Чтение онлайн

Но тут же ощутил, как чьи-то сильные ладони легли мне сзади на плечи и пригвоздили меня обратно к скамье.

— Сядь. — Бартель Тиельманс равнодушно посмотрел на меня и не ответил на рукопожатие, — братья побудут с тобой до полночи, они проводят тебя к трактиру.

Я посмотрел назад и увидел двух крепких монахов стоящих справа и слева от меня.

Я не слышал, когда они вошли в трактир и как подкрались ко мне со спины.

Их стальные взгляды и суровые выражения лиц, говорили о том, что они не задумываясь свернут шею любому по приказу Бартеля.

Если им одеть черные плащи и макси, то можно запросто спутать этих инквизиторов со вчерашними убийцами.

Один из них вытащил мой нож и передал его Бартелю.

— Будем считать, что это трофей. Плата за твою дерзость. Он убрал нож за пазуху.

Монахи подобрали полы, перешагнули через лавку и уселись у меня по бокам.

Бартель Тиельманс встал из-за стола подозвал трактирщика, приказал ему закрыть заведение и никого не пускать пока наша троица — я и двое монахов, не уйдем. Он вознаградил его серебряной монетой.

Хозяин кабака остался доволен не задавал лишних вопросов.

Так мы просидели несколько часов. Я пытался разговаривать с монахами, но они соблюдали гробовое молчание.

В конце концов мне это надоело, и я умолк.

Предыдущая ночь выдалась бессонной, я сложил руки на столе, и спрятав в них лицо сидя уснул.

Один из монахов растолкал меня затемно. Второй стоял рядом. Он сунул мне в руки монашеский балахон с капюшоном.

Дождавшись, когда я натянул на себя одеяние, он безразлично указал пальцем на капюшон.

Я накинул капюшон на голову и теперь мы все выглядели как монахи.

Чтобы меня узнать прохожему пришлось бы подойти и заглянуть мне в лицо с близкого расстояния.

Пока я облачался первый подошел к двери, выглянул чтобы понять безопасна ли дорога. Он посмотрел на нас и кивнул.

Второй из монахов легонько подоткнул меня к выходу.

Я молча кивнул в ответ и направился за первым к двери.

На улице было немноголюдно. Редкие прохожие уступали нам дорогу, не испытывая нам ни малейшего интереса.

Мы быстро миновали крепостные ворота и за стенами после моста, я увидел человека с факелом в руках.

К коновязи были привязаны три осёдланные лошади.

Один из монахов так же молча подошел к одной и лихо вскочил в седло. Второй кивнул мне в сторону лошадей.

Я заволновался от того, что никогда не ездил верхом, но напрасно. Тело все сделало само за меня. Я так же ловко оказался в седле, как и первый монах.

Мне было невыносимо тоскливо от мысли, что через некоторое время я вернусь в свое неуклюжее тело калеки в Москву.

Но я отогнал от себя грусть и огляделся по сторонам.

В свете луны я видел великолепный ночной пейзаж. Мне хотелось его оставить в памяти, и я жадно впитывал окружающую красоту.

Маленькие каменные домики со светящимися окнами и дымом идущем из труб, напоминали новогоднюю сказку.

Стены и башни замка выглядели, как из рыцарского романа, а окружающая природа выглядела загадочно и торжественно словно собиралась меня провожать.

Человек с факелом отвязал лошадей и пошел в сторону ворот.

Мы тронулись в путь. Проезжая по Розенлаарю, я увидел дом Ван Дейков. В окошках горел свет.

Значит дом не сгорел полностью и его смогли потушить. Меня это подбодрило.

Мы ехали шагом и примерно за полчаса добрались до подножия холма, где вчера я собирался держать оборону от своры собак, в итоге пронесшихся мимо меня.

На вершине холма находился трактир «У Оленя»

Монахи остановили лошадей.

— Слезай, — впервые за день обратился ко мне один из них. Я спешился.

— Дальше пойдешь сам, нам туда нельзя. В полночь пробьет колокол — дальше ты знаешь. Но давай без глупостей, не вздумай бежать, мы тебя тут же к праотцам отправим. Да и некуда тебе бежать дальше лес, а внизу мы. Тебе понятно?

Я смотрел на их капюшоны, которые скрывали лица.

— Понятно. Ну давайте, мужики, счастливо оставаться! Спасибо за прогулку. С вами было приятно поболтать.

Монахи не отреагировали на мои слова.

Я похлопал свою лошадь по шее, ощутив ее гладкую теплую шерсть и зашагал сторону трактира.

Было свежо и уже тянуло дымком. Видимо, трактирщик наверху уже разжигал костер.

Скинув капюшон с головы на плечи, я разглядывал ночное небо.

Я поднимался по тропе без особых усилий, думая о предстоящем возвращении в Москву.

Когда я взошел на холм, то увидел трактирщика и его жену, суетящихся у уличной коптильни.

Рядом с коптильней стояли мешки с опилками для копчения, и разделанная полутуша.

Они не удивились моему появлению и поздоровались со мной.

— Привет Девитт, почему не спишь?

Я посмотрел на этих бедолаг, вспомнив, что говорил об их судьбе Бартель Тиельманс.

— Доброй ночи. Мне не спиться я решил прогуляться.

— Желаешь поесть или пива? — трактирщик был поглощён занимающимся огнем и не смотрел на меня.

Его жена сновала между уличной коптильней и трактиром, вынося снедь и нужную посуду.

— Сегодня за счет заведения.

— Пожалуй нет, я сыт, спасибо… — я смотрел на этих добродушных людей и мне стало не по себе от того, что мое отбытие должно было стать причиной пожара, в котором они сгорят.