Чтение онлайн

Как и я, пузан попал сюда через стационарный портал, и, как и я, он имел здесь двойника, которого быстренько устранил и уже вольготно занял его место. В нашем мире он был мошенником, преступником, короче подлым негодяем, обувающим старушек и при этом страшным игроманом. Здесь он скрылся от проблем и долгов, а потом, включив циничный преступный разум, развернулся на полную катушку. Наркотики, кровь, оружие, и серебро, много серебра.

В клубе он познакомился с жадной до денег местной Лерой, протестировал её на совместимость с телепортом и когда та прошла испытания — наобещал ей золотые горы. А задача её была — таскать с Земли серебро, схемы оружия, пособия по механике.

— А что же ты сам не пошел, вдвоем бы больше уперли, страшно возвращаться?

— А вот и не угадала, меня портал не хотел выпускать. Видимо стоит защита от таких как я. Магия и все такое…Ну ты и сама понимаешь.

А вот Лерка поработала у него с полгода курьером, а в последний рейд — сбежала, с кучей золота. Гадина какая. В общем меня, судя по всему, ждал тот же бесславный конец — сразу захотелось запеть песенку Найка Борзова — «Я маленькая лошадка», но решила не злить всё больше распаляющегося Даву, а тот багровея, ка слива на солнце уже делился мечтами о нашем плодотворном сотрудничестве.

— А почему ты думаешь, я буду тебя слушаться? — спросила я, — Ты в таком же положении, что и я. Ты тоже пришлый.

— А мне, в отличие от тебя, терять нечего. Для того, чтобы рубить бабло мне не нужно быть тари, я вполне могу делать это из подполья. А вот тебе…

Он замолчал и мерзко скалясь, словно гиена, почуявшая загнивающую рану на лапе у льва и поклонившись в притворно вежливом поклоне, покинул библиотеку, оставив меня в одиночестве и размышлениях.

Думать и решать было нечего.

Давид ошибся в своей оценке наших с Максом отношений: видимо судил по своим. А я, сидя в прохладе огромной библиотеки, точно знала одно, даже если глава клана не потерпит моего нахождения на Визарде, не рассказать ему о предателе в собственном доме я не могу. Пойти с доносом прямо сейчас, не дожидаясь моего упыря, через его голову, было подло, да и опасно.

Безусловно весь оставшийся день и вечер я не находила себе места, мучаясь томительным ожиданием. Уже практически ночью вернулся мой вампир, и я, бросившись навстречу, повисла на нем как обезьянка.

— Ну что случилось, милая, отчего такая встреча, ты что плакала?

— Нет, но мне грустно, и я хочу поговорить.

— Гормончики шалят?

— Ах если бы Макс, просто мне тут подкинули дровишек для костра размышлений, и я ждала тебя, чтобы снять с себя ответственность принятия решения и переложить её на сильные плечи своего мужчины.

И я рассказала всё.

— И дабы подвести черту знаменателя под своим рассказом — я настаиваю на том, чтобы всё поведать Феликсу. Он заслужил знать правду, да и, по правде говоря, меня страшно тяготит недосказанность, рано или поздно, сколько не виться веревочке — конец найдется. И уж лучше о моем происхождении расскажем мы, и преподнесём это под правильным соусом, чем…

— Я понял тебя. Пойдем.

— Может стоит подождать до утра?

— Как ты думаешь, спит ли глава клана?

— Не имею ни малейшего понятия.

Макс почему-то рассмеялся и потянул меня к выходу из покоев.

Давно я не выходила так поздно из наших покоев, с самого бала и пренеприятнейшей истории с оторванным кочанчиком, а замок оказывается жил. Своей жизнью, ночной, интересной и бурной. Чем дальше мы уходили от личных покоев, продвигаясь в общие комнаты, тем больше нам встречалось людей, тьфу, вампиров. Музыка, легкие закуски, праздно шатающиеся гости — то тут, то там встречались группами и по одному, парами и практически толпой.

— А я и не знала, что пропускаю всё веселье, просиживая как Рапунцель в ожидании своего спасителя в башне из слоновой кости, — вздохнула я, не то, что бы я его упрекала, нет, но почему-то мне казалось, что с наступлением тёмной ночи жизнь в крыле если не заканчивается, то замирает как минимум. Мы делали вид, что мы такие же полуночники во хмелю, глупо улыбались и громко смеялись, проходя мимо напомаженных и разряженных в пух и прах гостей, а сами тем временем, неудержимо и не сворачивая, пёрли в кабинет к Феликсу, словно шопоголик в отдел распродажи.

Когда наконец-то мы достигли заветных дверей, у меня от напряжения болели щеки, а горло устало издавать звуки лишь отчасти похожие на радостный смех. Меня ощутимо потряхивало, и Максимилиан, понимая моё состояние, решительным движением открыл двери, предварительно пару раз стукнув и пропуская меня вперед, закрыл за нами створки. Решительно отрезая нас от гуляющих гостей и возможности передумать.

Несмело я подошла к огромному столу вишневого дерева, за которым располагался вампир. Он приспустил гогглы, которые нужны были ему для чтения каких-то отчетов, краем глаза я заметила, что без специальных очков страницы были пусты. Не торопясь, но уверенно я положила перед Сиром клана телефон. Мерцающий и заряженный.

Реакция не заставила себя ждать. Он хищно вскинулся и приказал:

— Говори.

И я рассказала. Всё с самого начала, без утайки, лишь избавив Феликса от интимных подробностей нашего общения с Максимилианом. Рассказ дался мне нелегко, обычно бывает, что, исповедуясь и изливая душу, тебе становится легче, и с каждым произнесенным предложением сжавшаяся пружина — разжимается. Мне же становилось лишь хуже, не такой реакции Феликса я ожидала на свои откровения. С каждым произнесенным мною словом его лицо становилось более непроницаемым, и без того тонкие губы были сжаты в белую нить, глаза полыхали алмазами, с красным ободком, он явно жаждал моей крови, а нервно сжатые кулаки белели костяшками.

— Ты понимаешь какой опасности подверг всех нас, все эти похищения, все эти попытки, а я-то думал, что все дело в проекте тюрьмы… Валерия — инженер, умна, начитана и имеет багаж знаний опасный для нас…, для нашего мира…

— Я знаю всё, что ты сейчас скажешь, Эф, — перебил жених гневающегося друга, — мы примем любое твое решение, но сразу поставлю тебя в известность — если твоим вердиктом будет депорт Леры с Визарда, я уйду с ней. Это не шантаж, я просто сообщаю это, как данность.

— Ты выкручиваешь мне руки, Эм, а как же Валисса? А должность, которую ты добивался почти тридцать лет? А недвижимость? А материальное положение и статус семьи?