Чтение онлайн

Молодой офицер отсалютовал Марку. Они находились на расстоянии хорошего полета стрелы от того места, где ждали Баили и еще двое намдалени.

– Привет, – сказал Скавр, подходя к ним. – О чем вы хотели поговорить с нами?

Баили больше не был тем изысканно одетым и вместе с тем хладнокровным и суровым воином, который доставил прокламацию Дракса несколько недель назад.

– Ты, негодяй!.. – прорычал он. Его кадык дрожал. – За два медяка я бросил бы тебя на съедение воронам! Я думал, ты – человек чести.

Баилн сплюнул Скавру под ноги.

– Коли это не так, зачем ты рисковал и пришел на эту встречу? Мы с тобой враги, правда. Но зачем же так люто ненавидеть друг друга? Не вижу никакой необходимости.

– Чтоб ты провалился под лед, к Скотосу! Ты и твои красивые речи! – сказал Баили. – Мы принимали тебя и твоих солдат за честных наемников. Gа людей, которые хорошо работают на тех, кто им хорошо платят. Мы не знали, что вы умеете наносить подлые удары в спину. Убийства в темноте, искалеченные лошади, кинжалы под лопатку в таверне, кражи – все это сводит с ума…

– Почему ты обвиняешь в этом нас? – осведомился Марк. – Прежде всего, тебе ли не знать, что римляне таким образом не воюют. Будь это так, ты не стоял бы здесь и не вел со мной разговоры. Между прочим, ты загнал нас на эти холмы. Мы просто не в состоянии делать все то, что ты нам приписываешь.

– Похоже, это в долинах кое-кто вас не слишком жалует, – заметил Гай Филипп так непринужденно, словно говорил о погоде.

Баили готов был взорваться.

– Хорошо же! Хорошо! Давайте, натравливайте на нас глупых крестьян!.. Мы выкорчуем это змеиное гнездо, даже если придется вырубить все деревья и сжечь в долине каждый дом! И тогда мы вернемся, чтобы разделаться с тобой. Будешь умолять о легкой смерти.

Гай Филипп промолчал, только дернул бровью. Для Баили это могло чтото означать. Но Марк знал старшего центуриона куда лучше и понял: тот не слишком обеспокоен угрозами намдалени.

– У тебя есть еще что-нибудь, Баили? – спросил трибун.

– Только это, – тяжко ответил намдалени. – У Сангария вы воевали отважено и честно. После битвы, когда шли переговоры об обмене пленных, ты тоже был великодушен. Ты не изменил этому даже после того, как переговоры обернулись совершенно не так, как хотелось тебе. Зачем же теперь?..

Искренность заслуживала прямого ответа. Подумав с секунду, Марк сказал:

– Хорошо работать на тех, кто мне хорошо платит, – это превосходно. Но не в этом я вижу свою основную задачу. Моя основная задача заключается в том, чтобы не позволить зданию Империи развалиться. Оно должно сохраняться целым. Я собираюсь оберегать его любой ценой.

Марку было приятно увидеть открытое одобрение во взгляде Гая Филиппа. Однако он понял, что для Баили его слова были лишены всякого смысла. Римское упрямство не имело в этом мире никаких аналогов. Ни хитрые видессиане, ни легкомысленные добродушные хатриши, ни гордые и прямые намдалени не могли оценить его в полной мере.

– Любой ценой? – повторил Баили следом за трибуном. – Ну и как, потвоему, отблагодарит тебя видессианская знать за то, что ты научил ремеслу убийц здешних крестьян? А, чужеземец? Будут ли счастливы эти высокомерные имперцы, когда поймут, что ты сделал воинов из холопов, у которых навоз не обсох на сапогах? – Баили глянул прямо в лицо Зонару. – А ты, негодяй… Когда ты пойдешь собирать подати – как, будешь ли ты чувствовать себя в безопасности, проезжая мимо куста, достаточно густого, чтобы за ним мог скрываться человек?

– Я буду в большей безопасности, чем в тот день, когда твои бандиты напали на меня в моем же лесу, – парировал видессианин. Но Марк видел, что Зонар в задумчивости подергал себя за бороду.

– Есть такая притча про человека, который бросился в огонь, потому что ему стало, видите ли, холодно. Что ж, пусть будет так. Когда ты потеряешь свою непутевую голову – а это случится очень скоро – тебе будет некого винить, кроме самого себя. – Баили повернулся к Скавру. – Недавно мы похоронили твоего гонца. Кажется, его звали Антакин.

Если он знал его имя, значит, последние слова не были блефом. Бедняга Антакин… Интересно, сколько же гонцов было перехвачено до того, как Антакин добрался до легиона?

– Да? – переспросил Марк безразличным тоном. – Что ж, vale. Прощай!

Баили хмыкнул. Он явно ожидал чего-то большего.

– Идемте, – обратился Баили к своим спутникам, которые гневно смотрели на трибуна. – Мы его предупредили, а это – больше, чем он заслуживает.

Четко, почти как легионер, намдалени повернулся на каблуках и пошел прочь.

Когда Скавр, Гай Филипп и Зонар шли к отряду Муниция, старший f%-bc`(.– изо всех сил пытался сохранять твердокаменный вид и не усмехаться.

– Этот бедный дурак Баили будет нашим самым лучшим вербовщиком. Лучшего и желать нельзя. Ничто так не вдохновляет, как вид твоего родного дома, разграбленного у тебя на глазах и подожженного. Можно добавить также несколько трупов твоих соседей. После этого у человека, как правило, появляется вполне ясное представление о том, чью сторону принять.

– Пожалуй, – рассеянно отозвался Марк.

Угроза Баили расправляться со всеми, кто станет поддерживать партизан, обеспокоила трибуна куда больше, чем он показал намдалени. Одобряя действия Гая Филиппа, когда тот начал формирование партизанских отрядов, Марк не заходил в мыслях дальше завтрашнего дня: он хотел всего лишь побольнее ужалить Дракса. Безусловно, партизаны изрядно допекли врага. Об этом можно было судить по искренней досаде Баили. Но намдалени – будь он проклят! – прав: крестьяне, поднявшие оружие на воинов Княжества, не забудут, как обращаться с копьем и мечом, когда война закончится. Много ли времени им понадобится, чтобы понять: ненавистный им хозяин или имперский сборщик налогов умеют истекать кровью не хуже намдалени?..