Чтение онлайн

Рик расхохотался. Он ничего не мог с собой поделать. Такая спешка с эвакуацией… а из темноты появилась лошадь. Широкоплечий мускулистый паломино — лошадь, будь она проклята! Еще один неуклюжий шаг вперед, и конь остановился, пошатываясь, словно ему в кормушку подбавили виски.

— Пьяная коняга! — сказал Рик. — Мы наложили в штаны со страху перед пьяной конягой! — Должно быть, сбежала у кого-то с фермы или ранчо, подумал он. Конечно, из той дыры в мостовой вылезло что-то другое. По крайней мере теперь им с Мирандой было на чем переехать на тот берег. Конь просто стоял и смотрел на них. Подумав, что лошадь, наверное, в шоке, Рик вытянул руку и двинулся к ней. — Ну, ну, мальчик. Не вол…

— Не надо! — Коди схватил его за руку. Рик остановился в неполных десяти футах от лошади.

Лошадь раздула ноздри и потянулась вперед. На напрягшейся шее проступили шнуры мышц, а из пасти раздался звук, в котором смешались пронзительное ржание и свист паровоза.

Рик увидел то же, что Коди — вместо копыт у лошади были серебряные когтистые лапы, как у ящерицы, — и прирос к месту.

Существо переводило глубоко посаженные глаза с Коди на Рика и обратно. Потом оно разинуло пасть с рядами заблестевших в слабом свете иголок и под хруст ломающихся и перестраивающихся костей принялось удлинять спинной хребет.

Коди шагнул назад и наткнулся на Миранду, которая вцепилась ему в плечо. Последняя дюжина появившихся из церкви людей увидела из-за ее спины стоявшую на улице тварь и кинулась врассыпную. Однако тот, кто вышел последним, остановился в дверях, держась так прямо, словно в спине у него был стальной стержень. Набрав полную грудь воздуха, он целеустремленно двинулся по ступенькам вниз.

Тело твари продолжало удлиняться. Под мелко подергивающейся плотью вспухали плотные грубые узлы мышц. Через золотистую шкуру проступил темный пигмент. Кости черепа с громким треском лопнули, и голова начала менять форму.

Рик отступил к бровке тротуара. Сердце у него бешено колотилось, но бежать он не мог. Еще не мог. То, что рождалось у него на глазах, удерживало, не отпускало, как галлюцинация или захватывающий горячечный сон. Голова лошади уплощалась, нижняя челюсть вышла из суставов и выдвинулась вперед, из уголков рта закапала густая, тягучая серая слюна. Спина прогнулась, туловище сгорбилось, и под звуки раздираемой плоти от основания позвоночника размотался толстый, членистый черный хвост. Он оканчивался черным шаром, похожим на те, какими рушат старые дома. Из шара появилось скопление опасных металлических шипов.

Монстр удвоил свою длину. Ноги по-крабьи вывернулись наружу. Теперь сквозь шкуру на боках чудовища прорывались усаженные шипами лапы, каждая — с тремя серебристыми когтями. Туловище осело, царапая брюхом мостовую. Плоть расступалась, обнаруживая черную чешуйчатую шкуру, напоминавшую поверхность пирамиды. Тварь забилась, словно пыталась выбраться из кокона. Осенними листьями полетели клочья золотистой шкуры.

В руке у Коди был револьвер. До мотоцикла было рукой подать, и парнишка понял, что надо гнать отсюда к едрене фене. Однако развернувшийся перед ними спектакль превращений прочно удерживал его.

Теперь удлинившийся шишковатый череп создания превратился во что-то среднее между головой лошади и головой насекомого, шея стала короткой и мощной. По всему телу вспухали и перекатывались мышцы, скидывая куски мертвой плоти. Коди осенило: такого он ни разу не видел ни в фантастических фильмах, ни в мексиканских фильмах ужасов по одной простой и страшной причине: в чудовище бурлила жизнь. Когда старая шкура слетела, неловкие движения этого существа стали быстрыми и точными, как у скорпиона, выбежавшего из сырой тьмы под камнем. Плоть головы лопнула, как некий диковинный плод, и повисла лохмотьями, открыв кошмарное зрелище: костные гребни и черную чешую. Выпуклые глаза лошади всосало внутрь. Теперь в бронированном нависающем лбу поблескивали янтарные глаза с вертикальными черными зрачками. Там, где у лошади были ноздри, из отверстий появились еще два чужих глаза, а идущие вдоль боков ромбики отдушин раскрылись и зычно выдохнули: вууушшш!

Монстр стряхнул последние обрывки лошадиного мяса: почти пятнадцатифутовое узкое тело, восемь шестифутовых ног, еще двадцать футов — до подрагивающего в воздухе шипастого шара. Обе пары глаз ворочались независимо друг от друга. Чудовище повернуло голову, следя за паническим бегством жителей Окраины по Первой улице к реке, и у самого основания черепа Рик увидел третью пару глазниц.

— Давай назад, — сказал Коди Миранде. Сказал хладнокровно, словно видел таких тварей каждый божий день. Внутри парнишка словно бы заледенел, понимая, что или погибнет, или нет. Обычный риск. Он поднял 0.38 и четыре раза нажал на курок.

Но под дуло пистолета кто-то шагнул. Кто-то в черном с воздетыми руками, в которых был зажат увенчанный позолоченным распятием посох. Мимо Рика прошел отец Ла Прадо. Рик был слишком ошеломлен, чтобы остановить священника, но, взглянув на пепельное лицо старика, понял, что того просто-напросто поглотила Великая Жареная Пустота.

Отец Ла Прадо принялся выкрикивать по-испански:

— Всемогущий Господь изгоняет тебя! Всемогущий Господь и Дух Святой отсылают тебя обратно в ад!

Он не останавливался, и Рик сделал два шага вслед старику, но смотревшая с черепа четверка глаз уперлась в Ла Прадо, и тварь энергично двинулась вперед, как черный дышащий локомотив. Ла Прадо с дерзостью умалишенного поднял жезл.

— Именем Господа приказываю тебе: возвращайся в преисподнюю! — крикнул он. Рик потянулся к нему, готовый ухватить священника за сутану. — Приказываю тебе! Приказываю…

Раздался пронзительный визг баньши. Всего в нескольких дюймах от Рика что-то мелькнуло, поднятый им ветер засвистел в ушах. Вся рука парнишки оказалась в крови, а отец Ла Прадо внезапно исчез. Просто-напросто исчез.

«У меня на рубашке кровь», — понял Рик, погружаясь в облако дурманной нереальности и чувствуя затхлый запах меди.

На него посыпался дождь алых капель. И еще что-то. И какие-то кусочки. Слева от Рика о мостовую ударился ботинок. В шести или семи футах справа плюхнулась рука. Вокруг падали на землю остатки тела отца Ла Прадо, высоко вскинутые и разодранные в клочья шипастым шаром. Последним упал разломанный надвое посох.

Монстр снова занес хвост, с которого капала кровь и падали кусочки мяса. Коди увидел, как он задрожал, готовый нанести удар. Рика парализовало, он стоял, не шевелясь. Времени взвешивать прошлое и настоящее не осталось: припустив в его сторону, Коди два раза пальнул и увидел, что пара янтарных глаз сосредоточилась на нем. Три драгоценных секунды существо медлило, выбирая между двумя мишенями, а потом злобно хлестнуло хвостом сбоку. Костяные шипы со свистом рассекли воздух.