Шрифт:
Когда Наталья заходила в «Магазин игрушек», она сама не понимала, зачем сюда зашла. Все эти «Барби» и «Кены», а также пупсы всех видов и размеров и рядом не стояли с тем «эксклюзивом», за которым она так охотилась. Наталья была ярым плангонологом (коллекционером кукол). И суть ее коллекционирования была не в возрасте куклы и не в ее экзотичности. Когда Наталья брала в руки понравившуюся ей куклу, то сразу чувствовала: «Моё». В свои тридцать два Наталья была успешным риелтором и могла взять любой заказ на свое усмотрение. В ее распоряжении были крутые «элитки» в современных ЖК и заказы на загородные дома. Но в последнее время она предпочитала брать в работу «вторичку», которую трудно назвать ликвидной. Это были захудалые квартирки в таких же старых домах. Иногда бралась за продажу ветхих частных домиков. Именно там, среди старого хлама, она находила потрясающие экземпляры. В ее коллекции было уже более двухсот кукол. И пускай для профессиональных плангонологов многие из них не представляли никакого интереса, Наталья часами могла рассказывать о той гамме чувств, которые вызывает каждая из ее кукол.
Наталья жила одна в просторной квартире новой «многоэтажки», ездила на дорогом автомобиле и очень гордилась тем, что всего добилась сама. Путь от простой девчонки из провинциального городка до лучшего риелтора огромного мегаполиса для нее дался большим трудом. Она свято верила всем тем «психологам» из Интернета, суть советов которых сводилась к «Люби себя, чихай на всех, и в жизни ждет тебя успех!». С родителями и сестрой, у которой уже был муж и сын, она созванивалась раз в месяц. Некогда. Работа, походы по салонам, фитнес, бассейн и курсы саморазвития съедали все ее свободное время. О создании своей семьи не было и речи. Все эти пеленки, распашонки. Бррр… Она настолько не хотела себя обременять чужими проблемами, что когда вдруг в один из вечеров ее посетила мысль: «А не завести ли хотя бы кота?», то была быстро выброшена из головы. Был в ее жизни Данил, с которым они встречались раза два в неделю. Но это всё было несерьезно и ни к чему серьезному Наталью не обязывала. Он, правда, предлагал ей съехаться, признавался в любви, говорил о семье. Но Наталья твердо заявила, что или всё остается как есть, или он может идти со своими «романтическими соплями» на все четыре стороны.
Единственной ее страстью были куклы. Они не требовали, не жаловались и не просили. Они просто радовали ее. Каждой из них она давала имя. Приходя с очередного показа или сделки домой, она первым делом шла в «Кукольный домик», так она называла комнату, заполненную куклами, и долго рассказывала им, как прошел ее день, делилась переживаниями и надеждами. И Наталье казалось, что куклы ее понимают, сопереживают, советуют. Именно здесь она скидывала груз проблем и набиралась сил для нового дня.
Сейчас же она ходила между полок с игрушками и понимала, что всё не то.
– Как на кладбище, - услышала она позади себя мужской скрипучий голос.
– Что, постите? – Наталья в недоумении обернулась.
Позади нее стоял невысокого роста сухощавый пожилой мужчина с огромной лысиной и жиденькой седой бороденкой. Но выглядел он весьма элегантно: дорогой темный костюм-тройка, белоснежная рубашка и шейный платок придавали ему вид аристократа. А темные очки и старинная трость завершали этот образ.
– Я говорю, что среди этого разнообразия полиуретана и пластика нет ничего, что могло бы привлечь внимание настоящего ценителя. Ни одного отголоска какой-либо эмоции, чувства, души, в конце концов, нет в этой груде «произведений» современного производства, - улыбаясь заявил мужчина.
– Вы совершенно правы, - поразилась Наталья столь точному замечанию и улыбнулась в ответ.
– Забельский Лев Николаевич, - мужчина, все также улыбаясь, перекинул трость на локоть правой руки и протянул Наталье левую.
– Наталья Камеева, - протянула она ему руку в ответ, - А Вы, значит, плангонолог?
– Кто? – удивился пожилой джентльмен.
– Коллекционер кукол.
– Ах, это, - опять вежливо улыбнулся Лев Николаевич, - Ох уж эти современные названия, - вздохнул он, - Да, я собираю кукол. Коллекционером я бы себя не назвал. Звучит слишком громко. Но у меня есть скромная коллекция. Если хотите, могу показать. Здесь недалеко.
Азарт и любопытство у Натальи чуть не взяли верх над ее рабочим графиком. Но она вовремя вспомнила, что у нее еще два показа и, скрывая свою досаду, сказала:
– Я очень сожалею, но сегодня у меня много дел. Может быть в другой раз…
– Конечно, конечно, - опять эта вежливая улыбка – Но я все-таки думаю, что моя скромная коллекция Вас очень удивит. Приходите, когда сочтете нужным.
Он вновь перекинул трость на локоть правой руки и потянулся левой в верхний карман пиджака. И тут Наталья заметила, что кисть правой руки господина Забельского была пластмассовой. Из кармана пиджака он вытянул визитку и протянул ее девушке со словами:
– Обязательно приходите. Обещаю, что любую из понравившихся Вам кукол, я подарю Вам абсолютно безвозмездно.
– Прям-таки любую? – удивилась Наталья.
– Какую только пожелаете, - ответил Лев Николаевич, - За сим, позвольте откланяться. Был рад нашему знакомству.
– До свидания, - сказала Наталья, озадаченная столь лестным предложением.
Он чинно поклонился, развернулся и направился на выход. Наталья заметила, что он как-то странно волочил за собой левую ногу.
Взглянув на визитку Наталья увидела инициалы «ЗЛН», адрес и номер телефона.
Закончив с показами, Наталья взглянула на часы. Семь вечера. Было начала сентября и в это время еще было светло. Все время с той странной встречи ее не покидало непреодолимое желание взглянуть на коллекцию господина Забельского. Уже долгое время она никак не могла найти себе что-то подходящее и, от этого предложения у нее прямо чесались руки. Сидя в автомобиле, она набрала номер, указанный на визитке и стала ждать ответа. Через секунд пять раздалось:
– Слушаю.
– Лев Николаевич? Это Наталья Камеева. Мы с Вами познакомились в магазине игрушек. Помните?
– Конечно, милочка, я Вас помню, - Лев Николаевич, кажется, улыбнулся, - Все-таки решили взглянуть на коллекцию старика?
– Если Вы не против.
– Ни в коем случае. Жду Вас, дорогая.
На том конце отключились и Наталья завела двигатель.
Она припарковалась возле массивной «Сталинки» и поднялась на третий этаж. На этаже было три квартиры. Она нашла квартиру с нужным номером и позвонила в дверь.
Открывший дверь, Лев Николаевич широко и приветливо улыбнулся:
– Проходите, Наташенька. Если позволите старику так Вас называть.
– Конечно, - сказала она, проходя в длинный коридор и подавая пальто хозяину.
– Вот и чудно, - ответил господин Забельский, вешая пальто в шкаф, - Чай давно «поспел».
Пропуская Наталью жестом вперед, Лев Николаевич проводил ее в просторную гостиную и усадил за круглый, накрытый белой скатертью стол, предварительно отодвинув для нее стул. Стол был уже накрыт и ждал гостей.