Шрифт:
Пролог
Дачный поселок где-то за городом
Когда деревья теряют последние листья, дни становятся короткими, а вечера долгими и мрачными – значит, Зима уже где-то рядом. Она прилетает ветреной ночью, в карете из тяжелых снежных туч, запряженной четверкой ледяных драконов, и начинает колдовать. Она укрывает землю снежной мантией, расшитой серебряными звездочками, воду превращает в ломкое стекло и выстуживает тепло из дачных домов. Тогда надо собираться и переезжать в город до самой весны.
Но что делать тем, кто потерялся и остался?
Вечерело. Среди березовых ветвей загорелись фонари. Снежок, кружась в тишине, падал на черный асфальт. Дачный поселок был почти пуст, до весны в нем воцарилась тишина. Только вдоль улицы, высоко-высоко в небе, шумели голыми ветвями столетние березы-великаны.
Прошелестели шины, хлопнула дверь, пискнула сигнализация.
Напротив высокого забора остановился автомобиль. Из него выскочила девочка и тут же побежала к калитке. Тронутые морозом сухие листья хрустели у нее под ногами.
– Мам, защелка заржавела!
Мама вышла из машины и огляделась.
– Как здесь безлюдно! Только привидений не хватает, да, Алиска? Эй, не ломай калитку! Что ты делаешь?
Алиска азартно пинала калитку ногой. Калитка в ответ гудела, но открываться и не думала.
– Мам, можно я перелезу?
– Постой…
– Не бойся, я ловкая!
И девочка полезла вверх по прутьям – только пятки мелькнули в воздухе. Раз – и на той стороне.
– И почти не ударилась! – радостно объявила она. – Лезь, мамочка, я тебя поймаю!
Мама молча подошла к калитке и легко прикоснулась ладонью к защелке. В воздух взвилась ржавая труха. Калитка медленно, с противным скрежетом, отворилась. У Алиски глаза на лоб полезли:
– Как ты это сделала?!
– Небольшое колдовство, – загадочно ответила мама.
Во дворе было сумрачно, как в лесу. Высокие кусты и заросли садовых деревьев – коринки, рябины, барбариса – переплелись ветвями над тропинкой, как живая арка. Голоса и шаги под ней казались приглушенными.
– Мы словно в замке Спящей красавицы, – шепотом сказала Алиска. – Смотри, мам, шиповник раздвинулся, чтобы пропустить нас!
– Вовремя же ты вспомнила про свою куколку! – вздохнула мама. – Еще день-два, и тут все завалит снегом…
– Мам, Шикамару – не куколка, а ниндзя!
– Вот зачем он тебе так понадобился, а? Именно сейчас?
– Я думала, он в городе! А вчера хотела принести Шикамару в школу, все обыскала и вспомнила, что в последний раз видела его на даче!
– Ну и что в нем такого ценного, что надо ради него ехать за город?
– Мам, ты не понимаешь. Шикамару – мой друг!
– Глупости. Куклы не бывают друзьями.
– Бывают! – упрямо заявила Алиска. – А ты сама говорила – друзей не бросают!
И вот кусты расступились, и между ними появился старинный дом. Он в самом деле был похож на замок – двухэтажный, с башенкой на крыше. На очень-очень старый и заброшенный замок… Краска на стенах облупилась; резные наличники, обрамлявшие окна, почернели и растрескались от времени. Да и сам дом казался покосившимся, кривобоким – казалось, ветер дунет, и упадет.
За яблоневым садом виднелся дровяной сарай. Он прятался в малиннике – огромный, уродливый и застенчивый, словно чудовище из «Аленького цветочка».
Сад вокруг дома выглядел таким же старым и запущенным. Из снега повсюду торчали серые стебли бурьяна. На самых верхних ветках яблонь остались сморщенные забытые яблоки – или их не заметили, собирая урожай, или попросту не смогли дотянуться. На огороде желтел поздний горох. Он так и не успел вызреть до холодов – его и собирать не стали. Пусть зимует на грядке.
Только черноплодная рябина радовала глаз. Сочные, черные с багровым отливом ягоды висели щедрыми гроздьями – будет чем лакомиться птицам зимой.
Мама достала ключ и поднялась на крыльцо. Гнилые доски со скрипом просели под ногами. Крыльцо было хоть и старое, но все еще красивое: под остроконечной крышей, на резных столбах. Мама потерла зябнущие ладони, повернула ключ.
– Алиска, помогай!
Толкнули вместе плечами разбухшую дверь, и с третьего раза она открылась. Изнутри хлынул промозглый сырой воздух.
– Да тут внутри холоднее, чем снаружи! – поежилась мама. – Доченька, куртку застегни до подбородка. И обувь не снимай.
Алиска пощелкала выключателем.
– Да еще и тока нет!
– Бабушка всегда на зиму электричество отключает. Чтобы дом не загорелся от короткого замыкания.
Алиска сунула руки в карманы, огляделась с любопытством и опаской. На улице свет фонарей и искристый снег, а тут – мрачный, сырой сумрак, как у медведя в берлоге. Из темных углов как будто следят чьи-то недобрые глаза…
– И фонарик нормальный не взяли, – раздался мамин огорченный голос. – Ну ищи скорее своего «друга», пока хоть что-то видно, а я тут постою…
Алиска отправилась на поиски.
Прошлась по комнате, заглянула в зимнюю кухню, в летнюю, в кладовку, на веранду… Как тут все странно зимой! Вот железная печка – ледяная, влажная. В конце августа ее обычно топят каждый день, и то не удается выгнать из дома сырость… Взяла из книжного шкафа пару забытых при переезде в город книг, сунула в рюкзачок. На зимней кухне заглянула в буфет – вдруг там завалялась конфетка? Ой, а это что такое?!