Кориолан
Шрифт:
Ты прав: я нищ.
А не угодно ли тебе, нищий не простого рода, поискать себе другое пристанище: здесь тебе не место. Сделай милость, убирайся. Ну!..
Знай свое дело. Иди клянчить объедки! (Отталкивает его)
Ты еще сопротивляешься? (Второму слуге.) Пойди-ка скажи господину, что за гость к нам пожаловал.
Я мигом. (Уходит)
Ты где живешь?
Под сводом небесным.
Под сводом небесным?
Да.
Где же это находится?
В царстве коршунов и воронов.
В царстве коршунов и воронов? (В сторону.) Ну и осел! (Громко.) Значит, с сороками вместе?
Нет, я ведь у твоего хозяина не служу.
Ого! Ты, кажется, моего господина затрагиваешь?
Почему бы нет? Это честнее, чем трогать твою хозяйку. Я вижу, ты чересчур много болтаешь. Ступай за столом прислуживать. Прочь! (Бьет и выталкивает его.)
Третий слуга уходит.
Входят Авфидий и второй слуга.
Где этот малый?
Вот он, господин. Не бойся я гостей потревожить, я б его как собаку избил. (Отходит в сторону.)
Откуда ты и кто? Чего ты хочешь?
Что ж ты молчишь? Скажи, кто ты такой.
(открывая лицо)
Ну если и теперь, в лицо мне глядя,
Ты снова, Тулл, меня узнать не сможешь,
Я должен буду сам себя назвать.
Скажи свое мне имя.
Оно для уха вольского не сладко,
Для твоего — враждебно.
Кто же ты?
Твой облик грозен. На твоем лице
Читается привычка к власти. Виден
Из-под твоих изодранных снастей
Корабль могучий. Кто же ты такой?
Сейчас ты помрачнеешь. Что, узнал?
Не узнаю. Ты кто?
Я тот Кай Марций, что нанес так много
Вреда и ран твоим собратьям-вольскам,
А больше всех — тебе и был за это
Кориоланом прозван. Мне дала
Моя неблагодарная отчизна
За пролитую ради Рима кровь,
За страшные опасности, за службу
Одно лишь это прозвище в награду.
Оно — порука злобы и вражды,
Которое ко мне питать ты должен.
Оно одно осталось у меня:
Все остальное пожрано народом,
Чью зависть и жестокость разнуздала
Трусливая бездеятельность знати,
Покинувшей меня и допустившей,
Чтоб рабьи голоса меня изгнали
Из Рима с улюлюканьем. И вот,
Нуждой теснимый, я вступил под кровлю
Над очагом твоим. Не обольщайся,
Что я пришел в надежде жизнь спасти:
Страшись я смерти, никого на свете
Не избегал бы так я, как тебя.
Нет, только жажда расплатиться с теми,
Кем изгнан я, меня к тебе толкнула.
Коль в сердце ты еще скрываешь гнев
И хочешь мстить как за свои обиды,
Так и за унижение отчизны —
Спеши использовать мои несчастья,
Поставь себе на службу жажду мщенья,
Которой я пылаю, ибо буду
С остервененьем злых подземных духов
Я биться против родины прогнившей.
Но если ты, устав пытать судьбу,
На это не осмелишься, то помни:
Мне так постыла жизнь, что сам подставлю
Я грудь свою твоей вражде давнишней.
Зарежь меня, иль ты глупец: ведь я
Тебя всегда преследовал свирепо,
Кровь бочками пускал твоей отчизне,
И жизнь моя, не став твоей служанкой,
Твоим позором будет.
Марций, Марций!
Ты каждым словом вырываешь с корнем
Из сердца моего былую злобу.
Заговори со мной из туч Юпитер
О тайнах неба и скрепи он клятвой
Свои слова, ему бы я поверил
Не больше, чем тебе я верю, Марций!
Позволь моим рукам обвить любовно