Шрифт:
Юрий решительно толкнул обшарпанную, но с виду ещё довольно крепкую дверь ключной мастерской, шагнул внутрь. Переход от яркого солнечного дня к вязким сумеркам помещения оказался настолько резок, что он на несколько секунд ослеп. Ругнувшись вполголоса, машинально пошарил перед собой руками.
– Заходи, заходи, почтеннейший, – раздался из полумрака бодренький голос с сильным восточным акцентом. – Неприлично в дверях стоять. Старый Хаджи рад всякому гостю.
Щуплый, сморщенный узбек сидел на корточках на толстом коврике в углу мастерской и старательно шлифовал алмазным надфилем заготовку для ключа. В другом углу скромно притулился небольшой верстачок, над ним тускло светила засиженная мухами лампочка. Точно такая же лампочка, только снабжённая самодельным колпаком из пожелтевшей газеты, висела над головой мастера. Силы этих сорокаватных источников едва хватало, чтобы осветить эти самые углы, остальное помещение тонуло во мраке. Казалось невозможным даже определить истинные размеры этой клетушки.
Захлопнутая тугой пружиной дверь напрочь отрезала как дневной свет, так и все наружные звуки кипящего бурной жизнью базара.
– Ягу-у! Я-хак! – тихонько напевал мастер, казалось, совершенно не обращая внимания на вошедшего. Загорелая до черноты лысина слегка поблескивала в полумраке, едва прикрытая маленькой расписной тюбетейкой.
Юрий почувствовал себя на редкость неуютно.
«Вот же вляпался-то, блин!» – подумал он раздражённо. Цыган, кавказцев и азиатов он сторонился всегда, памятуя о своей наивности в базарных переговорах. Любых – от покупки арбуза до гадания по ладошке. Их аргументы и доводы, какими бы дикими они не казались на следующий день, на первый взгляд звучали всегда убедительно и взвешенно. И настолько же обидно было осознавать через какое-то время, что тебя не избили и ограбили, не обворовали в трамвае, прорезав карман, а просто облапошили, и ты просто отдал всё, что добывал собственным трудом. Тяжелым трудом, надо признать.
Юрий сам никогда никого не обманывал, и свято верил, что и с ним должны поступать точно так же.
Он неуверенно переступил с ноги на ногу, робко покашлял.
– Будь здоров, благословенный, посетивший старого Хаджи в минуты размышлений, – немедленно откликнулся узбек, однако головы не поднял.
– Спасибо, уважаемый, – неожиданно даже для себя произнёс Юрий. И удивлённо добавил: – Мне бы это…ключик бы заказать…
Мастер тихонько и дробно рассмеялся, словно сушёный горох рассыпал, поднял изрезанное морщинами лицо, похожее на печёное яблоко. Тёмные глаза взглянули на гостя внимательно и насмешливо.
– Как отрадно видеть в этом углу Вселенной особу, столь одарённую почтением к старшим и неслыханной вежливостью!
«Да старик-то того…чокнутый!» – в панике подумал Юрий.
Он уже сожалел, что прельстился на низкие цены, вывешенные на двери этой халупы.
Нет бы пройти на двести метров дальше, где отменная светлая мастерская! И вполне современная.
Нет-нет, он не жадный – это просто желание сэкономить хоть самую малость. С финансами у него сейчас… сказать «туговато» – было бы довольно мягко. Хреново, в общем. Да, пожалуй, как и у большинства по всей стране.
Конец ознакомительного фрагмента.