Чтение онлайн

Через несколько дней большинство южных охотниц тоже присоединились к рабочим. Дортека неодобрительно хмурилась, но как еще можно было избавиться от скуки?

Рабочие помощь ценили, но зачастую не понимали, как им следует относиться к своим добровольным помощницам. Особенно к силте, которая не боится испачкать лапы. Марика подозревала, что рабочие стали думать о ней гораздо лучше, несмотря на все те слухи, которые до них доходили. К концу лета большинство из них с ней разговаривали. А сама Марика уже вполне сознательно старалась завоевать их доверие.

Дортека отказывалась заниматься чем бы то ни было, кроме обучения Марики. Но уж тут она старалась как могла, как будто желая поскорее покончить с неприятной работой. Их с Марикой отношения все ухудшались.

Лето шло к концу, а Марика упорно не желала, чтобы из нее слепили настоящую силту.

Лето дало Марике возможность немного отвлечься от своих забот и огорчений, но не избавило от мыслей о будущем. Она подходила к этому вопросу прагматично, как самая что ни на есть циничная силта.

Напали на них только один раз, когда блокгауз был уже почти достроен. Атака оказалась не слишком серьезной, хотя кочевники были уверены в обратном. Зубастой лозы они, разумеется, не испугались, счастливо избежали мин и волчьих ям и заложили взрывчатку, чтобы проломить основную ограду. Обеспокоенная Дортека мысленно связалась с Акардом и попросила прислать на помощь темные корабли. Но Марика уничтожила всех противников задолго до того, как успел сесть первый корабль.

Она сделала это почти без усилий, просто потянулась подальше и поймала призрака где-то высоко в атмосфере. Марика уже знала, что тянуться надо как можно выше. Чем выше, тем страшнее Сущие.

После этого случая Дортека шарахалась от Марики, как от опасного зверя, и в ее присутствии постоянно нервничала.

Марика не понимала свою наставницу и очень огорчалась. Нет, она не хотела, чтобы Дортека стала ее другом, но и пугать ее тоже не собиралась.

Неужели ее талант столь ужасен? Неужели она настолько сильнее всех остальных силт? Да быть этого не может!

Вскоре после того, как на новый блокгауз упали первые хлопья снега, прилетел темный корабль с зимними припасами и новой сменой силт.

Марика и Дортека получили приказ возвращаться в макшский монастырь.

— Я не полечу! — заявила вдруг Марика.

— Щена! Хватит с меня твоих выходок! Немедленно надевай шубу и ступай на борт!

Дортека пришла в такую ярость, что даже не обращала внимания на Грауэл и Барлог.

— Это ведь последний корабль, больше до весны их не будет. Если, конечно, не считать тех, которые прилетят из Акарда в случае внезапной атаки. Правильно?

— Да. И что с того? Ты так любишь лесную жизнь, что готова остаться в этой распроклятой дыре навеки?

— Вовсе нет. Я хочу домой. И рабочие тоже хотят.

Это заявление застало Дортеку врасплох. Она удивленно уставилась на Марику и прохрипела:

— О чем ты говоришь? Ну и что?

— Этих рабочих наняли на один сезон. И обещали вернуть их домой к празднику Кифхи. Праздник наступает через четыре дня, а никакого транспорта им так и не предоставили. Вы полетите вперед. На юг.

Доложите обо всем Верховной жрице. А когда она спросит, почему я не вернулась, вы скажете ей: «Потому что община Рейгг опять не выполняет обещаний, данных своим вассалам».

Дортека пришла в такую ярость, что Марика даже испугалась, не хватил бы ее удар. Но Марика была непреклонна и продолжала смотреть в глаза наставнице, показывая, что не изменит своего решения. Дортека погрузилась в себя и до тех пор проделывала успокаивающие упражнения, пока не взяла себя в руки настолько, чтобы суметь связаться с Акардом.

Рабочие улетели на следующее же утро. Причем улетели не только из их маленькой крепости, но из всего Верхнего Поната. Судя по всему, здесь не обошлось без вмешательства самой Градвол. Перед отлетом двое рабочих тихонько сказали Марике, как их можно найти в Макше, если ей, в свою очередь, понадобится помощь. Марика это запомнила. Более того, она заставила запомнить Грауэл и Барлог, на случай, если сама забудет.

Настанет день, когда эти рабочие ей пригодятся.

У Марики появились собственные планы. Этим летом она начала задумываться о будущем, уже не как щенок, одержимый одной лишь идеей летать. Но окружающим она этого не показывала. Даже Грауэл и Барлог оставались в неведении.

— Угодно ли вашему сиятельству взойти на корабль? поинтересовалась Дортека. — Соответствует ли устройство мира вашим представлениям?

— Да. Спасибо, Дортека. Мне бы хотелось, чтобы вы меня поняли.

Судьба этих мет вас, вероятно, мало волнует. Меня на самом деле тоже.

Но для общины важно доброе имя. Если даже наши собственные вассалы не могут доверять нам, то кто сможет?

— Хвала Всесущему! — пробормотала Дортека, когда Марика принялась пристегиваться ремнями к холодной раме темного корабля.

— Может быть, именно наше безразличие к судьбе подданных и послужило причиной тому, что поддержание порядка в Макше становится год от года все более сложной задачей. Постч не намерена поступать так, как должно, а Зертан слишком ленива или слишком застенчива.

— Закрой пасть, щена! Ты больше не будешь дурно отзываться о своем начальстве. Пока что от меня зависит, будет ли твоя жизнь счастливой или несчастной. Понятно я говорю?

— Совершенно понятно, госпожа. Хотя ваше отношение все равно не изменит правды.

Дортека взбесилась не на шутку.

В основном Марика достигла уровня силты своего возраста. В некоторых отношениях она даже превосходила сверстниц. Чем дальше она продвигалась в учебе, тем больше у нее оставалось свободного времени.