Мастер тату
Шрифт:
– Задумываться никогда не поздно, – спокойно ответила Лагинская. – Например, тебе, милочка, задуматься о своем неподобающем тоне...
Кирилл оторвался от телефонной трубки, вернулся в комнату и вытащил Лику под локоть – пока дело не дошло до потасовки. Он поставил Лику рядом с собой и стал заново набирать номер. Когда разговор закончился, Лика вопросительно посмотрела на оперуполномоченного. Было понятно, что Кириллу сказали нечто иное, нежели он рассчитывал.
– Они хотят, чтобы я сначала приехал в отделение и все объяснил, – безрадостно сообщил Кирилл. – Дело, которым я занимался, передали в прокуратуру, так что теперь все стало сложнее. Во всяком случае, моментально охрану Лагинской мы не добудем.
– Вряд ли стоит ей об этом говорить. – Лика разглядывала антикварное трюмо в прихожей, заставленное шкатулками и коробочками. – Если ты сможешь быстро убедить своих, тогда тебе стоит съездить на работу. Я подожду тебя...
– Не уверен, что все выгорит быстро, – сказал Кирилл, отводя глаза. – Видишь ли, после того как случилась вся эта история с Мурзиком, меня временно отстранили...
– То есть ты все это время...
– Все это время, – негромко, чтобы не донеслось до Лагинской, сказал Кирилл, – у меня не было права производить оперативно-разыскные мероприятия. Согласно закону, – усмехнулся он, вспомнив процедуру изготовления плаката.
– Но ты это делал, – сказала Лика. – И если это не требовали от тебя на работе, то кто же требовал? Зачем тебе это было нужно?
– Я помню, что ты сказала, – проговорил Кирилл, все еще держа трубку у щеки. – Что если я не найду убийц Алены, ты сама возьмешься за дело. И я не хотел, чтобы у тебя были неприятности. Потому что когда берешься за какое-то дело, в котором ни черта не понимаешь, то обязательно нарвешься на такие неприятности...
– Ты не представляешь, как ты прав, – сказала Лика. – И я благодарна тебе, что до сих пор ты со мной. Благодарна, что ты до сих пор мне помогаешь. И будешь помогать, ведь так?
– Надо ехать на работу, – пробормотал Кирилл и неожиданно ощутил на своей щеке влажное горячее прикосновение. И увидел вблизи небесно-чистые Ликины глаза. – Черт! – вырвалось у него. – Конечно, конечно, я буду тебе помогать... Если ты будешь помогать мне... – он протянул руки, чтобы обнять ее, но Лика увернулась и приложила Палец к губам:
– Тихо! Там же Лагинская сидит и прислушивается!
Из комнаты немедленно раздалось:
– Ну как там с моей охраной? Есть голубоглазые блондины?
– Ищут, – коротко сказал Кирилл, глядя на Лику и непонятно чему радуясь...
Сорок минут спустя после их ухода Лагинской вздумалось позвонить водочному королю Хамакулову и напомнить ему об обязанностях спонсора. Хамакулов был в каком-то необычном возбуждении и соглашался на все предложения Лагинской, отчего та пришла в некоторое замешательство и спросила напрямую:
– Да что это сегодня с тобой? Обычно из тебя копейки не вытрясешь...
– У меня сегодня встреча, – сказал Хамакулов с мальчишеским восторгом в голосе. – Представляешь, учитель Тевосяна, Шароватов, нашел у себя в бумагах папку с юношескими рисунками Тиграна! Говорит, штук двенадцать листов, натюрморты и портреты! Старик нуждается, поэтому согласился мне их уступить всего за десять тысяч баксов! Я весь день просто сам не свой, жду не дождусь вечера!
– Какая скотина твой Шароватов, – с болью в голосе произнесла Лагинская. – Я с ним позавчера разговаривала по телефону, он даже не намекнул...
– Ты заплатила бы ему десять тысяч баксов? Откуда у тебя?
– Продала бы что-нибудь из вещей...
– Ты над своим старьем трясешься от жадности, ты никогда бы ничего не продала, вот поэтому Шароватов сразу и обратился ко мне...
– Какой ты грубый, Алик, – сказала Лагинская. – А ко мне, между прочим, уже экскурсии ходят. Знаешь, как раньше пионеры к ветеранам войны: "Расскажите, как вы сражались за нашу Родину..." А ко мне: "Расскажите, как вы дружили с Тиграном Тевосяном..." Чувствую себя просто музейным экспонатом.
– Кто это к тебе приходил? – без особого интереса спросил Хамакулов.
– Странная парочка, она студентка, он... – тут Лагинская вспомнила, почему вместе с девушкой был милиционер. – О черт! Вот с чего нужно было начать, Алик...
– С чего? – зевнул Хамакулов.
– Эти двое рассказали мне такие вещи...
Лагинская вздрогнула и обернулась на звук. Рука с телефонной трубкой сама собой опустилась вниз.
– Как вы сюда попали? – удивленно прошептала она, будучи абсолютно уверена, что закрыла дверь после ухода Кирилла и Лики. После этого никто не стучал, не звонил, и тем не менее...
– Что вам?.. – Она осеклась, разглядев в знакомых глазах ранее не виданную там решимость. И жестокость.
– Ты знаешь, – был ответ. Лагинская попыталась вскочить с софы, но удар бросил ее обратно, а после второго удара на софе остался лишь неподвижный цветастый комок, состоящий из женского тела и халата. Софа утратила товарный вид, пропитавшись кровью.
На этот раз пояс халата Лагинской развязали чужие пальцы.
Глава 19
– Так что, получается, я был прав с самого начала? – Кирилл задал этот вопрос без злорадства, без торжества в голосе, просто чтобы услышать ответ подполковника Бородина. Но Бородин не спешил отвечать.
– Видишь ли, – сказал он, аккуратно разложив ручки и карандаши у себя на столе. – С самого начала ты действительно выдвинул идею о серийном убийце. В прокуратуре сейчас тоже именно такие настроения. Но ты же потом кинулся за Мурзиком... Ну? – Бородин развел руками. – Так же нельзя. Нужно было держаться за какую-то одну версию. А ты и сам запутался, и меня запутал... И Львов сейчас бегает по городу молодым козликом, собирает документы, чтобы доказать прокуратуре, будто мы не валяли дурака, а вкалывали... Тринадцатое отделение тоже свою порцию звездюлей получит, что убийство Шверник засекретили... Н-да... Ты вот беседовал с лектором в юридическом колледже, специалистом по маньякам?
– Беседовал, – сказал Кирилл.
– Так почему не взял с него какую-нибудь справку? Было бы научное обоснование, пригласили бы его научным консультантом...
– Пусть сейчас пригласят...
– Так он же не местный, он из Москвы приехал, отчитал свои лекции да обратно подался... Львов его искал – не нашел. Да и с собакой этой – запрос сделал и забыл про него! Тоже не дело, Кирилл...
– А где ответ на запрос?
– У Львова. А вообще теперь прокуратура все под себя гребет. Так что если у тебя есть еще какие-то идеи, позвони им и расскажи.