Чтение онлайн

А ведь во многом горцы правы, это намного лучше, чем право первой ночи, и не конту лезть со своим уставом в их монастырь.

Иверт показал, как нужно правильно держать яташ, и заставил Алана выучить несколько связок и блоков. За их тренировкой следила дюжина детишек, среди которых было и несколько светловолосых. Они дружно хохотали, когда у гостя не получалось то или иное движение. Как объяснил Иверт, сейчас Алан осваивал блоки, которым обучают пятилетних детей. Ну что поделать, когда-то надо начинать, философски решил конт, размахивая мечом. Шаг, замах, разворот, укол, шаг в сторону, опять замах… и так много раз подряд. Когда спина стала мокрой от пота, игуш посчитал, что достаточно. Алан смотрел на него зверем, но затем понял, что головная боль прошла, и сменил гнев на милость.

Сарх ждал их под раскидистым деревом, усеянным мелкими ягодами. Рядом с ним сидел на скамье крепкий пожилой седовласый мужчина с проницательными темно-карими глазами. Пояс незнакомца говорил, что это вождь и глава рода.

– Бешеный Алан, познакомься с вождем самого большого племени в этих горах. Это Гихард Ведмедь, мой друг и отец моей второй жены. Он привез своих воинов на смотрины, – представил незнакомца Сарх.

– Я слышал о неприступной Крови и Бешеном Алане и рад увидеть твое лицо. – Говорил Гихард с сильным акцентом, но улыбался дружелюбно и немного снисходительно. – Я не думал, что ты так молод. Черный Ястреб очень зол на тебя, ты украл его добычу.

– Я забрал то, что принадлежит мне, – холодно ответил Алан. – А шута прихватил в качестве приятного дополнения. – «Как бонус за хорошо выполненную работу», – подумала про себя Виктория. Рядом фыркнул Иверт. Ну да, шут – еще та головная боль.

– Земли Ведмедя простираются от моря до Трех скал, – пояснил Иверт. – У нас с ним военный союз, скрепленный браком вождя с его дочерью. Если сегодня сестра выберет себе мужа из воинов Гихарда, этот союз станет еще крепче.

– Против кого дружите? – поинтересовался конт.

Сарх громогласно рассмеялся и громко хлопнул друга по спине. Виктория поморщилась. Как у него от такого удара хребет не переломился?

– Я говорил, что с ним можно разговаривать! Он хороший воин.

– О чем это ты? – подозрительно спросил конт Валлид.

– Земли племени Ведмедя захватил барон Линь, – пояснил Иверт.

– Он их захватил или ему их подарил король, который даже не слышал о племени Гихарда? – уточнил Алан.

– Какое это имеет значение? – импульсивно воскликнул Гихард, взмахивая кубком и расплескивая вино вокруг себя. – Мои люди больше не могут выходить в море. Только возле замка Линя есть удобный проход к открытой воде, во всех остальных местах – скалы. Наше племя всегда славилось своими рыбаками и ловцами раковин, но вот уже семь лет как мы вынуждены только мечтать о большой воде.

– У барона всего тридцать человек в отряде, – нахмурился конт. – Если твое племя так многочисленно, как вы говорите, почему ты не отвоюешь свои земли?

– Думаешь, я трус? – вскочил на ноги горец, выхватывая кинжал. Но конт даже не шевельнулся, и Гихард, сопя, сел на место. – Мы пробовали, но эту… – слова, которое произнес горец, он не знал, – поддерживают люди моря. Они приходят по большой воде и останавливаются в замке барона. Его отряд совсем не так мал, как он говорит. От пяти до семи десятков постоянно находятся в замке Линь. Наши разведчики видели, что туда свозят много оружия.

– Барон к чему-то готовится, – тихо произнес Иверт.

Конт согласно кивнул.

– А еще там видели звезду Искореняющих, – добавил Сарх, серьезно глядя в глаза Алану.

