Кукиш прошлякам
Шрифт:
А вот еше лучше:
удалый будалафабула кабулаКарчи, слушай!..Пок! яок! пугамек.ТрынТра-ла ла……бессребренник с ужимкой езуита Beтeр в душу дул как Крученых!.. Ай, ай, Крученых!Породил ты какисток, кур черных!.. Слышен голос — и не робкий —Что последняя грозаДышет небу диким матомЧто восходит звука атом!..РоссияКорчится как Крученых…Крученых — БУКА русской литературы…Истинный поэт… разрабатывающий слово!Крученых — вся наша эпоха…он грандиозен и грозен!..Зуди зудило! Зудила зудь!
Отрава
ПРИМЕЧАНИЕ: последние 4 строчки читаются нараспевмаршем.
Мизиз… Зынь… Ицив — Зима!..ЗамороженныеСтеньСтынь…Снегота… Снегота!..Стужа… вьюжа…Вью-ю-ю-га сту-у-у-га…Стугота… стугота!..Убийство без крови…Тифозное небо — одна сплошная вошь!..Но вотС окосевших небесВыпало колесоВсех растряслоЛихорадкой и громомИ к жизни воззвалоХАРКНУВ В ТУНДРЫ ПРОНЗИТЕЛЬНОЙ КРОВЬЮ ЦВЕТОВ…— У-а… родился ЦАП в дахеСнежки — пах! — пах!В зубах ззудки..Роет яму в парном снегу —У-гу-гу-гу!.. Каракурт!.. Гы-гы-гы!..Бура-а-ан… Гора ползет — Зу-зу-зу-зу…Горим… горим-го-го-го!..В недрах дикий гудрон гудит — ГУ-ГУ-ГУР…Гудит земля, зудит земля… Зудозем… зудозем…Ребячий и щенячий пупок дискантно вепит: У-а-а! У-а-а!.. а!..Собаки в санях сутулятсяИ тысяча беспроволочных зертейИ одна вецьма под забором плачут: ЗА-ХА-ХА — ХА! а-а! За-хе-хе-хе! — е! ПА-ПА-А-ЛСЯ!!! Па—па-а-лся!..Буран зудит…На кожанный костякВскочил Шамай ШамайВсех запорошил:Зыз-з-зГлыз-з-зМизиз-з-з 3–3–3-3!..Шыга…Цуав… Ицив —ВСЕ СОБАКИ — СДОХЛИ.. Зудийца А. КРУЧ.А. Крученых
В полночь я заметил на своей простыне черного и твердого,
величиной с клона
в красной бахроме чожек.
Прижег его спичкой.
А он, потолстел без ожога, как повернутая дном железная бутылка…
Я подумал: мало было огня?…
Но ведь, для такого — спичка как бревно!..
Пришедшие мои друзья набросали на него щепок,
бумаги с керосином — и подожгли…
Когда дым рассеялся — мы заметили зверька,
сидящего в углу кровати
в позе Будды (ростом с 1/4 аршина)
И, как би-ба-бо ехидно улыбающегося.
Поняв, что это ОСОБОЕ существо,
я отправился за спиртом в аптеку
а тем временем
приятели ввертели ему окурками в живот
пепельницу.
Топтали каблуками, били по щекам, поджаривали уши,
а кто то накаливал спинку кровати на свечке.
Вернувшись, я спросил:
— Ну как?
В темноте тихо ответили:
— Все уже кончено!
— Сожгли?
— Нет, сам застрелился…
ПОТОМУ ЧТО, сказал он,
В ОГНЕ Я УЗНАЛ НЕЧТО ЛУЧШЕЕ!
Зудивец
Голод химический