Чтение онлайн

Я не могла видеть эту вину в его глазах.

– Наверное, мы можем винить себя. Но, знаешь, давай лучше во всём обвиним его.
– Меня начало клонить в сон.

– Это мы можем. Мы ещё успеем это обсудить. Ты уже утомилась, любимая.

– Если я сейчас отрублюсь, то ты можешь вернуться в отель и отдохнуть.

– Ни в коем случае.
– Он поцеловал меня в лоб.
– Я буду присматривать за тобой. А сейчас сфокусируйся на выздоровлении.

– А что будет дальше? Прежде чем я усну, мне надо кое-что знать.

Его кадык дёрнулся.

– Всё, чего ты захочешь. Я прослежу.

В его глазах был ясно написан вопрос. Я его оставляю?

– А какой у меня выбор? Люблю, когда всё ясно, Ruso.

– Ты знаешь, чего я от тебя хочу.

От настойчивости в его голосе я закусила губу.

– Ты хочешь всего?

Медленный кивок.

– Всего.
– Этот человек уже всё решил. Абсолютно. Terminado.

– А если ты снова станешь ревновать? И не будешь со мной разговаривать?

– Я понял - на собственном ужасном примере - что должен говорить с тобой.
– Хрипло начал он.
– И остаток жизни я хочу провести, пытаясь компенсировать своё прошлое отношение к тебе. Но я не хочу тебя торопить. Сейчас ты должна отдыхать и поправляться, чтобы побыстрее попасть домой.

Я не смогла удержаться от зевка.

– Домой?
– В Джэксонвиль? Я не хотела отправляться туда, даже на короткое время. Пока не поутихнет боль.

– В Майями у тебя теперь свой новый дом, moyo solnyshko. Там на кухне куча специй, которые просто необходимо рассортировать. А как только поправишься - получишь сообразительную собаку. Которую я воспитаю так, чтобы она меня любила.

Он купил мне дом в Майями?

– И там достаточно места для меня и моей собаки и даже для тебя?

– Конечно.

Я снова зевнула.

– Хочешь жить там с нами?

Он сглотнул?

– Ты уверена? Теперь ты свободна. Молода, состоятельна и можешь делать всё, что угодно - можешь получить всё, что угодно - в мире.

Я уже засыпала.

– Хочу моего русского. Давай жить вместе со мной и лохматой дворнягой, которую мы возьмём из приюта. Mi casa es su casa.

– А, моя Люсия хочет лохматую дворнягу. Мне следовало бы догадаться, что тебе нужен пёс, познавший жизнь на улице.
– Уже погружаясь в сон, я услышала: - Значит, я буду жить с тобой. Пока не смогу убедить тебя выйти за меня замуж.

Я сидела на коленях Максима, и Василий вёз нас в мой новый дом. Погода в Майями сегодня разгулялась. Изголодавшись по солнцу за время, проведённое в четырёх стенах, я подставила лицо лучам, пробивающимся сквозь окно.

Встретив нас у больницы, Василий распахнул дверь Бентли (новой) буквально со шляпой в руке. И что-то горячо забормотал по-русски.

– Что он говорит?
– спросила я у Максима.

– Что он очень рад твоему выздоровлению. И просит прощения за свои подозрения.

– Ты беспокоился о Максиме, - ответила я ему.
– Разве я могу тебя за это винить? Можешь обращаться за турроном в любое время до конца жизни.

Автомобиль снижал скорость, чтобы повернуть на мост.

– Узнаю места! Мы едем на остров "Индиан Крик"?
– Крошечный рай посреди Майями для самых богатых служил домом всего лишь для четырнадцати семей, хотя имел отдельное полицейское подразделение и собственного мэра.
– Всегда мечтала получить здесь работу по уборке домов, но у них просто жуткая служба безопасности.

– Согласна ли ты на лучший дом острова вместо несостоявшейся работы?

Я снова посмотрела на Максима.

– En serio? Si. Давай это сделаем.
– Я вертела головой по сторонам, чтобы ничего не упустить, одновременно ёрзая у него на коленях. Почувствовав, что у него встаёт, я вытаращила глаза. Максим явно оправился после ранения. Я улыбнулась.

Левый уголок его рта изогнулся.

– И я ведь так хорошо себя вёл.

Доктор сказал, что пока я полностью не восстановлюсь, мне нельзя заниматься сексом. Я откинулась на неповреждённую сторону груди Максима.

– Это воздержание будет хуже всего, верно, Ruso?

– Я бы предпочёл ещё одно ранение.

Мы повернули на подъездную дорожку, по обеим сторонам которой возвышались королевские пальмы, и при виде огромного особняка у меня просто челюсть отвисла. Максим не шутил, говоря, что наш будет самым лучшим.

Дом был выполнен в современном дизайне, с большим количеством огромных окон и с ослепительно-белой штукатуркой. Ко всему этому бесплатно дополнялся роскошный пейзаж вокруг.

Войдя в дом, я завертелась на месте. Интерьер был выполнен в гостеприиимных тёплых тонах. Стены украшали со вкусом подобранные картины. Высоченные потолки добавляли комнатам воздушности. Мягкое ковровое покрытие приглушало звуки.

Одна стена гостиной целиком открывалась во внутренний дворик - и выходила на бассейн, от которого просто дух захватывало. Зелёный газон доходил до самого пляжа с накатывающими на него синими волнами, на которых покачивалась моторная лодка.

– Te gusta?– спросил он.

– А мы можем здесь поселиться прямо сегодня? Это просто krasavitza. – подбежала я к нему.

Моё русское слово заставило его улыбнуться.

– Да ведь ты уже въехала. Я не шутил насчёт специй на кухне. На будущее здесь есть беговая дорожка и огороженный внутренний двор. Но, может быть, тебе больше по вкусу жить где-то ещё? Мы можем остаться в Джэксонвиле или на Северном Полюсе, или там, где сенбернары носят бренди.