Чтение онлайн

— Товарищ не понимает. Моя принцесса, может, пояснишь ему, что нехорошо так с гостями обращаться?

— Что ж с ним, таким невоспитанным, поделаешь? Возьмет и раздавит клеточку, а я столько над ней трудилась… — подхватила веселый тон волшебница и пощекотала змею легким ударом тока.

Но веселья не получилось. То ли зверюга была голодна, то ли тупа, а может, просто разряд тока вызвал конвульсивный спазм всех мышц, но железная клетка вдруг стала со страшным треском быстро проминаться внутрь. Лэя, испуганно вскрикнув, перешла к радикальным мерам. Непонятно, где она подсмотрела методы газовой резки металлов, но изобразила что-то очень похожее, с ходу раскроив и железную решетку, и все три кольца шерстяного Змея Горыныча. В результате четыре самостоятельных витка этой жуткой ночной колбасы стали выплясывать тропическую самбу, щедро поливая все вокруг кровью. К тому же все это сопровождалось воистину диким верещанием и воем. Хорошо еще, что длился этот танец только несколько секунд, а то, как Лэя призналась потом, можно было и поседеть от такого концерта.

Несмотря на раннюю побудку, ни спать, ни есть никому после этого уже не хотелось. Так что путники быстро упаковали вещи и отправились дальше в поход. Вечером того же дня они пробились сквозь кустарники и вышли на песчаный пляж внутреннего моря.

Лэя с Женей буквально свалились с лошадей. С облегчением плюхнувшись на песок и обняв друг друга, они стали любоваться причудливой картиной чуть вогнутого зеркала серой воды, уходящей в бесконечность и сливающейся где-то высоко с синеватыми тучами. В голове царила одна мысль на двоих: «Мы дошли до моря! Дошли, несмотря на все препятствия!»

Экстремальные туристы еще не знали, как пересекут водное пространство и какие опасности ждут их на пути, но они добрались досюда, и это вселяло надежду в собственные силы: они смогут сделать и все остальное возможное и невозможное, чтобы спасти от неминуемой катастрофы этот, несмотря ни на что, прекрасный мир.

Путники сидели на песке, вытянув ноги к лениво облизывающей ботинки воде и прислонив голову друг к другу. С боков похрапывали прядающие ушами еще две лохматые головы их верных спутников. Они молчали. Им опять были не нужны слова, чтобы продолжать постоянный диалог: «а знаешь…» — «как здорово…» — «ты видел…» — «а может быть…».

Начинало смеркаться, и Женя, с сожалением нарушив миг покоя, спросил:

— Ну что, моя принцесса? Поздравляю с достижением внутреннего моря!

— Как же долго мы до него добирались, — вздохнула Лэя.

— Учитывая пройденный путь, совсем не долго. Полтора десятка дней не прошло, как из дома вышли. Представляешь, если бы пешком пришлось топать?

— Ужас! Наверное, с месяц такой пытки получилось бы!

— Не меньше. Спасибо лонкам за лошадок!

— Как-то там Хлюп без нас? — взгрустнула Лэя.

— Скорее всего, лучше, чем ты сейчас, — сидишь и печалишься, вместо того чтобы радоваться достигнутому рубежу, — немного ворчливо попытался растормошить принцессу землянин.

— Действительно, не время хандрить. Лучше скажи, что дальше будем делать? Кажется, уже темнеет.

— Пойдем вдоль берега искать место для ночевки, — ответил землянин, всматриваясь в береговую линию справа. — Если карты в книжках не врут, то там должен быть длинный мыс, далеко выдающийся в воды внутреннего моря. Кстати, судя по изгибу береговой линии, похоже, что это именно так.

— Тогда идем направо?

— Да, прямо по пляжу, по самой кромке влажного и плотного песка. Мне кажется, берег здесь должен быть преимущественно песчаным, если, конечно, какие-нибудь мангровые заросли не встретятся.

— А почему?

— Здесь равнина, значит, море, по крайней мере в прибрежной зоне, должно быть мелким, а волны за миллионы лет превратили все каменные породы в песок. Нам надо найти какое-нибудь место для стоянки посуше и побезопасней.

Пройдя с полчаса вдоль берега, они наткнулись на идеальное место для лагеря в дельте небольшого ручья. Постоянно мигрирующая в песке вода создала прекрасный холм-островок, поросший травой и мелкими кустиками и ограниченный с одной стороны ручьем, а с другой — морем. Даже дрова нашлись в виде пары сухих деревьев, некогда выброшенных волной на песок.

Немного досадным было то, что ночи постепенно удлинялись по мере продвижения в глубь впадины, и теперь приходилось ровно половину суток проводить в лагере. С полночи, правда, можно было ориентироваться без света костра, так как появляющиеся где-то за облаками звезды пробивались сюда своим светом, но для путешествия этого явно недоставало.

Зато появилось время приводить все в порядок, ухаживать за лошадьми, неспешно готовить еду и, самое интересное, заниматься друг другом. Кроме игр и ласк, у путешественников было неограниченное количество тем для разговоров. За их спинами стояли две совершенно разные цивилизации. Так что языки у них уставали от постоянных бесед, в которых они узнавали мир, вселенную и, конечно, своего спутника по путешествию.

Утром, после прекрасно проведенного отдыха, Лэя все же показалась Жене немного задумчивой.

— Плохо спалось, котенок? — Он стал так иногда называть девушку, после того как она призналась, что так любил ее звать отец. Хотя котята на Сэйларе несколько другие, но маленькие пушистые любимцы всегда владеют сердцами своих хозяев, вне зависимости от длины носа или ушей как самих питомцев, так и их хозяев. Принцесса, во всяком случае, прямо таяла от такого обращения, чем землянин и стремился пользоваться при любом удобном случае.

— Нет, спалось не плохо. Дело в другом — нас ждут в гости! — Говоря это, Лэя как бы прислушивалась к себе.

— Надо готовиться к бою?

— Нет! Успокойся, — улыбнулась девушка. — Ты подумал, что я озабочена. Нет, просто прислушиваюсь к своим ощущениям. Где-то рядом есть такая же, как я.

— Волшебница? — Женька аж присел от удивления.

— Да! Понимаешь? Я впервые могу встретиться с такой же, как я. Как это странно и интересно! Она уже ждет и приглашает меня в гости.

— А как мы ее найдем?

— Сама не знаю, но мне кажется, что надо продолжить двигаться вдоль берега, и если ее присутствие усилится, то мы на верном пути.

Не раздумывая долго, путники покончили с завтраком и, запаковав вещи, отправились дальше по пляжу. Климат здесь был жарким и душным от сырости, висевшей в воздухе, а вид на море — унылым. Свинцовая поверхность воды только местами нарушалась рябью, поднимаемой легким ветерком с берега. Низкие тучи вот-вот грозили пролиться дождем. «Местной растительности надо с удвоенной силой фотосинтезировать, чтобы компенсировать недостаток света», — «глубоконаучно» посочувствовал растениям Женька, вспомнив что-то из биологии.