Лабиринт
Шрифт:
— Давайте не будем… Я пришел, чтоб получить назад свои вещи. Которые ты у меня стащила. — Он залез в свой мешочек и вынул тот самый персик. — И это… вот… ну это, дать тебе,…ооо, дать тебе…
— Дать мне что?
Хряксон нервно переступил с одной ноги на другую. И этого было достаточно. Камень, на котором он прежде стоял, покатился и полетел вниз. Увлекая за собой другие — те, что оказались у него на пути. А потом рухнула часть выступа, где стоял Хряксон. И он, ухватившись за камень из карниза, полетел вместе с ним.
Сара попыталась схватить человечка, но было поздно. Какие-то мгновения она сама покачалась на камне, пытаясь удержать равновесие. А потом сорвалась и мертвым грузом полетела за ним в бездну.
Но упала на что-то большое и мягкое — как на меховую подушку. Этой подушкой был… Лудо. Он лежал на спине, прижимая своим весом Хряксона, который после падения каким-то образом закатился под него и теперь орал изо всех сил. Хряксон отвратительно чувствовал себя в душной темной ловушке и кричал не столько от вони, сколько от ужаса.
Сара с трудом проговорила:
— Лудо!
Лудо в ответ откинул голову и проревел:
— Воооооонь!
Оказывается, между краем болота и стеной было узенькое пространство, незаметное сверху. По нему и пробрался Лудо.
И теперь всего лишь несколько футов отделяли всех от вонючей трясины, которая обдавала их запахом здесь куда сильнее, чем наверху.
Сара, прикрыв лицо руками, застонала:
— Ооох! Ааах!
Хряксон все еще барахтался, пытаясь выбраться из-под Лудо. Но потерял всякую надежду и заголосил:
— По-мо-ги-те! От-пус-ти-те!
Сара не видела Хряксона. И не могла понять, откуда раздаются его крики. Она подумала, что он испугался Лудо и попросту спрятался. И придумала, как могла его успокоить.
— Все в порядке, Хряксон! — сказала она, — Это тоже друг. Его зовут Лудо.
— Воооонь! — завопил Лудо.
Сара сделала для себя открытие: надо крепко зажать нос, а дышать и говорить самым краешком рта — тогда легче выдерживать запах. Теперь она только так дышала и говорила.
— Лудо, — помоги — мне, — пожалуйста, — выйти — отсюда.
Лудо уселся и ласково и заботливо закивал головой, выражая согласие.
И тут Сара заметила копошащегося под рыжей шерстью человечка.
— Лудо, — сказала она, — дай же ему встать. Это Хряксон.
Выбравшись на свободу, Хряксон немедленно перешел в наступление. И, подозрительно так глядя на девушку, строгим голосом произнес:
— А что это значит: он твой друг? Ведь Я твой друг.
— Вы ОБА мои друзья, — ответила девушка. — И нужны мне.
— Но не так сильно, как я нужен себе, — заметил Хряксон.
— Хряксон, вы — просто невыносимы, — пробормотала Сара краешком рта.
— Ничего подобного. Я такой же невыносимый, как и ты. А если быть точным, я еще более выносимый.
Сара поняла, что спорить тут бесполезно, и пожала плечами. Потом повернулась к Лудо, чтобы узнать, как ему удалось сюда добраться из скелетного леса.
Но пока Сара и Хряксон препирались, Лудо не терял времени даром. С высоты своего роста он внимательно оглядел местность и теперь махал лапой, указывая в одну точку.
Девушка посмотрела и увидела в той стороне хилый мостик. Он начинался прямо от продолжения сухой полоски, на которой они стояли. Там, вдалеке, болото сужалось, и из него торчало несколько чахлых деревцев. Мостик тянулся через болото как раз в том месте, где стояли деревца, и заканчивался на другой стороне болота. А дальше, на другом берегу, стоял лес Большой лес.
Сара покорно кивнула головой. Какие бы опасности и заковыки и поджидали их в том лесу, там, все-таки, у них больше шансов добраться до замка, чем в этом кишащем нечистотами булькающем болоте.
— За мной! — скомандовала она и решительно направилась к мостику, добавив — Идти через болото надо быстро.
И они втроем пошли по узкой каменистой насыпи, отделяющей их от мерзкой жижи. Камешки — и те, что поменьше, и те, что побольше, — осыпались у них под ногами. И каждый неосторожный шаг мог оказаться последним.
Наконец они приблизились к мосту. Деревянные дощечки, из которых был собран мост, по цвету точно совпадали с цветом болотной жижи, будто были ею пропитаны. Казалось, сам воздух, тяжелый и смрадный, окрашен там тем же цветом.
Мост покоился на двух опорах. Едва путники сделали по нему несколько шагов, как из-за ближайшей опоры выскочило маленькое существо и с воинственным видом преградило им путь.
— Стой! — крикнуло существо, преграждая им дорогу. И поскольку больше никого не было, эта команда могла относиться только к ним.
Существо это имело весьма благообразную внешность и носило пышные длинные усы, что придавало ему аристократический вид. На нем был шикарный расшитый камзол, по фасону похожий на парадный офицерский френч, и головной убор, напоминающий большой дамский берет в складочку или шляпу, какие были у мушкетеров. Ножки его хотя и тонкие, но держался он на них уверенно. Сзади из-под френча гордо вздымался роскошный раскидистый хвост. В правой руке он держал жезл. И в целом походил на такое существо, про которое говорят: Маленький да удаленький.
Сара, вынужденная одной рукой все время зажимать нос, другой рукой еще прикрывала рот рукавом рубашки — чтобы хоть как-то предохраняться от всепроникающей вони. Вот в таком положении она и проговорила:
— Пожалуйста! Нам надо перейти…
— Без моего разрешения здесь никто не имеет права проходить.
— А кто вы? — спросила Сара.
Существо склонилась в низком поклоне.
— Сэр Дидемес, с вашего позволенья, миледи.
— Простите, сэр Дидемес, — сказала Сара, — но у меня совершенно нет времени.