная корова, — услышав голос девочки, чуть пошевелила ушами.
Скосила глаз в сторону Тани. Будто усмехнулась: не твоё дело, девочка! И дальше пошла.
Кормушка у Барышни оказалась пустой. Вот и пошла Барышня чужие кормушки проверять. Может быть, только ей, Барышне, не дали вкусного молотого зерна, а другим дали?
Прошла по всему ряду, все кормушки проверила. Пусто. Повернула назад и на обратном пути проверила кормушки: тоже пусто.
Не поняла Барышня, что сегодня не привезли любимое молотое зерно. Подумала, что Нина Игнатьевна просто поленилась засыпать его.
Пошла проверять в огромных ящиках, где запасы хранятся, нет ли там. Сбросила рогами фанерную покрышку, опустила голову до самого дна — пусто.
Постояла, подумала, тяжело вздохнула. Медленно пошла на своё место.
— Ну, Барышня, убедилась, что сегодня не привезли зерно? — спросила Нина Игнатьевна. — Вот уж, Барышня, настоящий ты контролёр! Ничего от тебя не спрячешь, всё тебе знать надо!
— Мама, а ты не разрешай ей ходить по двору, — советует Таня. — Скажи, что нельзя этого делать.
— Хорошо, Танечка, обязательно, — обещает Нина Игнатьевна. Но знает: сколько ни говори — Барышня всё равно по-своему сделает. Настойчивая корова.
А ночной сторож — скотник — очень любит Барышню. Он говорит:
— Пока Барышня на ферме, я и вздремнуть могу: ночь-то длинная, бывает, что и в сон поклонит… При малейшем шуме Барышня голос подаёт, беспокоится. Тут я сразу и бегу, проверяю, порядок навожу.
Идёт Таня по ряду — всех коров рассматривает. Рассматривает Таня коров, а сама из кармашка конфеты достаёт. Развернёт конфету, в рот сунет, а фантик в карман спрячет. На скотном дворе нельзя фантики или бумажки на пол бросать.
Подошла Таня к Каме. Кама почти вся чёрная, у неё белых пятен мало.
Потянулась Кама к девочке, как будто попросила, чтобы приласкали её. Не успела Таня погладить Каму, а та — р-раз! — и слизнула языком конфету с ладошки. Хруп-хруп — и съела.
— Вот глупая Кама! Это же шоколадная конфета! — засмеялась девочка.
— Му! — ответила Кама и облизнулась.
Развернула Таня вторую конфету и Каме протянула:
— Видишь, это же конфета…
А Кама прижала уши, вытянула шею и опять слизнула конфету. Съела. Понравилось, снова тянется. Ещё просит.
— Мама, — кричит девочка, — ты только посмотри, что Кама делает!
— Ах ты, Кама-Камушка, да разве можно тебя шоколадными конфетами кормить? Шоколадные конфеты маленьким детям покупают, а ты вон какая большая, — качает Нина Игнатьевна головой и стыдит Каму.
Но с тех пор сама нет-нет и принесёт молодой Каме конфетку, печенье или сладкую булочку.
Довольна Кама. Рада угощенью.
И Таня каждый раз стала приносить для Камы гостинцы.
— Ах ты, Кама-сладкоежка!
А Кама жуёт конфетку или мармеладку и от удовольствия жмурится. Ну да, сладкоежка — что поделаешь!
«Где же ваши коровы!»
— Мама, — спрашивает Таня, — если коровы пасутся на пастбище, они тоже узнают тебя?
— Конечно.
— Но ведь там они не ждут от тебя еды, как на ферме?
— Еды от меня не ждут, а голос мой знают.
…Однажды приехал к Нине Игнатьевне человек, который должен был отобрать коров для соревнования по машинной дойке. А коровы в это время были на пастбище.