Кидала
Шрифт:
— Идите, идите, шеф, — поощрил его МакКуин. — Едва лифт с вами остановится на уровне 31-го этажа, в кабину, не дожидаясь открывания дверей, разрядят пару магазинов. Идите! — вы потеете, когда едите, у вас одышка, на вас не обращают внимания женщины — ко всему этому через минуту добавится еще пара дюжин отверстий! Вот тогда вы точно пойдете нарасхват среди итальянских домохозяек Нью-Йорка — вы будете незаменимы в качестве дуршлага для отбрасывания макарон! Идите, идите.
— Черт бы тебя побрал, щенок, — рассердился Чески, направляясь к лестнице.
— Сбросите десяток фунтов — вам же на пользу…
На площадке лифтов второго яруса, расположенной на 25-м этаже, Чески понял, что ему не дойти. Сердце вырывалось из груди, он был похож на только что поднятого из океана пассажира потерпевшего крушение лайнера, и пистолет в его руке придавал ему зловещий вид. Говорить он не мог, лишь выдыхал странные междометия:
— Эс… сво… ты сво… лочь такая…
— Шеф, осталось шесть этажей из тридцати! — призывал МакКуин. — Двадцать процентов от общего количества высоты! Это меньше, чем налог, шеф!
— У нас чудовищные налоги, Мак… — Усевшись на пол, детектив обреченно уткнулся лбом в стену. — У русских — тринадцать процентов, Мак… Это не налог, это взятка… Помоги встать, щенок…
Площадка тридцатого этажа встретила их тишиной…
— Мне вот сейчас пришло в голову, сэр. — Сомерсет почесал мочку уха. — А если они перестреляли охрану в холле и, ужаснувшись содеянному, выбежали на улицу? Что, если их разборка происходит в данный момент где-нибудь на Фламинго Драйв или в районе аэропорта МакКарран?
И он замолчал, увидев перед своим носом дульный срез «кольта» напарника.
— Не говори так, сынок, — попросил Чески. — Если ты еще хотя бы раз намекнешь, что я попусту взбирался на этот «эверест», ты — покойник.
— Я просто предположил, сэр…
И в этот момент началось то, что в первое же мгновение усадило обоих детективов на прохладный бетон лестничной площадки.
Над их головой раздалась автоматная очередь, второй автомат заработал, когда еще не умолк первый, к этому добавились три или четыре пистолетных выстрела и через секунду — грохот еще нескольких автоматов.
А потом раздался взрыв, потрясший стены.
— Очень похоже на фугас большой мощности, — прошептал МакКуин. — Вам не кажется, что пора вызывать подмогу?
Вместо ответа Чески направился от входа в здание со стороны лестницы к площадке перед лифтами.
— Здесь два лифта, верно? — пробормотал он, разглядывая справа от кабин схему оставления здания посетителями в результате ЧП. Такие таблички с подробным указанием маршрутов были развешаны во всех административных зданиях США после трагедии 11 сентября… Чески даже заметил стрелки-указатели чуть выше плинтуса, светящиеся в темноте и направляющие людей, спасающихся от угара на полу, в сторону выхода. — И две лестницы, по одной из которых поднимались мы…
МакКуин поначалу не понял, чем занят Чески. Разбивание пластиковой коробки, в которую были вмонтированы кнопки вызова лифтовых кабин, можно было посчитать за что угодно. Но когда детектив расколол рукояткой пистолета коробку, а после принялся выуживать из образовавшегося отверстия провода, до макКуина дошло.
— Сэр… Мы не имеем права повреждать лифт… Это преступление, сэр!
Чески посмотрел на Сомерсета, и тот решил, что заставил напарника одуматься. Но в тот момент, когда он собрался было объяснить, почему нельзя портить государственную собственность, Чески рванул на себя весь пук проводов, взорвав тишину на площадке взрывом мощного электрического разряда.
— Ты будешь делать то, что велит твой напарник, — угрюмо прорычал Чески. — А напарник хочет взять живым Эндрю Мартенсона! Если у тебя на этот счет иные соображения, ступай вниз и пиши отчет с точным указанием моей вины! Отдел внутренних расследований примет тебя с распростертыми объятьями!..
— Я и так из отдела внутренних расследований, сэр…
Glava 12
Govorim po-angliysky
Малкольм, с визгом остановив свой джип у входа в арену, распахнул дверцу и вбежал в холл. За минуту до этого странного появления главы «Хэммет Старс» третий из трех имеющихся ночных охранников здания вышел в туалет, облегчив тем самым замысел Малкольма. Широким шагом идя по направлению к сидящим за пультом охраны сотрудникам, Стив просчитывал каждое свое движение.
Ему точно известно, что Мартынов не вооружен. Он видел свой «ЗиЛ», мчащийся за ним по дорогам Вегаса. И сейчас на русского нужно было «повесить» максимум неприятностей, зарабатывая баллы на будущее. На этих двоих недоумков никакой надежды нет: Мартенсон их хороший знакомый. А потому они не будут его убивать, даже если он им прикажет. У здания уже стояла машина Джексона, и в холле их не было. За несколько минут до своего появления Малкольм позвонил этим охранникам и попросил пропустить мистера Джексона и его людей в свой офис, предварительно его отперев. Джип был здесь, в холле негров не было, значит, их уже успели разместить и вручить журналы для просмотра, чтобы скоротать время.
Но уточнить все-таки следовало:
— Гости уже наверху, Хатчер?
— Да, сэр, но…
Договорить он не успел. Малкольм вскинул руку, и грохот выстрела прижал второго охранника к креслу. Тот же, в переносицу которого угодила пуля, остался в кресле с открытым ртом.
Сменив направление, Малкольм нажал на спуск во второй раз. Охранник рванулся в сторону, и пуля вошла ему в живот. Ничуть не сомневаясь, президент «Хэммет Старс» сделал еще один шаг вперед и нажал на спуск в третий раз. На этот раз пуля угодила в сердце.
Оглянувшись и удостоверившись, что третьего охранника нет, Малкольм бросил свой пистолет на пол, оставив его на виду, и бросился к лифтам. Как и следовало ожидать, кабина первого из них находилась на тридцатом этаже — на нем уехали Джексон и компания, второй стоял здесь.
Вызвав лифт сверху и заблокировав дверь второго, Малкольм стал ждать. Он старался быть спокойным и рассудительным, но чем дольше длились стоны тросов кабины и чем лучше слышался рев приближающегося к зданию сильного мотора «ЗиЛа», тем беспокойнее становилось у него на душе.