Чтение онлайн

– Вы уже здесь, мои птенчики? Сейчас чайник поставлю.

А я думала, вы еще долго будете спать с дороги. Погодите немного, – бабушка Агата, появившаяся в дверях летней кухни, улыбнулась, а потом суетливо исчезла и зазвенела посудой.

Близнецы переглянулись. На кованом круглом столике в глубине сада стояло широкое блюдо с высокой горкой пышных горячих оладушек. Рядом вазочки с вареньем из абрикосов, виноградным джемом, гранатовым сиропом, повидлом из инжира и сгущенкой.

– Ммм… – облизнулся Никиас и погладил себя по животу, – какая вкуснятина!

Когда бабушка вернулась с подносом посуды: знакомым пузатым чайником, фарфоровыми блюдцами и чашечками, с салфетницей – все из одного набора – то обнаружила, что горка оладушек уже исчезла. А вазочки со сладостями наполовину опустели. Лишь на столе пятнами виднелись предательские липкие следы.

– Бабуля, прости, но чай в нас уже не влезет! – близнецы откинулись на спинки стульев с довольным видом. – У тебя такие вкусные блинчики!

– Это оладушки! – Агата поставила на стол чайный сервиз.

– Хм… блинчики-оладушки, оладушки-блинчики, – София пожала плечами, – как ни назови, все равно вкусно!

И пока Агата разливала чай, Никиас внимательно рассматривал бабушку (он вообще любил замечать детали). А она действительно не изменилась: знакомый добрый взгляд из-под очков с живым огоньком, ласковые трудолюбивые руки, глубокие морщинки на лице, седые кудри. И, конечно, ее любимое домашнее платье в мелкий цветочек.

София в это время любовалась садом. Маленький дворик был настоящим райским уголком. Бабушка обожала цветы и деревья, поэтому сад был заставлен глиняными вазонами, горшками с пальмами и цветами. Над коваными черными воротами шапкой свисали розовые благоухающие цветки, мягко окутывая двор сладким запахом. И чего только в этом саду не было! Не зря говорят, в Греции все есть! С прошлого года некоторые совсем жиденькие кустарники подросли и превратились в аккуратно стриженные зеленые шары. Двери дома украшали подвесные горшки с гибискусом и олеандром.

Оставив внуков одних, бабушка опять скрылась за дверями кухни.

– А теперь!.. – София радостно потирала руки, – купаться!

Но не тут-то было! В то же мгновение ребята услышали громкое прерывистое дыхание и почувствовали чей-то пристальный взгляд. Они одновременно обернулись в сторону соседского забора. Над ним висела круглая мохнатая голова с повисшими ушами и хмурым выражением на морде. Она пристально смотрела на детей, как будто изучая. Потом рыкнула и скрылась за оградой.

– Ой, собачка! – воскликнула София.

– Ой, собачка! – передразнил ее Никиас. – И как она, интересно, забралась на такой высоченный забор?

Пару минут они размышляли, внимательно разглядывая неприступную стену.

– Может, у нее есть крылья? – спросила София.

– Ха-ха! Летающая собака?! Такого не бывает! Это же не чайка и не птица какая-нибудь. Это – собака! – Никиас уверенно кивнул.

– Вот мы сейчас и узнаем! – София покрутила головой. Потом принесла старый деревянный табурет, стоявший у ворот (она его приметила еще вечером), и залезла на него. Но кроме верхушки вишневого дерева ничего не смогла разглядеть: забор был слишком высоким. Тогда Никиас предложил подставить под табурет что-нибудь еще. Дети начали сооружать лестницу из того, что под-вернулось под руку: подставка от старого вазона, обломки кирпичей, что лежали у сарая, какие-то дощечки, ржавое ведро и даже кошачья железная миска пригодилась.

И в тот момент, когда девочка почти добралась до самой верхушки стены, во двор вышла бабушка.

– София, что ты делаешь? Ты же упадешь! – закричала она и схватилась за голову.

София вздрогнула, потеряла равновесие, и вся импро-визированная конструкция под ее ногами с грохотом развалилась. За стеной раздался пронзительный собачий лай. Хоть Никиас и успел придержать сестру в полете, но та все равно свалилась на землю. На ее коленке красовалась свежая ссадина.

– Ну вот, – бабушка всплеснула руками, – не успели приехать, а уже коленка ободрана.

– Бабуля, мне ни чуточки не больно, – София пыталась успокоить Агату, – смотри, даже не заметно ничего. А что там за собака гавкала?

– Олимп-то? – бабушка внимательно рассматривала детей через очки. – Пес нашего соседа Зевса. Вы лучше не дразните его.

– Зевс, Олимп… – Никиас почесал затылок. – Что за имена такие странные?

– Имена как имена, – пожала плечами бабушка, – вашу маму тоже зовут Талия – в честь греческой богини.

– Да, но только ей это имя не очень-то и нравится, – встряла София, – так мама говорит.

– Не знаю, – возразила Агата, – как по мне, так очень хорошее имя. И звучит красиво, как песня: Та-ли-я.

Узнать тайну появления соседской собаки над забором так и не удалось. Сооружать еще раз неустойчивую конструкцию детвора не решилась. Бабушка хоть и добрая, но строгая. На кон поставлено многое: вдруг гулять не отпустит, или маме все расскажет – та еще «радость».

– Ладно, – сказала бабушка, внимательно рассмотрев Софию, – ссадина и вправду небольшая. Будь аккуратна! А сейчас идите на море, пока солнце жарит не так сильно, но чтобы к обеду вернулись.

– Ура! На море! – в один голос крикнули брат и сестра и тут же забыли о летающем псе и его неразгаданном секрете.

Дорожки Линдоса постепенно наполнялись местными жителями, спешащими по своим делам, любознательными туристами и праздными отдыхающими. Кафетерии раскрыли зонтики на летних верандах в ожидании гостей, повсюду витал запах кофе. Продавцы сувениров разложили товары на столиках. Чудесный поселок жил своей особенной неспешной сказочной жизнью.