Шрифт:
Большая Ордынка
1
Рома вытащил из рюкзака папку с докладом и сунул её Виталику с такой брезгливостью, будто это было отвратительное насекомое с тысячей усиков. Виталик ответил нарочито бесстрастным кивком.
Они двинулись по дорожке вглубь Лефортовского парка. Виталик пока не понимал, зачем Рома предложил встретиться именно здесь, но не собирался торопить друга с объяснениями. В последнее время он нечасто выбирался на свежий воздух и сейчас просто наслаждался моментом. Потрескавшаяся асфальтовая дорожка была усыпана опавшими листьями. Морозы ещё не начались, но ветер с Яузы пробирал до костей. Виталик застегнул куртку под горло и опустил подбородок, защищая шею.
Рома смотрел перед собой, чуть прищурившись. Сейчас, когда Виталик явно собирался совершить большую ошибку, Роме хотелось, чтобы он вспомнил.
Именно здесь, в Лефортово, они познакомились – то было посвящение в первокурсники. Сюда же они часто приходили после занятий, чтобы погулять, поболтать и выпить пива.
В тёплое время здесь проходила физкультура у начальных курсов. После пробежки многие студенты разбредались по скамеечкам в глубине парка, чтобы откосить от занятий. Рома любовался стройными девушками в футболках и шортиках, а Виталик толкал его локтём и отправлялся знакомиться. Виталик цеплял одним своим видом: всклокоченные чёрные волосы, худое лицо с острыми скулами и насмешливые глаза. Говорил он горячо, страстно и в то же время с едва уловимой усмешкой, будто не воспринимая происходящее всерьёз. Смеётся он или впрямь очарован?! Загадка сводила девушек с ума, не оставляя им никаких шансов.
Почти столь же успешно Виталик забалтывал и преподавателей. Обладая блестящим умом, он обычно не готовился к экзаменам и лишь подтрунивал над зубрёжкой товарищей. Но на экзамене оказывалось, что он и без подготовки помнил большую часть курса, а недостающие знания восполнял за счёт логики. Вовлекая преподавателей в беседу, он производил на них впечатление и получал отличные оценки – раз за разом.
Роме такие способности друга казались фантастичными. Иногда ему чудилось, что Виталик просто водит весь мир за нос, и его вот-вот разоблачат. Самому Роме нужно было готовиться, чтобы сдать предмет хотя бы на тройку, а симпатичных девушек он мог добиваться долго и упорно – и шансы его всё равно были ниже, чем у Виталика.
Обижаться было бессмысленно: каждый использует способности, которыми наградила его природа. К тому же, Виталик, хоть и любил покрасоваться, никогда не отказывал другу в помощи. И пусть сливки доставались ему, Рома шёл своим путём – честного труда. И очень старался верить, что именно этот путь – правильный и надёжный.
После окончания института прошли годы, – а дружба была жива. Катаясь на горных лыжах в Сочи, они познакомились с Аней. Роме она казалась неземным созданием: высокая, гибкая, с чёрными вьющимися волосами… и в то же время такая открытая и улыбчивая. Она играла на скрипке и сама писала музыку: последнее Роме и вовсе трудно было представить. Он боготворил её, а Виталик подшучивал. Что же удивительного, что замуж она вышла за Виталика…
К тому времени Виталик уже строил карьеру журналиста оппозиционного толка – весьма успешно. Он знал, как нужно подать факты, чтобы вызвать эмоциональный отклик, заставить людей по-настоящему презирать преступников во власти. Разумеется, его запугивали, арестовывали, «разоблачали». Но он не потерял оптимизма и воли продолжать – и это, по мнению Ромы, было достойно восхищения.
– Итак, что скажешь, дружище? – спросил Виталик.
Конец ознакомительного фрагмента.