Чтение онлайн

Вот только моих родителей здесь не было.

Их не оказалось и в «Галерее», кафе «Карлайл» и баре «Бемельманс». Меня окружали потрясающие произведения искусства и безупречный стиль, но я была слишком озабочена отсутствием родителей, чтобы глазеть по сторонам. Мы заглянули во все закоулки и щели и вернулись в вестибюль. Я вновь позвонила по их сотовым телефонам и оставила сообщение с просьбой позвонить, но не слишком на это рассчитывала.

— Что теперь? — спросила я.

Страйкер подвел меня к дивану гранатового цвета, стоящему возле стены. Отсюда был прекрасно виден вход.

— Будем ждать. — Он протянул руку. — Дай-ка взглянуть на колье.

Страйкер внимательно рассмотрел цепочку и медальон. Изображение на полированном серебре было безупречно четким: ширококрылый ангел держит копье, слегка отведя руку назад, словно собирается вонзить его в кого-то.

— Михаил, — сказал Страйкер. — Архангел.

— А-а, — протянула Мел.

— Многие католики носят такие медальоны, — объяснил он. — Они молятся святым, чтобы те заступились за них перед Богом.

Мел наклонила голову набок, изучающе глядя на Страйкера, словно он пытался что-то скрыть от нее.

— Ты католик?

— Формально — да. — Он рос в католической семье, но после смерти матери перестал поддерживать отношения с Богом. — Мое прошлое тут ни при чем. Ведь подсказки должны быть связаны с Жертвой, не так ли?

— Это верно, но я не католичка. Я… Она неожиданно смолкла.

— В чем дело?

— Моя биография. Несколько лет назад я написала работу о ватиканских шифрах. В начале девятнадцатого века в Ватикане уделяли большое внимание криптологии, и я довольно много этим занималась. Даже выступала на какой-то конференции, не помню сейчас где. Наверное, я упомянула об этом в биографии.

— Ну вот и связь. — Страйкер перевернул медальон и посмотрел на надпись — Для меня это ничего не значит.

— Что там написано?

Он протянул медальон Мел.

у = a ch х

— Ты понимаешь, что это такое? — спросил он.

— Конечно, — сразу же ответила Мел. — Это уравнение цепной линии. Но какое отношение она имеет ко всему остальному, я не представляю.

— Угу, — сказал Страйкер. — А что такое цепная линия?

— Конечно, я могу сказать, но потом мне придется тебя убить.

Он приподнял брови, и Мел усмехнулась.

— Извини. Я просто повторила твои слова. — Она откашлялась. — Цепная линия есть форма идеально гибкой цепи, подвешенной за концы и подвергающейся воздействию тяготения.

— Замечательно. Счастлив это узнать. И какое отношение она имеет к архангелу? Или к тебе, если уж на то пошло?

— Понятия не имею, — призналась Мел. — Но нам нужно выяснить.

Страйкер кивнул и, моментально выкинув из головы линии и святых, вновь принялся вглядываться в лица людей, находившихся в вестибюле. Место для наблюдения было хорошее, но не идеальное, и он встал, протянув руку Мел.

— Настало время снова все обойти.

Они сделали еще один круг по отелю и остановились возле огромного цветочного букета, когда Страйкер услышал, как Мел тихонько ахнула. Он бросил на нее быстрый взгляд и тут же повернул голову туда, куда смотрела она.

Линкс. Он решительно шагал через вестибюль к лифту.

— Он нас не видел, — сказал Страйкер.

— Неважно, — ответила Мел дрожащим голосом. — Женщина у стойки консьержа — моя мама.

Страйкер резко повернулся и увидел хорошо одетую светловолосую женщину, которая о чем-то беседовала с консьержем. Линкс не обратил на нее внимания, и Страйкер решил, что убийца не знает, как выглядят Прескотты. Но он не сомневался, что ему известен номер их комнаты.

— Я пойду за ним, — сказал Страйкер. — Иди в дамскую комнату. Там встретишься с матерью.

— Что…

Он прижал палец к ее губам и поцеловал ее в лоб.

— Ты мне веришь?

— Да, — без колебаний ответила Мел.

— Тогда иди.

Она кивнула и быстро пошла по направлению к дамской комнате.

С противоположной стороны вестибюля раздался звонок лифта, и Линкс вошел в открывшиеся двери. Они плавно закрылись, и убийца исчез. Увы, слишком ненадолго. Во всяком случае, на взгляд Страйкера.

Страйкер устремился в сторону лифтов, на мгновение остановившись рядом с конторкой консьержа.

— Миссис Прескотт?

Она повернула к нему голову.

— Да?

— У меня для вас поручение от вашей дочери. Она просила, чтобы вы зашли в дамскую комнату. Я думаю, вам следует поторопиться. Кажется, вашей дочери нехорошо.

Дамская комната выглядела не менее изысканно, чем остальные помещения отеля. К счастью, в ней никого не было, если не считать служительницы, которая в обмен на мелкие монетки выдавала полотенца и другие туалетные принадлежности.

Дверь распахнулась, и я подумала, что это кто-то другой. С моим везением…

Но это была мама.

— Мелани! Дорогая, с тобой все в порядке? — Она приложила ладонь к моему лбу. — Какой-то человек сказал, что тебе нехорошо.

Мама пощупала мою куртку и внимательно посмотрела мне в лицо.

— Боже мой, девочка. Ты выглядишь ужасно. Она взяла прядь моих волос, подняла вверх и выпустила из руки, укоризненно цокая языком. Кажется, я уже говорила, что эта женщина — настоящий специалист по воспитанию самоуважения.

Не отвечая, я схватила ее за руку и потянула за собой в кабинку. Она не ожидала такого поворота событий и не оказала сопротивления, Я закрыла дверцу на задвижку и встала так, чтобы мама не могла сбежать,

— Мелани! Что это ты придумала? Я приложила палец к губам.

— Пожалуйста, мама. Пожалуйста, говори тише.

Она широко раскрыла глаза, и я съежилась, ожидая грандиозного скандала. Однако мама меня удивила. Она кивнула и поправила юбку, чтобы подол не касался унитаза.

— Что происходит, Мелани? Ты заболела? Что все это значит?