Значит, ее догадки верны. Появление Линя сразу следом за Алвисом, бой с разбойниками, когда конт чуть не угодил в ловушку, встреча барона с ксеном на ярмарке и множество мелких деталей сложились в мозаику. В ней не хватало еще нескольких фрагментов, но общий рисунок уже просматривался.

– Если Ведмедь не может сокрушить барона, то, может быть, стоит объединить усилия? – осторожно произнес конт. Это был намек на военный союз, но многое в нем смущало. Например, дележ земель после победы. Выход к морю нужен был и Алану, и отдавать его Ведмедю просто так очень не хотелось.

Вожди переглянулись и, судя по довольству, промелькнувшему во взгляде Сарха, именно этих слов они ждали.

– Ты хочешь присоединиться к нам? – Гихард снисходительно поглядывал на конта.

– Нет, я предлагаю вам присоединиться ко мне. – Алан ответил такой же снисходительной усмешкой. – У меня с бароном личные счеты, и наша стычка в любом случае неизбежна. После победы я присоединю его земли к своим, как присоединил земли барона Рогана. И только от твоего решения, Гихард Ведмедь, зависит, будет ли на столах у твоего племени свежая рыба.

– А почему ты уверен, что сможешь устоять против нас? – Гихард откинулся на спинку скамьи и с прищуром следил за мелькающими по лицу конта тенями.

– Мой род не станет выступать против Бешеного Алана, на нас долг крови, – ни к кому не обращаясь, сообщил Сарх.

– Я помню, – кивнул вождь Ведмедей. – Но даже так моих сил хватит, чтобы потом победить Валлида.

Иверт рассмеялся, похлопал удивленного Гихарда по спине и махнул конту:

– Подаришь мне шкуру этого Ведмедя. Я прибью ее над дверью.

Сарх наслаждался, он, как довольный и сытый кот, следил за всеми одновременно, выжидая момента, когда можно будет выступить в роли объединяющего фактора и таким образом получить немного больше выгоды.

– Я присоединюсь к тебе, Алан. У меня свои счеты к барону.

Гихард задумчиво жевал губу, поглядывая на всех исподлобья.

– Мне нужно подумать, – наконец буркнул он.

Сарх в традиционных черных одеждах восседал во главе длинного стола, накрытого прямо посреди улицы. Слева от него посадили Алана, справа Иверта, рядом с Ивертом сидели еще трое молодых мужчин – его младшие братья. Гихард Ведмедь устроился напротив вместе со своими воинами. Пятеро молодых парней пожирали глазами окруженную сестрами и матерями невесту, да и остальные девушки не были лишены внимания. Виктория присмотрелась к женщинам. Красивые. Даже бабушка Иверта выглядела моложаво и держалась с достоинством. Как они умудрялись выглядеть так хорошо, оставалось загадкой. Ведь слуг в доме не было, как и рабов. Рабов игуши не держали, хотя сами не гнушались торговать людьми. На вопрос конта, почему, Сарх ответил: «Зачем мне слуги и рабы, когда у меня три жены и двенадцать детей?» Они и выполняли всю работу по дому, а мужчины следили за хозяйством.

Звучали тосты, женщины хвалили невесту, воспевая ее достоинства. И хозяйка она отменная, и поет, и танцует, и шьет, и с оружием умеет управляться, а как хороша в постели! Девушка краснела, но при этом бросала в сторону потенциальных женихов заинтересованные взгляды. Затем слово взяли мужчины, и пошло по новому кругу – какие замечательные женихи почтили своим присутствием этот праздник! Правда, хвалили только троих. Как шепнул Алану Иверт, это значило, что двоим невеста не приглянулась. Зира сидела напротив, и конт периодически ловил на себе ее взгляды. Он улыбался девушке и даже несколько раз подмигнул, чем вызвал тихие смешки и перешептывания. Виктория поймала себя на мысли, что сегодня она ни разу не подумала об Иверте как о возлюбленном. Нет, он продолжал ей нравиться, и даже очень сильно, но сердце больше не колотилось в его присутствии как бешеное. Может быть, ей удастся смириться с этим телом?