Компания
Шрифт:
– Что они делают? – спрашивает кто-то за спиной Холли. Она не может ответить. Она даже дышать не может. Она проработала в «Зефире» четыре года, не видя в своей деятельности никакого смысла. Она думала, что все дело в ней.
– Они на нас опыты ставят, – само собой вырывается у нее.
– Теперь, – продолжает Джонс, – в файлы проекта «Альфа» можно войти с любого компьютера в этом здании. Они расположены на сетевом диске R. А живые картинки с камер слежения можно получить и без доступа в мониторный зал на тринадцатом этаже. Как изображение, так и звук. Картинка, мне сказали, будет немного дерганая, но все же…
В этот момент Блейк стаскивает его со стула.
Фредди обшаривает диск R. Названия проектов, под которыми организована информация, мало о чем ему говорят. Но потом он натыкается на директорию с личными файлами служащих, где есть и КАРЛСОН Ф. № 712. Внутри имеются ссылки на все проекты, в которых Фредди, очевидно, участвовал. Всего их пять. Проект № 161 озаглавлен ЛИШЕНИЕ ВОЗНАГРАЖДЕНИЙ И МОТИВАЦИИ. Чуть ниже, в графе «инструкции», значится: НЕ ПОВЫШАТЬ НИ ПРИ КАКИХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ.
Гретель вышла на работу только сегодня и чувствует себя гораздо лучше, поскольку коммутатор молчит. Возможно, ей даже удастся улизнуть и пообедать как следует.
Лампочка мигает.
– Добрый день, секретариат.
– Гретель? Это Холли Вейл из обслуживания персонала. Можешь подняться наверх?
– Нет, я на телефоне.
– Знаю, но тебе тут надо кое на что посмотреть.
Элизабет выходит от Роджера напряженная, готовясь услышать: «А что ты там, интересно, делала?» Но никто не задает ей вопросов. Кругом тишина, ни единой души не видно.
Затем в одной из клетушек обнаруживается группа из пяти-шести человек. Все безмолвно толпятся вокруг компьютера. Элизабет, заинтригованная и немного испуганная, заглядывает поверх их плеч. Изображение, поначалу непонятное, обретает смысл, и она прижимает ладонь к животу.
Блейк сгреб Джонса за грудки и трясет, ударяя головой о ковер.
– Ты что сделал?!
– Отпусти его, – приказывает Ева, поднявшись с места.
Блейк отдергивает руки, точно боясь заразиться.
– Вот что, – говорит Ева. – Едем все на тринадцатый. Будем управлять ситуацией оттуда.
Фредди находит файл Меган – с домашним номером телефона. Пробирается через толпу к своему телефону, звонит.
– Да?
– Меган? Это Фредди Карлсон. – Она молчит, и он добавляет: – Из «Зефира».
– Ой, извини… ну конечно! Просто не ожидала, что ты позвонишь. Как там у вас дела?
– Значит, так…
Проект «Альфа», потеснившись, загружается в лифт. На Джонса стараются не смотреть – все, кроме Блейка, который не скрывает своей враждебности, и Тома с жалобными глазами.
– Это ведь не ты, правда, Джонс? – спрашивает Том на полпути вверх.
– Не будь дебилом, Том, – обрывает его Блейк.
– Но почему? Зачем было это делать?
– Потому что они заслуживают лучшего, – отвечает Джонс. – А я – нет.
Больше никто не разговаривает до самого мониторного зала. На мониторы все тоже смотрят в полном молчании. Потом у Евы вырывается короткий вопль, яростный и полный досады. Все, включая Джонса, подпрыгивают.
– О господи, Ева, – бормочет Блейк.
– Ты думал, я шучу? – орет она на Джонса. – Ты так думал, да?
– Нет.
Она выхватывает из сумки мобильник.
– Следи за мониторами и помни: это ты виноват. Я предупреждала, что будет, если ты им расскажешь. Ты своего добился.
Гнева нет – все пребывают в ступоре.
– Нас просто разыгрывают, – предполагает бухгалтер на седьмом этаже, но его никто не поддерживает. Это не похоже на розыгрыш. Люди смотрят на свои столы, на лотки для входящих, переполненные бессмысленными заданиями. Впервые хоть что-то в «Зефире» стало понятным.
Голосовая почта начинает мигать. Руки тянутся к телефонам.
– Здравствуйте! Вас приветствует отдел кадров и безопасности.
Голос женский, звучит жизнерадостно. Большинству зефирцев он незнаком, но Фредди судорожно сжимает трубку, а у Холли сводит живот.
– Меня зовут Сидни Харпер. У меня для вас необычное сообщение, очень волнительное, поэтому прошу слушать внимательно. На прошлой неделе, как вам известно, большинство членов администрации подали заявление об уходе. Это нарушило нашу организационную структуру, и отдел кадров долго работал над оптимальным решением проблемы. После длительного совещания с оставшимися администраторами мы, как нам кажется, нашли способ пережить этот трудный период с минимальными потерями.
С данного момента все вакансии в нашей компании считаются открытыми. Каждый может подать конкурсную заявку как на свою прежнюю должность, так и на любую другую. Подробности вы найдете на доске объявлений. Всего доброго.
Конец сообщения.
Одуревшие служащие ищут ответа друг у друга, но никто не может сказать ничего толкового. Все понемногу тянутся к лифтам. «Выходит, я могу претендовать на любую должность?» – волнуются молодые. Старые работники слышали совсем не это. В их понимании весь штат «Зефира» только что был уволен.
Большая пробковая доска объявлений висит в столовой – то есть там, где раньше была столовая. Прежде там вывешивались извещения о вакансиях – это показывало, что компания ничего не скрывает от своих служащих, и позволяло выявлять служащих, недовольных занимаемой должностью. Всякий, кто подходил к доске, ловил на себе любопытные взоры и слышал шепотки за спиной. В последнее время доска опустела и служила мрачным напоминанием о том, как все плохо в «Зефире». Потом службу питания сократили, столовая закрылась, и ходить сюда стало незачем.