Чтение онлайн

А народ все прибывал и прибывал. Прослышав о суде над свитой Яроха, взглянуть на зрелище отправились даже жители дальних южных городов.

Кое-как протиснувшись к лестнице, Аято тихо шепнул вождю Сорла:

— Пора начинать, а то толпа скоро станет неуправляемой.

Впрочем, охрана по периметру площади и так еле-еле справлялась с напором зрителей. Выставив копья вперед, воины медленно пятились назад.

Выйдя чуть вперед, Сток высоко поднял руку, требуя тишины. И самое удивительное, что он ее добился. Через пару минут шум почти стих.

— Граждане Наски, сегодня вы решаете судьбу людей и мутантов, виновных в различных преступлениях. Многие из них просто служили в армии арка, некоторые выполняли обязанности палачей и сборщиков налогов, а кто-то и сам изобретал безжалостные пытки. Каждому должно достаться по справедливости. Надеюсь на ваше милосердие и благоразумие! — громко провозгласил Нелаун.

В ходе сражения было взято около сотни пленных. Большинство бойцов правителя предпочло умереть на поле брани.

Из дворца медленно вывели десять первых солдат. Увидев огромную толпу, испуганные оливийцы едва не упали в обморок. Их лица побелели от страха, а в глазах застыл ужас.

Однако горожане проявили удивительную доброту. Волонтеры арка отделались тридцатью плетьми.

С пленников сняли одежду, привязали к столбам и приступили к исполнению наказания. Понемногу тасконцы заводились. Вид расправы приводит зрителей в исступление, и они перестают контролировать свои эмоции.

Тем не менее, из тех, кого схватили на улицах, повесили лишь шестерых. Они активно участвовали в погромах и убийствах.

Каждый раз находилось не меньше пяти свидетелей. На этом первая часть суда закончилась.

На лестницу вытолкнули телохранителей Яроха. Среди них было немало мутантов. Из всей группы только они держались мужественно и с достоинством.

Приговор звучал один — смерть. Семерым, обвиненным в каннибализме, палачи отсекли головы, остальных ждала петля.

Площадь перед дворцом снова окрасилась в кровавый цвет. Над Наской разнеслись торжествующие крики. Горожане радовались и веселились. Каждый удар топора сопровождался ликующим возгласом, волна подхватывала его и несла до самых окраин столицы.

Но пик торжества пришелся на тот момент, когда перед толпой предстали последние четыре пленника. Их вина не требовала доказательств.

В порыве ярости оливийцы чуть не смели охрану. Снова неистовствовали женщины. Ни одному мерзавцу из свиты правителя не дали умереть спокойно. Слишком много боли и страданий они принесли, чтобы быстро и легко уйти из жизни. Это непозволительная роскошь.

Граунта повесили вверх ногами, и Рой мучился несколько часов, пока не скончался от кровоизлияния в мозг.

Шелона, прослывшего насильником и убийцей, казнили необычным способом. Его сначала оскопили, затем отрубили кисти рук, и лишь потом — голову.

Фолона медленно, с большими перерывами четвертовали. Его адские крики тонули в радостных воплях толпы.

И наконец наступила очередь Злауна. Казнь этому садисту придумал сам народ. Изуверу привязали четыре веревки к рукам и ногам, а их концы раздали горожанам. Короткая команда — и тело ненавистного душегуба разлетелось на куски в разные стороны.

— Бог мой, какая жестокость! — вырвалось у Олеся.

— Наверное, — спокойно ответил Тино. — Но мы не в праве осуждать тасконцев. За прошедшие годы они многое пережили. На их глазах мутанты убивали детей и тут же съедали несчастных младенцев. Не каждый выдержит подобное зрелище.

— Люди наконец убедились, что справедливость существует, — добавил Стюарт. — Весть о казни тиранов разнесется по всем городам Центральной Оливии. Я уверен, у многих выродков отпадет желание заниматься грабежом и насилием. Оказаться на плахе — удовольствие не из приятных.

В Наске начался праздник. Из погребов выкатили бочки с вином, и горожане упивались до невменяемости. Уже целые сутки они свободны, им ничего не угрожает. Исчез страх за детей, за жен, за собственную жизнь. Годы мрака и ужаса остались позади.

О трудностях с пропитанием и жильем вспомнят завтра, а сейчас народ гулял и веселился. Земляне и союзники в торжествах не участвовали. Сразу после суда воины вернулись в лагерь. Любая победа над врагом омрачена горечью потерь. Война — тяжелое бремя. Десятки, сотни твоих друзей навсегда останутся на поле битвы.

Ранним утром тасконцы вынесли из лазарета и похоронили еще около тридцати человек. На Нелауна было больно смотреть. Из той тысячи бойцов, что вышла с ним из Лендвила, уцелело меньше половины. И хотя соров погибло ничуть не меньше, упреков со стороны лидеров других кланов не избежать.

Противостояние с Ярохом сильно обескровило Союз городов. Восстановить былую силу вряд ли скоро удастся. А ведь в ближайшие годы ожидалось вторжение аланцев. Как воевать с могущественной высокоразвитой цивилизацией, Сток не представлял.

Пять дней пролетели, как одно мгновение. За все это время никто даже словом не обмолвился о предстоящем походе. Каждый принимал решение самостоятельно.

Дел у членов группы хватало, и обсуждать детали экспедиции было некогда.

Салан вместе со Слоун, Мелоун и Оланом постоянно находились в госпитале. Раненые постепенно поправлялись и становились на ноги.

Троул, Белаун, Воржиха, Дойл и Саччи работали на восстановлении городской стены и башен. При штурме сгорели и обрушились значительные участки укреплений. Причем именно земляне приложили руку к наиболее серьезным повреждениям защитных сооружений.