Макроскоп

Иво не сразу понял, что за ним следят. Небольшой эксперимент подтвердил эту тревожную мысль – как только Иво начинал идти, тут же трогался незнакомец.

Он видел этого мужчину, бледного, мясистого и потного в закусочной, однако осознал этот факт лишь когда увидел преследователя несколько раз. Это его встревожило.

Иво был стройным молодым человеком двадцати пяти лет с короткими черными волосами, карими глазами и бронзовой кожей. Он мог бы незаметно затеряться среди населения любого большого города мира. И сейчас он мужественно пытался это сделать, но преследователь не щадил.

Теперь это случается не так часто как раньше, но Иво знал, что люди вроде него иногда таинственно исчезают в различных районах страны. До сих пор он лично не испытывал на себе ничего более страшного, чем необъяснимое увеличение счета в отдельных ресторанах или внезапная нехватка мест в мотелях. Были также косые взгляды и демонстративно громкие замечания, но это все не в счет. Он научился контролировать свою ярость, а со временем и избавляться от нее.

Но самая настоящая слежка – это больше, чем досадная мелочь. При мысли об этом в желудке появились неприятные ощущения. Иво не считал себя храбрым человеком, и одно только переживание подобного сорта заставило его с тоской вспомнить относительно безопасную жизнь во времена проекта. Но, однако, прошло десять лет, и возврата быть не может.

В его воображении появился рослый белокожий джентльмен, который, приблизившись к нему, кладет свою липкую руку на его запястье и говорит: «Мистер Арчер? Пожалуйста, пройдемте со мной», а затем моментально показывает незаконное оружие, которое превращает притворную вежливость в грубую команду. Затем обреченное путешествие в уединенное место – скорее всего, какой-нибудь крысиный подвал, где...

Лучше обратиться к этому человеку немедленно, здесь, на улице, где много людей. Сказать ему: "Вы за мной следите, сэр?", делая ударение на слове «сэр». А пока тот будет невнятно отрицать, удалиться, временно освободившись от его назойливости. Затем сразу за угол, короткий прыжок во взятый напрокат автомобиль и вперед куда-нибудь, все равно куда, только бы побыстрее затеряться.

Иво зашел в аптеку и спрятался за возвышающейся грудой выставленного товара, выжидая, и в то же время украдкой разглядывая этого человека. Сработает ли прямой вызов – или прохожие пройдут мимо, опасаясь впутаться или просто пожалеют из чувства сострадания. За стеклом он увидел потрепанную белую женщину с двумя непослушными мальчиками, негритянского подростка в разбитых кроссовках, а за ними, у входа в аптеку, топтался преследователь, вытирая пот со своего бледного лица. Переодетый полицейский? Не похоже – не было бы этой скрытности.

Черное подозрение превратилось в уверенность, стоило только над этим задуматься: когда этот человек до него доберется, жизнь уже никогда не будет такой как прежде. Жизнь? Хуже того, в течение часа Иво Арчер исчезнет с поверхности Земли и никогда...

Он должен встретить своего врага лицом к лицу.

– Да?

Он посмотрел вверх и вздрогнул. К нему приближалась продавщица, несомненно заметившая бесцельность его визита и заподозрившая мелкую кражу. В ее вопросе было нетерпение. Иво виновато осмотрелся и нашел первый попавшийся повод. Он стоял рядом со стеллажом с солнцезащитными очками

– Это.

– Это женские очки, – заметила она.

– О! Да; ну, вы же лучше знаете.

Она провела его к стеллажу с мужскими очками, и Иво взял первую попавшуюся пару, хотя очки ему были ни к чему. Он заплатил цену, которая ему показалась подозрительной и надел их. Теперь у него не было повода оставаться в магазине.

Иво вышел и понял, что у него не хватает мужества осуществить свой замысел. В глубине души он был упрямым, но мужественным – нет. Его запястья коснулась необычно твердая рука. Грубые черные волосы пробивались на центральных фалангах трех пальцев.

– Мистер Арчер? – спросил человек.

Голос, тоже несколько грубый, как у человека с хронически воспаленным горлом.

Иво остановился, нервно теребя правую дужку очков. Он был зол на себя, но еще больше испуган. Он уже не мог отличить фантазии от реальности. Иво посмотрел на преследователя, все еще отталкиваемый неестественной бледностью его лица и слабым запахом пота.

Под сорок, одежда неофициальная, но хорошего покроя, обувь дорогая, но слишком новая. Это не профессиональный филер – эти жесткие туфли должно быть трут.

– Да.

Он попытался изобразить занятого человека, которому не нравится подобное обращение, но понял, что ему это не удалось. Преследователь его уж никак простаком не был.

– Пожалуйста, пройдемте со мной.

Иво не мог грубить людям, даже в подобных ситуациях, – это была его слабость. Но в его намерения не входило сопровождать незнакомца куда бы то ни было.

– Кто вы?

Человек занервничал:

– Я не могу вам сказать этого здесь.

Но как только Иво подумал, что добился какого-то преимущества, волосатые пальцы вновь стиснули предплечье. Они были холодные и вовсе не вялые.

– Это важно.

Нервозность Иво возросла. Он тронул свои бесполезные очки и посмотрел в сторону.

На длинной улице не было ничего, что могло бы хоть как-то отвлечь внимание: просто двойные ряды обычных для Джорджии домов, неотличимых от домов в Каролине или Флориде, вдоль которых тянулись неухоженные тротуары и наклонные площадки для парковки. Счетчики на стоянках напоминали чудовищные спички, поставленные вертикально головкой вверх. Вспыхнут ли они, если солнце будет продолжать безжалостно жарить, или для этого необходимо прикосновение металла, например монеты? Его пальцы нащупали в кармане теплый диск: пенни. Не след вам было парковаться в полуденный жаре...

– Сожалею, – сказал он. – Всего хорошего.

Высвободил руку и сделал шаг вперед. Он сделал это! Он оторвался...

– От свинства нет средства, – пробурчал незнакомец.

Иво повернулся и стал ждать, глядя в никуда.

– Моя машина – прошу сюда, – сказал человек и опять взял его руку. На этот раз Иво последовал за ним без сопротивления.

Машиной был взятый напрокат электрический флоатер, штучка не для поездок в городе.

Капот широкий и длинный, как у машин с двигателем внутреннего сгорания: достаточно места для солидного количества батарей. Юбка воздушной подушки была слегка оттопырена.