Чтение онлайн

— Извини пап, но я приняла свое решение.

Его лицо покраснело, в глазах было непонимание. Раньше, в исключительных случаях, он занимал твердую позицию, я отступала. (Или спокойно делала свои дела за его спиной.) Но сейчас... Меня было не переубедить. На этот раз мой папа показался мне старым и неуверенным. Более того, это была моя проблема, только моя.

— Пожалуйста, верь мне, — произнесла я.

— Эв, милая, ты не должна это делать, — сказал папа, пробуя другую тактику. — Мы можем придумать что-нибудь самостоятельно.

— Я знаю, мы можем. Но у него уже есть адвокаты, которые работают. Это к лучшему.

— Тебе не нужен собственный адвокат? — спросил он.

На его лице появились новые морщинки, как будто этот один день его состарил. Ко мне подкралось чувство вины.

— Я поспрашиваю, найду кого-то подходящего для тебя. Я не хочу, что у них было преимущество, — продолжил он. — Кто-то должен знать приличного адвоката по бракоразводным делам.

— Папа, у меня нет денег на защиту. Мы собираемся сделать это как можно проще, — сказала я с натянутой улыбкой. — Все хорошо. Мы позаботимся об этом, и затем я вернусь.

— Мы? Милая, ты едва знаешь этого парня. Ты не можешь доверять ему.

— Весь мир, вероятно, следит за нами. Что может быть еще хуже? — я послала безмолвную молитву на небеса, что никогда не хочу знать ответа на этот вопрос.

— Это ошибка... — папа вздохнул. — Я знаю, ты так же разочарована из-за стажировки, как и я, но нам нужно сделать паузу и обдумать.

— Я обдумала. Мне нужно убрать этот цирк от вас с мамой.

Папин взгляд прошелся по темному коридору, ведущему туда, где мама лежит в медикаментозном сне. Последнее, что я хотела бы для своего отца, это разрываться между нами двумя.

— Все будет хорошо,— сказала я, желая, чтобы это было правдой. — Правда.

Он опустил голову:

— Я думаю, ты поступаешь неправильно. Но позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится. Если ты захочешь вернуться домой, я сразу организую тебе перелет назад.

Я кивнула.

— Я серьезно. Позвони мне, если что-нибудь понадобится.

— Да, конечно, — я не стала бы.

Я взяла свой рюкзак, только что прибывший из Вегаса. Ни единого шанса обновить запас одежды. Вся моя одежда была в квартире. Я пригладила волосы, заправляя их аккуратно за уши, пытаясь сделать мой внешний вид менее похожим на крушение поезда.

— Ты всегда будешь моей хорошей девочкой, — сказал папа грустным голосом.

Я не знала, что сказать.

Он погладил меня по руке:

— Позвони мне.

— Да, — приглушенно произнесла я. — Попрощайся с мамой за меня. Я свяжусь с тобой в ближайшее время.

Сэм сделал шаг вперед:

— Ваша дочь находится в надежных руках, сэр.

Я не стала ждать, чтобы услышать папин ответ. В первый раз за столько часов я вышла на улицу. Разверзлась преисподняя. Инстинкт требовал поджать хвост, бежать и прятаться. Но, когда рядом со мной было большое тело Сэма, было не так до умопомрачения страшно, как раньше. Он обхватил рукой мои плечи и подтолкнул вниз по садовой дорожке к ожидающей толпе. Еще один мужчина в строгом черном костюме подошел к нам, прокладывая путь через толпу с другой стороны. Уровень шума увеличился. Женщина кричала, что она ненавидит меня, и назвала меня дрянью. Кто-то хотел, чтобы я передала Дэвиду, что любит его. Хотя, больше всего было вопросов. Мне в лицо пихали камеры, ослепляли вспышками. Прежде чем я успела споткнуться, Сэм был там. Мои ноги едва касались земли, когда он и его друг поспешили поместить меня в ожидающую машину. Не лимузин. Лорен была бы разочарована. Это был изящный новый седан с полностью кожаным салоном. Дверь захлопнулась за мной, и Сэм с его другом забрались внутрь. Водитель кивнул мне в зеркало заднего вида, затем осторожно тронулся с места. Люди барабанили в окна и бежали рядом. Я свернулась калачиком на середине сидения. Вскоре они остались позади.

Я возвращалась к Дэвиду.

Своему мужу.

Я спала весь недолгий перелет до Лос-Анджелеса, свернувшись в суперудобном кресле в углу частного самолета. Это был уровень роскоши выше всего, что я когда-либо могла вообразить. Если бы ваша жизнь перевернулась с ног на голову, вы должно быть также наслаждались бы богатством, пока были тут. Сэм предложил мне шампанское, и я очень вежливо отказалась. От мысли об алкоголе меня все еще выворачивало наизнанку. Вполне возможно, я никогда не буду пить снова.

Моя карьера была временно отправлена в ад, но не беда, у меня был новый план. Получить развод. Это было захватывающе просто. Мне нравилось это. Я возвращала контроль над собственной судьбой. Однажды, когда я выйду замуж, если я выйду замуж, это не будет незнакомец из Вегаса. Это не будет ужасной ошибкой.

Когда я проснулась, мы приземлялись. Другой блестящий седан стоял в ожидании. Я никогда не была в ЛА [2] . Он выглядел столь же оживленным, как и Вегас, хотя с меньшим шиком. Множество людей были все еще активны, несмотря на час ночи.

Когда-нибудь я должна была отважиться включить телефон. Лорен наверняка волновалась. Я нажала маленькую черную кнопку, и на экране замелькали яркие огоньки, оживает. Сто пятьдесят восемь текстовых сообщений и девяносто семь пропущенных вызовов. Я тупо моргнула, глядя на экран, но количество не изменилось. Вот черт! Видимо, все, кого я знала, услышали новости, как и все остальные люди, которых я не знала.

Мой телефон издал отрывистый звук.

Лорен: Ты в порядке? Где ты?

Я: В ЛА. Еду к нему, пока все не успокоится. Как ты?

Лорен: Я отлично. ЛА? Живи мечтой.

Я: Частный самолет был потрясающий. Хотя его фанаты сумасшедшие.

Лорен: Твой брат сумасшедший.

Я: Извини за это.

Лорен: Я могу справиться с ним. Чтобы ни случилось, не разрушай группу!!!

Я: Поняла.

Лорен: Но разбей ему сердце. Он написал «San Pedro», после того как «как-там-её» изменила ему. Этот альбом стал бриллиантовым.

Я: Обещаю оставить его в подорванном дрожащем беспорядке.

Лорен: Так держать.

Я: хх

*

Было около трех часов ночи, когда мы подъехали к массивному в Испанском стиле 1920-годов особняку в Лорел-Кэньоне [3] . Восхитительно. Хотя папа не был бы впечатлен — он предпочитал чистые, современные линии с минимумом пустяков. Четыре спальни, две ванные комнаты — состоятельный дом в Портленде. Но я не знаю, было что-то красивое и романтичное в такой расточительности. Декоративное черное кованое железо на белых стенах.