Колония
Шрифт:
По периметру веретенообразного утолщения, диаметр которого равнялся семистам метрам, синхронно включились струйные двигатели, и средняя часть космического корабля вдруг начала медленно поворачиваться вокруг центральной оси симметрии. Это движение ускорялось с каждой секундой, и настал миг, когда двигатели отключились. Теперь средняя часть корабля вращалась со скоростью двадцати метров в секунду, что создавало в отсеках искусственную силу гравитации, равную четырём десятым привычного земного тяготения.
Для специалиста этот факт мог свидетельствовать лишь об одном — во вращающейся части в ближайшее время появятся люди, которым, в отличие от автоматических систем, необходима минимальная гравитация, чтобы их действия были более точными и эффективными, чем в условиях невесомости.
Корабль тем временем начал плавный разворот, а затем кормовая сфера внезапно разделилась на две разноликие части: обращённое к кораблю полушарие осталось тёмным, а второй сегмент вдруг озарился ярким сиянием, будто изнутри обшивка кормовой полусферы подвергалась интенсивной накачке, отчего сложная структура ячеистой брони начала испускать интенсивное свечение, которое, вопреки ожиданию, не рассеивалось в пространстве, а образовало направленный световой поток, ограниченный незримым воздействием магнитных полей.
Это заработала силовая установка маршевой фотонной тяги.
Корабль к моменту включения основных двигателей уже закончил пространственный разворот, и теперь командная сфера, внутри которой располагались главные посты управления, была сориентирована в сторону Марса, выглядевшего на фоне звёзд как тускло-серая горошина.
Сияние фотонной установки осветило весь корабль, и теперь среди плотно состыкованных надстроек, между выступами отделяемых модулей можно было прочесть название и принадлежность огромного крейсера:
«„Светоч“
Военно-космические силы России.»
Перехват по линии лазерной связи.
Источник: Спутник орбитальной группировки корпоративной сети «Фон Браун».
Дешифровка:
«Командиру „Ориона“.
Быть готовым к началу наземной акции вторжения со стороны сил концерна „Новая Азия“. Не осуществлять упреждающих действий по подавлению обнаруженного центра связи. В случае начала силовой акции непосредственные инструкции будут переданы через корпоративную сеть колонии. Глава колониальной администрации Дитрих Фридман утверждён советом директоров на посту командующего всеми силовыми структурами марсианского отдела корпорации, включая единицы флота космического базирования».
Марка Келли поднял с постели ранний неурочный звонок.
Протянув руку, он взял коммуникатор и ответил, не включая дисплей визора:
— Келли, слушаю.
— Это я хотел бы кое-что услышать от вас как от начальника службы корпоративной безопасности, — без приветствий и вступлений прозвучал раздражённый голос Фридмана.
— В чём дело? — остатки сна мгновенно улетучились.
— Не по коммуникатору. Жду вас в офисе. — Коммуникатор отключился, и в комнате повисла звонкая тишина.
Марк, вздохнув, встал:
— Генри, выводи машину. Я сейчас оденусь и спущусь.
— Понял.
Келли стал быстро одеваться. Неделя, истёкшая со дня памятного посещения усадьбы Дейвида Мошера, успела порядком утомить его. Бесконечные переезды, гнетущее чувство подсознательной угрозы, невольные размышления о колонии и своей судьбе, которая была слишком тесно переплетена с корпорацией, чтобы просто взять и обрубить все нити, связывающие его с «Фон Брауном», постоянное ожидание внезапного развития событий — всё это вместе взятое держало его в напряжении, ломая привычный режим, выбивая из колеи…
«Что ещё могло стрястись на мою голову?» — неприязненно думал он, покидая очередной гостиничный номер. Его раздражал тот факт, что Мошеру удалось-таки заразить его паранойей, но бесконечные перемещения, хитроумные ловушки, которые он расставлял ради собственной безопасности, не давали никаких видимых результатов, — жизнь вокруг текла, как обычно, только он мотался из сектора в сектор, всё чаще подумывая — уж не обвёл ли его Мошер вокруг пальца? Может, всё-таки именно он и есть тот самый «доброжелатель», что выбил его из привычного жизненного уклада своим безобидным на первый взгляд электронным посланием.
«Всё, сегодня буду ночевать дома. Хватит…» — раздражённо подумал он, садясь в машину.
— Куда? — коротко осведомился Генри.
— В центральный офис. Звонил Фридман. Что-то стряслось.
«Нет, слишком много информации слито мне, чтобы ситуация в конечном итоге не получила развития…» — подумал Келли, глядя, как мелькают за тонированным стеклом «Дэйша» молодые лесопосадки.
Бортовой хронометр машины показывал четверть пятого.
Без двадцати минут пять машина Келли остановилась подле главного офиса колониальной администрации.
— Останешься тут. — Марк по привычке дождался, пока Генри просканирует прилегающую местность, и вышел только после его разрешающего кивка.
В многоэтажном здании офиса, несмотря на ранний час, светилось несколько окон.
Поднявшись по эскалатору, Келли миновал свой кабинет, направившись к Фридману.
Дитрих с нетерпением ждал его, расхаживая по подиуму личного конференц-зала, где обычно проводились все важные совещания с участием начальников отделов.
— Наконец-то, — произнёс он, увидев в дверях фигуру Келли. — Какого чёрта вас не застать дома? Прячетесь от азиатов?
— Нет, — буркнул в ответ Марк. — Что случилось? — повторил он свой вопрос.
— Хотелось бы задать данный вопрос вам, но коль скоро я должен заниматься всеми делами без разбора, то полюбуйтесь — вот что я получил сегодня на накопитель своего личного терминала. — Дитрих коснулся сенсора пульта дистанционного управления, и один из демонстрационных экранов ожил, показывая крупный план гористой местности. В поле зрения видеокамеры попала глубокая тёмная расселина и три человеческие фигурки, остановившиеся на краю разлома марсианской коры.