Король-сердцеед
Шрифт:
— И у вас нет никаких известий о бедном Коарассе?
— Ни малейших, ваше величество.
— Вы знаете, Пибрак, что я трудно привязываюсь к людям, — задумчиво сказал король, — но этого молодца я сразу полюбил, и мне очень хотелось бы разыскать его убийцу, чтобы отправить его на Гревскую площадь…
— Но, ваше величество, раз мы не знаем причин поединка…
— Э, о причинах и сомневаться нечего! Совершенно ясно, что причиной была та самая неизвестная нам женщина… Черт возьми! — перебил король сам себя. — Мне пришла в голову странная идея, друг мой Пибрак!
— Какая, ваше величество?
— Мне кажется, что я догадываюсь, кто эта женщина!
— Ну да, — наивно сказал Пибрак, — Коарасс был ловким парнем и мог завести интрижку с какой-нибудь придворной дамой…
— Ну нет, поднимай выше, Пибрак! — сказал король, хитро подмигивая. — Помнишь ли ты, как отчаивалась и горевала принцесса Маргарита, когда герцог Гиз уехал в Нанси? Твой кузен в первый же вечер прогнал ее тоску и заставил улыбаться… Ну а я хорошо знаю мою Маргариту…
Не успел король договорить, как в дверь постучались. Это явился Рауль, красивый паж.
— Что тебе, милый? — спросил Карл IX.
— Меня послала к вашему величеству принцесса Маргарита, — ответил Рауль.
— Ага! — ответил король. — Когда говорят о волке, показываются кончики его ушей… Ну-с, так что же угодно принцессе от меня?
— Ее высочество поручила мне узнать, проснулись ли вы, ваше величество.
— Как видишь, да!
— Кроме того, ее высочество интересуется, как ваше величество изволили почивать…
— Очень хорошо.
— И как настроение вашего величества.
— Я очень грустен, потому что с бедным сиром де Коарассом приключилась беда, а я очень любил этого молодого человека. который так хорошо понимал в охоте и великолепно играл в ломбр. Передай Марго это известие.
— Ее высочество поручила мне испросить для нее аудиенцию у вашего величества!
— Ну что же, скажи, что я готов принять ее. Готье! Одеваться! А вы, Пибрак, отправляйтесь в Сен-Жермен и займитесь там подготовкой охоты.
— Слушаю-с, ваше величество! — ответил Пибрак и вышел из комнаты. А Карл IX занялся своим туалетом.
«Да, — думал он, осматриваясь в зеркала, — дело так и обстоит, это совершенно ясно. Марго легко увлекается, и это, наверное, была именно она. Ну, а что касается счастливого победителя, то… Господи, но ведь это отлично мог быть братец Гиз! Я это узнаю!»
В приемной послышался шелест шелкового платья, и в комнату вошла принцесса Маргарита.
— С добрым утром, Марго! — сказал король, галантно целуя руку сестры.
— Доброго утра, ваше величество! Карл IX подвинул сестре кресло и, знаком руки приказав пажу Готье уйти, сказал:
— Как ты бледна и взволнована, милая Марго!
— У меня есть от чего волноваться, ваше величество!
— И потому ты пришла к своему брату Карлу, так как знаешь, что он любит тебя и готов исполнить каждое твое желание!
— Ах, ваше величество, вы так добры…
— Для тебя — да, потому что из всей семьи только от тебя одной я никогда не видел предательства!
— Ваше величество, — сказала Маргарита, — я пришла к вам, потому что вы мой брат и любите меня; я пришла к вам, потому что вы король и все можете; я пришла к вам, потому что у меня разбито сердце и я должна признаться вам в совершенной ошибке!
Король собирался быть дипломатом и хотел позабавиться смущением и замешательством сестры. Но он увидал в ней такое искреннее горе, такое страдание, что забыл о своих намерениях и, ласково обняв Маргариту, произнес:
— Я догадываюсь о признании, которое ты хочешь сделать мне, дитя мое! Ты любишь, и твой возлюбленный в опасности…
— Да, это так! — с благородной простотой ответила Маргарита.
— И ты пришла просить меня отомстить за него?
— Сначала защитить его, ваше величество.
— Что такое? Но мне казалось, что сир де Коарасс… Маргарита густо покраснела при этом имени и сказала:
— Да, ваше величество, это он. Сир де Коарасс ранен неопасно, но все же находится в смертельной опасности.
— Откуда же грозит ему эта опасность? Уж не со стороны ли…
— Нет, ваше величество, герцог уехал. Я вижу, что вы догадались обо всем!
— Так он уехал?
— Да, вчера утром. Он не вернется больше, и не с его стороны грозит опасность.
— Да кто же тогда может быть опасным для сира Коарасса?
— Прежде всего Рене, ваше величество.
— Рене? — с гневом крикнул король. — Но ведь это просто смешно, наконец! Решительно все, кто окружают меня, трясутся от страха перед этим негодяем!
— А потом, большая опасность грозит также и со стороны королевы-матери…
Карл IX нахмурился и воскликнул:
— О, вот это значительно усложняет дело. Но какие же счеты могут быть у сира де Коарасса с Рене и королевой?
— Я должна рассказать вам целую историю, ваше величество, и тогда вы все поймете!
— Говори, дитя мое, я слушаю!
Маргарита рассказала королю, как Генриху пришло в голову разыграть из себя колдуна, чтобы избежать таким образом мести со стороны Рене. Затем она рассказала ему всю гнусную комедию, проделанную королевой при помощи президента Ренодэна для спасения Рене. Рассказывая это, она била наверняка: король, рассерженный обманом, должен будет решительно взять сторону сира де Коарасса!
Она не ошиблась.
— Так вот как! — крикнул Карл IX. — Ну ладно же, я устрою всем им праздник!