Чтение онлайн

– Спасибо.

– И еще кое-что.

– Давай.

– Я хочу, чтобы ты занялась одним делом из СиП. А именно делом АМЭКС.

Джуди удивленно подняла глаза:

– «Американ экспресс»? Я даже не знаю, что существует такое дело.

– Никто не знает. Это – полнейшая тайна.

– О’кей. – Она взяла блокнот и карандаш и спросила: – За кем они охотятся? Кого желают прикупить?

– «Ласситер ассошиэйтс».

Джуди некоторое время молчала, затем довольно нервно хихикнула:

– Ведь это шутка, Джо?

– Нет. Они хотят превратить нас в свое специальное расследовательское подразделение.

Джуди задумалась.

– И эта идея тебе по вкусу?

– Не очень, – пожал плечами Ласситер. – Они же покупают компанию, а не меня.

– И ты продаешь…

– Не знаю. Но предложение лежит на моем столе.

– И ты хочешь, чтобы я приняла его?

– Нет, я хочу, чтобы ты договорилась об оптимальных условиях. Если это будет хоть немного напоминать повышение жалованья, которое ты выбила из меня в сентябре, мы бросимся на них, как бандиты.

– Да, это было бы здорово. Ты согласен? – ухмыльнулась Джуди.

– Для тебя – точно, – изобразив недовольную гримасу, ответил Ласситер.

– Нет, Джо, серьезно. Не лучше ли, если этим делом займется юрист?

– Нет.

– О’кей.

– Прежде чем уехать, я оставлю тебе памятную записку по ключевым вопросам. Не хочу привлекать юристов, пока ты не обговоришь условия. Да и после этого мы еще раз все взвесим вместе.

Джуди кивнула и тут же, помрачнев, спросила:

– Что случилось, Джо? Это из-за Кэти? Если да, то, может быть, подождем немного?

– Нет, – покачал головой Ласситер. – Возможно, Кэти и имеет к моему желанию какое-то отношение, но истина в том, что я перестал получать удовольствие от своей работы. Мне кажется, что я трачу все время на рукопожатия с клиентами, дискуссии с адвокатами… Одним словом, ты сама знаешь, на что. Мы из кожи вон лезем в борьбе с противниками, а в итоге, если взглянуть правде в глаза, оказывается, что мы часто стоим на стороне мерзавцев.

– Так ты тоже это заметил? – рассмеялась Джуди. – И почему только так получается?

– Очень просто. Здесь нет никакой тайны. Мы заламываем такие цены, что платить нам могут только плохие парни.

– Ты серьезно?

– Вполне. И у нас, если можно так выразиться, «низменные мотивации».

– О’кей. Я взгляну на твой меморандум… и возьмусь за дело.

– Отлично, а пока я приглашаю тебя на ленч. Закругляйся.

– И я могу выбрать ресторан?

– Валяй, но только вьетнамский или эфиопский. Итак, в час дня. Устраивает?

– Замечательно. – Нацарапав что-то в своем блокноте, Джуди подняла голову и спросила: – Что еще? Ведь ты толковал о паре проблем.

Джуди обожала производить впечатление неорганизованной особы, являясь на самом деле воплощением деловитости. Ласситер извлек копию страницы паспорта Гримальди и протянул ее со словами:

– Это для меня. Свяжись с кем-нибудь из наших агентов в Риме и попроси его узнать все, что можно, об этом парне.

– Боже мой… Тот самый?

– Да.

– Я все сделаю немедленно, но… – Она обеспокоенно взглянула на Ласситера.

– Знаю. Это – уик-энд.

– Гораздо хуже. Это – Италия. Наш человек работает, но итальянская бюрократия в субботу и воскресенье пальцем не шевельнет.

– Что же, – пожал плечами Ласситер, – пусть сделает, когда сможет. – И, помолчав немного, добавил: – Скажи ему, чтобы не производил много шума.

В понедельник в конференц-зале состоялось часовое совещание, на котором исполнительные директора фирмы согласились возложить на себя дополнительные обязанности. Они сделали это с весьма подходящим для данного случая чувством – «мрачного энтузиазма».

Когда совещание закончилось, Ласситер вернулся в свой кабинет, якобы для того, чтобы расчистить стол, но на самом деле он ждал звонка Ника Вудбаума.

Но звонка не последовало, и время неторопливо переползло за полдень. В два тридцать престарелый курьер в спортивном костюме и велосипедных туфлях доставил конверт от Риордана. Внутри оказалось несколько фотографий размером шесть на восемь, где под разными ракурсами изображался флакон, обнаруженный в кармане Франко Гримальди. Ласситер подумал, что теперь, когда личность убийцы установлена, флакон, по-видимому, утратил свое значение, но тем не менее нажал кнопку интеркома и попросил секретаршу взглянуть, нет ли поблизости Фредди Декстера.

Некоторые из служащих агентства были особенно хороши, когда требовалось провести беседу, иные же являлись спецами в работе с бумагами. Они обожали рыться в счетах, накладных, банковских отчетах и заплесневелых архивах. Юный Фредди, лишь три года назад окончивший Бостон-колледж, был необыкновенно хорош как в первом, так и во втором.

Когда Фредди явился, Ласситер вручил ему фотографии и дал несколько ценных советов.

– Сделай копии с каждого снимка и займись склянкой. Я хочу знать, где ее изготовили и с какой целью. Одним словом, выведай все, что можно. Где-то есть музей стекла. По-моему, в Корнинге, Стебине или Уотерфорде.

– Вначале я ударю по библиотеке конгресса и Смитсоновскому институту, – заявил Фредди. – Если они ничего не найдут, то скажут, куда можно обратиться.

– Попробуй связаться с одной из фирм аукционеров, вроде Сотби, у них наверняка отыщется специалист по стеклу, или они подскажут, где найти такого.

– Бюджет расследования?

– Можешь слетать в Нью-Йорк, но не в Париж.

В пять часов вечера в кабинете появилась Джуди, размахивая листом бумаги.

– Факс из Рима, – объявила она. – Только что поступил.