Чтение онлайн

У меня мелькнула мысль: вдруг Старейшина каким-то образом выбрался из пещеры и свалился в Чёрную пропасть? Я бросился к выходу. Выбежав, я сделал несколько шагов и наткнулся на глыбу, стоящую на краю пропасти. Раньше её здесь не было. Валун напоминал сидящее животное, но голова была похожа на человеческую, с грубыми, тяжёлыми чертами, широким подбородком, поднятым вверх, челюсти сжаты, губы сомкнуты, глаза устремлены на север.

Книга

Перед вами Книга Мирдада, записанная Нарондой, младшим и нижайшим по чину из братьев. Сей путеводитель - Маяк и Небеса для тех, кто ищет выход за пределы.

Остальные да остерегутся читать Её!

Глава 1

В тот вечер восемь монахов собрались за обеденным столом. Мирдад стоял по одну сторону, дожидаясь, пока остальные станут с другой.

Одно из правил Братства было стараться как можно реже произносить слово "Я". Брат Шамадам хвастал своими достижениями на посту Старейшины. В доказательство того, что он приумножил наши богатства и упрочил тем положение Ковчега, он приводил множество цифр. При этом он часто употреблял нежеланное слово. Брат Майкайон заметил ему это, и разгорелся спор. Речь велась о целесообразности данного правила и о том, откуда оно взялось - отец ли Ной так постановил или наш первый брат Сэм. Спор привёл к взаимным упрёкам, а упрёки ко всеобщему замешательству, когда много было сказано, но мало понято.

Желая обернуть всё в шутку, брат Шамадам обратился к Мирдаду и произнёс:

– Средь нас есть тот, кто - могущественнее патриарха. Мирдад, укажи нам путь из лабиринта слов!

Все посмотрели на Мирдада. И он впервые за семь лет разомкнул уста и произнёс:

– Братья Ковчега! Насмешка породила желание Шамадама, и предвосхитила решение. Войдя в Ковчег, Мирдад уже выбрал и место и час - эти обстоятельства, когда разомкнутся уста его и спадёт вуаль, и раскроется сущность его перед вами и перед миром.

Семью печатями Мирдад сковал уста свои. Семью вуалями сокрыл своё лицо. Всё это сделано затем, чтоб смог он научить и вас, и мир, когда вы будете готовы принять его учение о том, как разомкнуть уста и сбросить пелену с очей, и как раскрыть вам в полноте Небесного блаженства, что вам принадлежит и чем являетесь по сути. Глаза вам застит пелена, и потому, куда б ни обратили взор, вы не увидите ничего, кроме вуалей. Уста вам сомкнуты печатями, и слово, любое, что произнесёте, будет мертво. Ведь какова ни есть природа вещи, ей формой будет пелена, накинутая жизнью, чтоб эту вещь прикрыть и ограничить. И взгляд ваш - лишь вуаль, и как же может он показать вам что-либо другое, кроме вуали или пелены? Слова - лишь вещи, закосневшие в слогах и в буквах. Как же могут ваши уста, что есть печать, произносить что-либо кроме штампов? Прикрыть вуалью может взгляд, но не проникнуть сквозь неё. Запечатлит язык, но не отверзнет он засовы. И нет нужды ждать большего от них. Они – суть части тела, и работа их – такова, и ей они– прилежны. Прикрыв и наложив печать, они взывают к вам узнать, что там таится за вуалью, и отомкнуть задвинутый засов. Хотите ли узнать, что – за вуалью? Тогда вам нужен глаз другой, не тот, что веком и ресницами прикрыт. Уйти от штампов вам помогут уста другие, не те, что нам– знакомы. Начните же с того, что научите глаз увидеть верно, коль хотите увидеть верно вещи. Не глазом вы должны смотреть, но сквозь него, дабы узреть, что скрыто за вуалью. Начните же с того, что научитесь вы верно говорить, коли хотите произносить слова другие верно. Не языком и не устами речь ведите, но через них вам должно говорить, чтоб выразить слова, что закоснели.

Когда же вы начнё те видеть верно , говорить, тогда узрите себя, и словом выражать себя начнё те. Всему присущ, за всем сокрытый, так же, как в слове и за словом, пребываешь лишь ты, провидец и оратор.

И если мир останется загадкой, то потому, что ты - загадка. И если речь на лабиринт похожа, то потому, что ты - лабиринт.

Оставьте же события и явления, и не пытайтесь что-то изменить. Ведь видятся они нам тем, чем видятся лишь потому, что кажетесь вы лишь тем, чем кажетесь. Они не видят и не говорят, вы наделяете их как взглядом, так и речью. Если вы решили, что кто-то грубо говорит, на свой язык взгляд вы оборотите. И если чей-то вид для вас ужасен или некрасив - ищите сор в глазу своём.

Не у вещей просите вы раскрыться и вам предстать в ином, желанном свете. Раскройтесь, и тогда для вас всё, что вокруг, раскроется. И также не просите разомкнуть уста других, с себя засов снимите, и всё вокруг заговорит.

Ключ к раскрытию себя, к тому, чтоб снять оковы с губ своих, находится у слова одного. Вы слово то меж губ своих храните. Средь слов других оно– легко и вместе с тем оно же – полновесно. Мирдад назвал его ТВОРЯЩИМ СЛОВОМ.

Мастер замолчал, и воцарилась тишина, полная волнения и ожидания. Не выдержав, Майкайон произнёс:

– Наши уши жаждут СЛОВА. Наши сердца томятся желанием познать тот ключ. Скажи же нам, Мастер, умоляем.

Глава 2

МИРДАД: Когда вы говорите "Я", тот час же в сердце вы произнесите: "Боже, да будь моим прибежищем от всех печалей слова "Я" и проведи меня в блаженство слова "Я". Ведь в слове том душа всех слов сокрыта. Познайте это лишь однажды, и уста наполнит сладость, и любое слово восторгом жизни будет полно. А если запертым останется оно, то полон будет горечи язык, и слово каждое, сошедшее с него, яд Смерти источать во веки будет.

Сло во "Я" - Творящее. И если из него не извлечёте силы, не обретё те мастера могущество, то стоном ваша песня будет, и в мирный час познаете вражду, и светлый день вам тьмою обернё тся.

Ведь ваше "Я" сознанье бытия озвучит и, оживив, и вес, и меру даст. Неслышное оно звучать заставит, и сделает невидимое видным, чтобы смотря, могли увидеть вы невидимое, слушая, услышать беззвучное. Пока же вы глядите глазами, ушами слышите, и, если б не они, вы не могли б ни то и ни другое.