Коридор
Шрифт:
Липа взволнованно заходила по комнате, попыхивая папиросой, чего с ней никогда не случалось: курить на ходу женщине непристойно. Затем придвинула телефон, набрала н
– Ромочка, я вот чего все-таки решила, привези ко мне нотариуса. Что?.. Они обязаны к престарелым, я узнавала. Зачем, зачем! Нужно. Завещание хочу составить. Ничего смешного здесь нет!.. И кота, будь добр, обязательно сегодня похорони.
К приезду нотариуса Липа навела в квартире марафет: Татара вымыла пол, окна. Липа застелила стол нарядной клеенкой – подарок Тани Алжира.
Конечно, она могла бы прекрасно добраться до нотариальной конторы сама, но она пять лет назад объявила, что на улицу не выходит и не выйдет, и отступаться от своего решения не желала.
В черном платье с брошью – горный хрусталь – Липа ожидала нотариуса.
Наконец раздался короткий звонок.
– Открыто, открыто! – поднимаясь с дивана, закричала Липа.
В передней стоял молодой военный, усердно вытирая ноги.
– Здравствуйте, – сказала Липа. – А где же Ромочка?
– Извините, – покраснел военный. – Лев Александрович Цыпин здесь проживает?
– Кто, Лева? – удивилась Липа. – Он здесь жил, но сейчас у него своя квартира… Вы к Леве? Я думала: ко мне. Я вот нотариуса жду. Для завещания. Вы по работе или проездом? Присаживайтесь, будьте любезны, проходите в комнату.
Парень стянул с ног туфли и в носках по чистому полу вошел в комнату.
– Как ваше имя-отчество, вините? – спросила Липа.
– Старший лейтенант… Да Игорь просто. Я тут мимо еду в отпуск. Вот решил заехать. Я с Дедова Поля родом…
– Да, да, помню. После войны они там работали. Лева вам срочно нужен? Можно позвонить ему на службу. В Моссовет. Я сейчас наберу телефон и трубочку вам передам.
– Не надо, не надо! Не надо пока…
– Бабуль, ты жива? – раздался в передней голос Ромки. – Нотариус приехал!
– Заходите, пожалуйста, – на всякий случай строго сказала Липа молодой женщине, одетой, как Светка, в джинсы, в больших круглых очках.
Женщина профессиональным взглядом окинула обгорелый буфет, стол, покрытый клеенкой, засохшие цветы в банках, переделанный телев… Раздраженно пожала плечами:
– Неужели нельзя было приехать в контору?.. Куда я могу сесть? Освободите стол.
Старший лейтенант Игорь виновато поднялся со стула.
– Приветствую, – сказал ему Ромка, пододвигая стул к нотариусу, и вопросительно взглянул на Липу.
– Ромочка, это товарищ с Дедова Поля… Вы там когда-то жили. Ты не помнишь, конечно…
– Та-а-ак, – напомнила о себе женщина.
– Одну секундочку, – засуетился Ромка, – мы вот сейчас товарища старшего лейтенанта попросим временно в ту комнату…
– Нет, нет! – замахала руками Липа. – Там ребенок спит.
– Какой еще ребенок?
– Стасик там.
– Я вас слушаю, – сказала женщина. – Вы хотели составить завещание.
– Значит, так, – торжественно начала Липа. – Всю домашнюю обстановку: мебель, холодильник, телеви– зор – завещаю моему внуку Роману Львовичу цову.
Нотариус обвела взглядом комнату, вопросительно взглянула на Ромку:
– Может быть, есть вклад на сберкнижке? Ромка помотал головой.
– …Постельное белье, одеяла, подушки, носильные вещи – соседке Светлане Петровой.
– Отчество?
– Отчество? Рома, ты не знаешь, как ее отчество?
– Понятия не имею. Сейчас, одну минутку. Из Светкиной квартиры текла музыка. Светка открыла дверь.
– Как тебя по отчеству? – спросил Ромка.
– Кто еще? – раздался комнаты недовольный мужской голос.
Светка, не оборачиваясь, ногой лягнула дверь:
– Этот еще голос подает!.. Ромочка-золотце, а тебе зачем мое отчество?
– Липа тебя в завещание вставляет.
– Меня-а?.. Артуровна. Тьфу, по паспорту: Авдеевна. Смотри, трепанешь кому – убью. И замуж больше не возьму.
– …«Авдеевна»– ее отчество! Светлана Авдеевна Петрова.
Нотариус вписала отчество в завещание.
– Да! Еще, – вспомнила Липа, – перину – тоже внуку.
– Бабу-уль…
– Ты, Ромочка, ничего не понимаешь. В наше время перина – большая ценность. Правильно я говорю, барышня?
– Дальше, – процедила «барышня».
– С этим все. – Липа достала папиросу и закурила. – Теперь главное. Запрещаю являться на мои похороны дочери, Бадрецовой Людмиле Георгиевне, и внучке, Кузиной, Татьяне Львовне. Не хочу видеть.
– Это не может быть отражено в завещании, – утомленным голосом, глядя мимо Липы, пронесла женщина.
– Это еще почему? – нахмурилась Липа.
– Завещатель имеет право распорядиться только материальными ценностями. Молодой человек, вы-то хоть понимаете, о чем я говорю?
– Но ведь можно сделать запись, содержащую волеъявление завещателя, – неожиданно подал голос старший лейтенант Игорь, до сих пор сидевший с опущенными глазами. – Юридической силы это иметь не будет, но – на бланке или со штампом нотариальной конторы – свою роль сыграет.
Липа, Ромка и даже нотариус удивленно взглянули на него.
– Не знаю… Но это же не будет иметь юридической силы… И вообще у меня ограничено время…
– Тогда вот что, – решительно сказала Липа. – Тогда я сама напишу, а вы просто поприсутствуйте.
– Ну, пожалуйста, – пожав плечами, согласилась нотариус. – Пишите. – И, взглянув на Ромку, заметила: – Весело живете.
– Теперь можно и чайку попить спокойно, – сказала Липа, проводив нотариуса до лифта. – Игорь, вы чайку с нами выпьете? Ромочка, что это с тобой, тебе нездоровится?