Кольцо Гекаты
Шрифт:
– Да, странно… – только и сказал Юрий Арсеньевич, выслушав адвоката.
И тут он вспомнил, как дедушка Платон Иванович рассказывал, что кто-то дважды пытался ограбить его квартиру. Правда, ничего ценного не пропало, но… беспорядок устроили страшный, отовсюду все повыбрасывали, раскидали по полу.
– Спасибо, Артем Михайлович! – поблагодарил Юрий и спросил: – А как моя супруга? Ничем не порадуете?
– По последним данным, которые мне удалось выудить у сторожа, Анна Наумовна предполагает в ближайший четверг приехать на ночь в Андреевское.
– В этот четверг? – удивился Юрий.
– Да.
– А зачем?
– Не знаю. Сторож сообщил, что приезжала хозяйка, велела натопить дом, все прибрать и ждать ее во второй половине дня, в четверг, и уточнила, что останется на ночь. Вам не помешало бы самому съездить в Андреевское и посмотреть, что там собирается делать ваша супруга. И с кем. Я вам настоятельно советую.
– Но как же… – растерялся Салахов. – Она же может меня заметить?!
– А вы приезжайте заранее, поговорите со сторожем, заявите, что вы муж. Мне надо учить вас?
– Наверное, надо. Подскажите, как мне лучше всего поступить. Когда речь идет об Анне, я… больше не бизнесмен, не решительный человек, я… просто не знаю, что мне делать! Анна… она такая… никогда не угадаешь, как она будет реагировать. Мне бы не хотелось огорчать ее.
– То есть вы не хотите, чтобы ваша жена догадалась…
– Не хочу! – перебил его Салахов. – Совершенно не хочу! Пусть все останется в тайне.
– Так вы поедете в Андреевское?
– Да, да… поеду, но… чтобы Анна ни о чем не узнала. У нас сложные отношения, и…
– Понятно. Тогда приезжайте, как я уже сказал, заранее, поговорите со сторожем. Он славный малый и любит деньги. На этом я его и подловил. Не скупитесь, и он будет на вашей стороне. Охрану с собой не берите. Рискнете?
– Пожалуй…
– Машину спрячьте в лесу, а потом спрячьтесь сами. И наблюдайте.
– А куда мне спрятаться?
– Возле дома есть небольшая кирпичная постройка, вроде летней кухни. Через окно вам будет отлично видно все, что происходит во дворе. Но в этом случае вы не сможете свободно передвигаться. Вдруг понадобится заглянуть в окно дома?
– Вы предлагаете мне подглядывать? – возмутился Юрий.
– Не я вам предлагаю, а вы намереваетесь это сделать, и спрашиваете у меня, как! Я вам пытаюсь объяснить. Нельзя, Юрий Арсеньевич, следить за своей женой, сохраняя приличия. Слежка есть слежка.
– Хорошо, хорошо… Ладно, говорите. Где же мне, в таком случае, спрятаться?
– Думаю, лучше всего будет в саду за домом. Оттуда видны окна, и можно менять точку наблюдения. Вдоль забора растет малина, так что легко пробраться из сада во двор, оставаясь незамеченным. Если проявите определенную сноровку, все сможете увидеть. Надеюсь, вы не боитесь ночной росы, вампиров и привидений?
– Не говорите глупостей!
– Вот и отлично.
Салахов минут десять сидел неподвижно, обдумывая разговор с адвокатом. Придется ехать в Андреевское. Что бы ни ждало его там, знать всегда лучше, чем оставаться в неведении. Он устал чувствовать себя путником с завязанными глазами, который бредет наощупь, не понимая куда. Если сделать все, как говорил Пономарев, Анна ничего не узнает. А вдруг все-таки… О, как она будет тогда презирать его! Ну и что? Плевать! Да, он достоин презрения из-за своей унизительной любви к ней, из-за того, что не может совладать со своими чувствами! Ему хочется знать о ней все, каждый темный уголок ее души, а она не пускает его дальше гостиной, вынуждает брать украдкой то, что принадлежит ему по праву. Дело дошло до того, что он – Салахов! – будет красться за ней, как вор, как преступник, подслушивать, подглядывать.
Юрий сам себе был противен, но ничего не мог поделать. Чем больше он думал о поездке Анны на ночь в Андреевское, тем сильнее ему хотелось видеть все происходящее, каждую мельчайшую деталь. Да, это недостойно, низко… Но он не может отказаться! Любовь к Анне победила все, даже его мужскую честь. Черт с ними, с приличиями! В конце концов, он увидит, что она делает в этом доме, который купила тайно от него.
Когда Салахов принял окончательное решение, ему стало легче. Он набрал номер родителей.
– Юрочка! – запричитала Владилена Карповна, услышав голос сына. – Как ты там, дорогой? Не забываешь обедать? Вряд ли твою… жену волнует твое здоровье, сынок. Поэтому заботься о себе сам. Такая уж у тебя горькая судьба!
– О боже, мама! Прекрати эти дешевые трюки, умоляю тебя. Все твои грандиозные замыслы поссорить меня с Анной шиты белыми нитками. Сколько можно? Неужели тебе до сих пор не надоело?
– Поссорить вас?! – завопила Владилена Карповна, вне себя от возмущения. – Я ночей не сплю, только и думаю, что о вашей семье. Деток бы вам бог послал, тогда все было бы по-другому. Но эта женщина…
– Да-да, я все знаю, мама! – перебил ее Юрий. – Не утруждай себя очередным повторением трагического монолога несостоявшейся бабушки.
– Какой ты циник, Юра! Это она сделала тебя таким – черствым, бездушным. Она отучила тебя уважать твою мать! Она…
– Мама, – сказал Юрий, давно научившийся не обращать на подобное внимания. – Вас ни разу не пытались ограбить?
Владилена Карповна замолкла, будто наткнулась на невидимую преграду. Несколько минут она пыталась сообразить, о чем ее спрашивают.
– Ограбить? – переспросила она в недоумении. – При чем тут…
– Конечно, ни при чем. Просто скажи, вашу квартиру когда-нибудь посещали воры?
Владилена Карповна задумалась. Что-то такое было, давно…
– Кажется, да, Юрочка. А почему ты спрашиваешь?
– Интересно. Взяли что-то?
– В смысле украли? Да… то есть, нет… Все перевернули, все шкафы, комоды. Да, помню. Папа ужасно кричал, ведь у него в кабинете вытряхнули из ящиков все бумаги, папки, блокноты. Его чуть удар не хватил. Ты же знаешь, как он привязан к своим вещам.