Люблю, убью, умру...
Шрифт:
Я позвонила Вере часа через два — она была уже дома, поблагодарила меня за любезный прием. И опять я поверила в то, что она — моя сестра…
Я мучилась до поздней ночи, пока не вернулся Саша. Следовало ему рассказать обо всем, но я вдруг решила, что преподнесу ему сюрприз, когда приглашу Веру на нашу свадьбу. Сама одену ее, сама накрашу, причешу… Все в обморок упадут! И Аглае не буду пока говорить, пусть тоже удивится, когда придет время…
Мы чуть ли не каждый день перезванивались с Верой. Говорили долго, сердечно, но новой встречи не получалось пока — то у нее не было времени, то у меня.
Я шила платье. До свадьбы оставалось совсем мало времени, и надо было торопиться.
— Сама шьешь? — удивленно спросила меня Вера по телефону, когда я сказала о своих заботах. — Ты молодец…
— О, это не так уж сложно!
Я посвятила ее в свой план — какой будет для всех сюрприз, когда она появится у меня на свадьбе. Точь-в-точь — моя копия…
— Ну, я не знаю, стоит ли? — засомневалась она. — А Саша не обидится, что ты его не предупредила заранее?
— Что ты! Он золото… Ты его не знаешь, он будет ужасно рад тебе и тому, что у меня, оказывается, есть сестра! Ой, совсем забыла…
— Что?
— Нет, не пугайся. Я вспомнила про Мишеля — он француз, работает в том же клубе, что и Саша. Он меня как-то спрашивал, нет ли у меня сестры… Я вас непременно познакомлю!
В своих мыслях я уже свела судьбы Веры и Мишеля.
Я хорошо помню этот день — с утра я принимала экзамен, последний в январе, а потом помчалась домой. Все было как в тумане — лица студентов, юную веселость которых не могла омрачить даже сессия, торжественный вид Аглаи, снисходительные взгляды Викентия…
— Ну, теперь уж только на твоей свадьбе увидимся, — важно произнесла Аглая. — У тебя все готово?
— Не совсем, кое-что надо доделать… Столько возни с этим платьем!
— Ладно, беги… Кстати, я такой подарок тебе купила! — мечтательно пробормотала она, но тут же спохватилась. — Но не скажу, какой… Сюрприз.
— Тебе тоже будет сюрприз, — сказала я, торопливо натягивая на себя пальто. — Все в обморок упадут…
— Кажется, я догадываюсь… — промурлыкала Аглая, скользнув взглядом по моей фигуре.
— А вот и нет! Совсем не то, что ты думаешь! — злорадно перебила ее я. — Этот сюрприз касается моего прошлого. Ни за что не угадаешь!
— Да? — растерялась она, и ее тут же скрутило любопытство. — Лизочка, как интересно… Ты хотя бы намекни!
— Нет. Все, я бегу…
Теперь оставшиеся до свадьбы два дня она будет корчиться от любопытства. Возможно, даже потеряет сон и будет пытать своего Леонида Ивановича всевозможными гипотезами, которые у нее возникнут на мой счет…
Платье было почти готово, оставалось только вшить «молнию» — операция тонкая и ответственная. Шов должен быть идеально ровным, а «молния» — незаметной. Мама не раз повторяла, что из-за неправильно вшитой «молнии» может испортиться весь внешний вид изделия, будь оно хоть из трижды красивой ткани.
Я рассчитывала провозиться до вечера, но неожиданно уложилась в полчаса. Так бывает иногда — когда полностью сконцентрируешься на какой-то работе, движения становятся автоматическими.
«Надо же! — удивленно подумала я, придирчиво изучая шов. — Какая я мастерица…»
Платье надо было непременно примерить.
Я надела его — оно сидело плотно, точно по фигуре. Изогнувшись, с трудом застегнула на спине «молнию».
Чудесно, чудесно… Я была похожа на статуэтку, вырезанную из кости. Или изо льда. Ткань издалека казалась почти белой, но вблизи было видно, как переливаются морозные узоры — от перламутрово-белого, до светло голубого.
Теперь туфли… Туфли были на каблуках, отчего я казалась выше и тоньше. «Надо будет сказать Вере, чтобы она тоже надела туфли на каблуках… — озабоченно подумала я. — А есть ли они у нее?»
Я побежала к телефону.
— Вера, у тебя туфли на каблуках есть? — не поздоровавшись, спросила я.
— Есть, — растерянно ответила она. — Черненькие такие, лодочки…
— А светленькие?
— Я посмотрю, но, кажется…
— Вот что, — решительно сказала я. — Завтра я заеду к тебе. Кое-что привезу. У нас же все размеры одинаковые…
— Лиза, ну зачем… — простонала она, пугаясь моего напора.
— Не спорь, а то я расстроюсь!
Итак, я надела туфли, повесила на локоть сумочку, вместо свадебного букета свернула кулек из бумаги. Просто дивно…
Я прохаживалась перед зеркалом, вертелась в разные стороны, то наклонялась, то выпрямлялась… Я буду самой прекрасной невестой на свете! Интересно, что скажет Саша?.. Я представила себе день свадьбы и почувствовала, что ужасно волнуюсь — внутри меня все прямо-таки дрожало. О, надо будет исхитриться кинуть букет так, чтобы он попал прямо к Вере в руки. Потом ее увидит Мишель… Или Альберт… Ведь он, кажется, тоже не женат…
Я хотела всего и сразу — сделать так, чтобы Вера тоже выглядела прекрасно, чтобы в нее кто-нибудь влюбился, чтобы она была счастлива, как и я… Я помогу ей. Я устрою ее жизнь. Боже, как она печальна, смиренна, тиха, трогательна…
В голове моей все перемешалось.
— Да, а голова! — растерянно произнесла я вслух. Возясь с платьем я совсем забыла, что моя голова тоже требовала внимания. Фату я не покупала, шляпку так и не нашла… Заколки, бантики, перышки, которыми я надеялась украсить свои волосы, вдруг показались мне чудовищно безвкусными. Ну вот, дождалась последнего момента! — Что же делать? — растерянно спросила я у своего отражения. И вдруг на меня снизошло озарение. Оставалась еще довольно длинная и достаточно широкая полоска ткани от моего платья. А что, если намотать ее на голову вроде тюрбана?..
Я решила попробовать.
Первые три попытки оказались неудачными, ткань не желала ложиться ровно, съезжала вниз, скользила в руках… А потом получилось: небольшой тюрбан, концы которого завязаны так, что свешиваются чуть-чуть на плечо. Из-под него выбивались колечки волос на висках, словно у красоток начала двадцатого века. Мне так понравилось, что я чуть не запела вслух…
Я была прекрасна. Невероятно хороша! И все это я сделала собственными руками!
Я опять принялась разглядывать себя и так и эдак и не находила ни в чем изъяна.