Чтение онлайн

– Говорит Джо Ласситер из «Ласситер ассошиэйтс». У вас имеется наш постоянный счет. – Он зачитал цифры.

– Чем можем быть вам полезны?

– Мне необходимо узнать состояние кредитов некоей Мэри А. Уильямс. Последнее известное место жительства – Миннеаполис. – Он продиктовал адрес и спросил: – Как далеко вы можете заглянуть в прошлое?

Ответ последовал немедленно:

– Настолько далеко, насколько вы способны оплатить.

Во главе охранного агентства «Уверенность и безопасность» стоял отличный парень по имени Терри Конвей – бывший игрок Национальной футбольной лиги, имеющий ученую степень по юриспруденции и отменные деловые качества. Сейчас он зарабатывал значительно больше, чем на футбольном поле, а это кое о чем говорило. Терри был классным профи до тех пор, пока ему не разнесли вдребезги колено.

«Уверенность и безопасность» отыскало себе прекрасную нишу в охранном бизнесе, предоставляя свои услуги богачам, имеющим как хорошую, так и дурную славу, дипломатам, политикам, знаменитостям шоу-бизнеса и членам их семей. Конвей не конкурировал с «Вакенхатом» или другими «Коп-напрокат» заведениями. Среди его клиентов числились президенты крупнейших фирм, и в агентстве не было случайных людей – там служили только профессионалы.

И все же идея обзавестись телохранителем Ласситеру не нравилась. Это означало не только поставить себя под непрерывное наблюдение, но и платить за вторжение в свою личную жизнь. Телохранители не могут не раздражать, потому что торчат рядом с тобой постоянно со своими паролями, сотовыми телефонами и пистолетами.

Ласситер прекрасно знал, что это такое, поскольку организовывал охрану некоторым своим клиентам. Те сначала благодарили его и радовались, что находятся в центре внимания, но по прошествии времени начинали ныть, а затем умолять: «Неужели это так необходимо? Сколько все это будет продолжаться?»

В конце концов Ласситер с недовольной гримасой набрал номер агентства, и когда Терри взял трубку, описал задание кратко, сухим деловым тоном:

– Имеется объект – здесь, в Вашингтоне, гражданское лицо, без семьи, возраст тридцать пять лет.

– Правительственные связи?

– Нет. Тем не менее можно с высокой долей уверенности предположить, что его жизни угрожает опасность.

– Опасность какого рода?

– В него уже стреляли.

– Подходит.

– Поэтому мы считаем, что было бы неплохо…

– Кто этот клиент?

– Я.

Последовала длинная пауза. Наконец Терри сказал:

– Да… Это скверная новость. Если тебя укокошат, я потеряю одного из лучших клиентов. – Он опять помолчал, а затем произнес: – Знаешь, я пошлю к тебе Бакса.

– Баксов у меня и так много.

– Очень смешно. Он будет у тебя около шести часов. Кроме того, я направлю кого-нибудь к твоему дому, чтобы походил по периметру. Тебе лучше перебраться в отель, по крайней мере на эту ночь. Поживешь там с Баксом.

Ласситер что-то пробормотал, а затем произнес:

– Будем надеяться, что он мне понравится.

Как только Джо повесил трубку, подал голос факс, и пришлось подойти к нему. Из машины появилась заглавная строка: «Мэри А. Уильямс», – и Ласситер догадался, что поступило известие от компании «Взаимные услуги». К его огромной радости, кроме отчета о кредитах, в послании оказалась дата ее рождения – 8 марта 1962 года – и номер карточки социального страхования.

Располагая датой рождения и номером соцстраха, можно обнаружить и получить доступ к банковским счетам Мэри Уильямс, медицинским картам, закладным на недвижимость, документации по налогам и многому другому – стоит только захотеть. Один лишь номер социального страхования таил в себе массу информации: первые три цифры, например, указывали на место рождения, что, несомненно, поможет в поиске.

Ласситер снял с полки справочник «Доступные сведения» и открыл главу о социальном страховании. Там он отыскал список номеров и регионов. 146 – означало штат Мэн. Вернув справочник на место, Джо обратился к кредитной истории Мэри Уильямс и сразу же обратил внимание на некоторые странности.

Во-первых, там не оказалось задержанных платежей. Ни единого. Все чеки, которыми платила леди, имели покрытие, что случается крайне редко – банковские операции часто не совпадают по времени. Но самым странным выглядело то, что пользоваться кредитными карточками Мэри Уильямс начала лишь в 1989 году. Это означало, что до двадцати шести лет Мэри А. Уильямс расплачивалась наличными и лишь после этого обзавелась платиновой карточкой «Американ экспресс». Тогда же у нее появилась пара карточек «Виза». Кредитный лимит на всех карточках оказался довольно солидным. Однако до этого времени Мэри к кредитам не прибегала.

«Но разве такое возможно? – размышлял Ласситер. – Создается впечатление, что она вот так запросто появилась из ребра самого Великого Кредитора. Так откуда же она действительно возникла?»

И куда исчезла? Кредит на картах был исчерпан в 1991 году, и тогда же закрылись все ее банковские счета. С этого момента – ничего. Ни закладных, ни задолженностей, ни других следов. По сути, Мэри Уильямс просто исчезла.

Но это еще не все. Отчет по истории кредитов всегда сопровождается списком ранее поступавших запросов. Вы снимаете квартиру, и домовладелец посылает запрос. Запросы направляют, когда вы открываете кредитную линию в большом универмаге, покупаете в кредит новый автомобиль или собираетесь поступить на работу. Запрос Джо Ласситера, или, вернее, запрос «Взаимных услуг», тоже зафиксирован автоматически, и о нем обязательно сохранятся сведения в каждом последующем отчете.

Но кредитным положением Мэри А. Уильямс начиная с 1991 года интересовались только один раз, и это означало, что она просто исчезла из экономики Соединенных Штатов. Такое возможно, хотя и маловероятно – ведь даже банкроты не оставляют попыток получить эрзац-карты, чтобы потом оплачивать свои расходы. В противном случае для них практически невозможно арендовать машину, забронировать номер в гостинице или обналичить чек.

Отъезд за границу не объяснял финансовую пассивность Уильямс, как, впрочем, и замужество. Объяснением могло стать вступление в религиозную секту, ведущую натуральное хозяйство вне рыночной системы. Вероятно, эта женщина пополнила ряды почитателей Муна или занялась натуральным обменом памперсов на картофель, а может быть, у нее нет необходимости арендовать машины, бронировать номера, билеты и обналичивать чеки?

Однако, какими бы ни были причины этого странного явления, отчет о них ничего не говорил.

Особняком в сложившейся картине общего застоя стоял запрос, датированный 19 октября 1995 года. За две недели до убийства Кэти и Брэндона.

Из отчета следовало, что запрос поступил из Чикаго от компании «Объединенные продукты», которая, судя по названию, была аналогом фирмы «Взаимные услуги».

Это ничего не значило, хотя и выглядело довольно странно. Если бы одновременно последовало несколько запросов, можно было бы предположить, что Мэри А. Уильямс после нескольких лет затворничества решила вернуться к прежнему образу жизни. Но дело обстояло не так. Имелся всего лишь один запрос в октябре, а затем, вплоть до обращения Ласситера, ничего.