Чтение онлайн

– Что ты сказал?

– Мне очень жаль, – пробормотал Фредди, – но я сказал, что они все умерли.

Ласситер полностью утратил дар речи. Они все мертвы?

«Итак, – подумал он, – все кончено. Я ничего больше не могу сделать». Более того, в итоге оказалось, что все его предыдущие действия не имели никакого смысла.

Журнал регистрации пансиона и составленный им список позволяли надеяться, что некоторые женщины и дети живы. Если бы это действительно было так, его поиск имел бы более высокий смысл, нежели простое удовлетворение жажды мести или, что еще хуже, удовлетворение собственного нездорового любопытства. Пока намеченные жертвы еще дышали, он имел шанс их спасти. А они, в свою очередь, могли помочь ему понять, почему погибли Кэти и Брэндон.

Но теперь… никого не осталось. Он не знал, куда двигаться дальше.

«Дело в том, что мы все обречены на беспомощность, – думал Ласситер. – Автомобильные и авиационные катастрофы, эпидемии, мирные жители, попадающие под перекрестный огонь. Мы живем в открытом всем ветрам, напичканном опасными паразитами мире. И обыватели ищут для себя отдушины. Одни обращаются к Богу, другие прибегают к наркотикам, а третьи пьют витамины. Именно поэтому они стучат по дереву и пишут письма в газеты. Все это лишь способ убедить себя, что жизнь – штука справедливая, а если и не справедливая, то, во всяком случае, сносная и человек способен защитить себя и своих близких, приняв соответствующие меры или проявив твердость характера. Однако это – заблуждение, потому что витамины не помогают, письма остаются непрочитанными, и, кажется, никто не прислушивается к молитвам».

Почему Кэти? Почему Брэндон? А почему бы и нет?

– Эй… Джо. – На него смотрел Фредди. – С вами все в порядке?

– Да, – поспешно ответил Ласситер. – Прошу прощения, но это так странно.

– Еще бы! Так или иначе, я проработал почти весь список.

– Постой-ка, – поднял руку Ласситер. – Что значит «почти»? Или проработал или не проработал.

– Я не нашел только одну женщину, – ответил Фредди. – Пока не нашел, поэтому не могу сказать с уверенностью, мертва она или нет.

– Кто это?

– Мэри Уильямс. Миннеаполис.

– Насколько тщательно ты искал? – немного подумав, поинтересовался Ласситер.

– Ну, прямо скажем, не очень тщательно, – пожал плечами Фредди. – Не более тщательно, чем остальных.

– Расскажи.

Фредди извлек из портфеля папку и кинул ее через стол.

– Здесь отчеты по каждому пункту. Половину имен отрабатывала Джоди, половину – я. Кроме того, в паре случаев мы прибегали к помощи наших коллег за океаном. Ничего особенного. Совершенно не похоже на поиски бомбиста-одиночки. Сплошная рутина.

– Какая рутина?

– Сначала мы звонили по телефону, если у нас был номер. Если номера не было, мы находили его по адресу. Многим номерам пришел капут, но пару раз мы натыкались на мужей. Толковали с соседями. Их найти очень просто: обращаешься в справочную, набираешь в компьютере адрес и получаешь имена всех соседей по обе стороны улицы. Одним словом, мы звонили, и они рассказывали о произошедшем. А происходило одно и то же с небольшими вариациями. Мать и ребенок погибали. Иногда гибла вся семья. Все, кто погиб, сгорели.

– И в каждом случае имелись дети?

– Мальчики. Только мальчики, не старше четырех лет.

– А как насчет Токио и Рабата? Там вы проверили?

– Да. Мы использовали субконтракторов. Абсолютно то же самое.

– Я хочу быть уверенным. Сколько случаев получили подтверждение и какие можно отнести к простым…

– Слухам?

– Да.

– Никаких слухов. У нас есть даты пожаров, и мы сверились с местной прессой. Беседовали со страховыми агентами, следователями, пожарными, служащими похоронных контор – все, о ком шла речь, погибли.

– Кроме этой… как там ее…

– Да. Кроме нее. Возможно.

Ласситер открыл папку и просмотрел все досье. Каждое занимало страницу.

Ласситер быстро перелистал остальные досье и задержался лишь на последнем, где значилось:

– Что известно о женщине, которую не удалось найти?

– Ею занимался я, – сказал Фредди. – Значит, так. Я позвонил по номеру… Номер мертв. Впрочем, нет. Я услышал сигнал работающего факса и без остановки трезвонил полчаса. Затем кто-то поднял трубку, и я услышал то, что ожидал: «Это номер факса», и… Одним словом, этот номер пару лет назад купил какой-то страховой агент.

– Следовательно, она съехала два года назад.

– Да. Мы обратились в справочную и выяснили, что у них учтено около двух сотен номеров соседей.

– Следовательно, это большой жилой дом.

– Точно. Именуется «Фонтаны» или что-то в этом роде. Короче говоря, я дозвонился до консьержа, и он просмотрел по моей просьбе старые записи. Мэри Уильямс жила там два года и съехала в тысяча девятьсот девяносто первом году. Нового адреса не оставила. Консьерж сказал, что они до сих пор хранят ее страховой депозит, и, судя по этому, Мэри очень спешила.

– Он лично помнит ее?

– Нет. Парень там недавно, впрочем, как и соседи.

– И на этом твои поиски завершились?

– Да. Понимаете… Она была второй в моем списке, а Джоди только приступила к своему. Из-за границы сведения еще не пришли. На этом этапе расследования я решил, что многие женщины просто ответят мне по телефону, и не очень старался, даже не стал проверять кредитную карту. Вы хотите, чтобы я это сделал? – немного выждав, спросил Фредди.

Ласситер ничего не ответил. Молча поднявшись, он подошел к камину.