Кенди
Шрифт:
– Да, сэр!
– и Кенди принесла поднос.
– Вот, пожалуйста.
– Что это?
– Чай, сэр.
– Я хочу есть.
– Но Вы сказали, что хотите пить.
– Это было пять минут тому назад!
– Спокойно, Кенди, спокойно... Извините, сэр, - Кенди натянула улыбку.
– Никогда не смейся, когда приносишь извинения!
– Простите! Одну минуточку!
– и она умчалась.
– Глупая девчонка!
– Вот, пожалуйста, печенье, ешьте, - Кенди примчалась с печеньем на подносе.
– Какая же ты глупая!
– он выбил поднос из ее рук.
– Запомни, когда я говорю, что хочу пить или есть, надо приносить фрукты!
– Да, сэр!
– она живо доставила фрукты.
– Вот, пожалуйста!
– Нет! Принеси пирожки!
– Да, сэр!
– Чай! Печенье! Пирожки! Чай! Хочу стакан сока!
– то и дело командовал больной, а замотанная Кенди металась туда-сюда с подносом, пока вконец из сил не выбилась.
– Все!
* * *
Кенди без задних ног рухнула на кровать.
– Я больше не могу, ну что за эгоист?..
– вздохнула она.
– Интересно, как же это выносила Флэнни?..
– Кенди, - Флэнни оторвалась от учебника, - тебе надо готовиться к урокам на завтра.
– Надо... Но сначала мне надо отдохнуть.
– Я завидую тебе, - учительским тоном произнесла брюнетка.
– Ты без комплексов.
– Холодная как лед... Точно, это как раз про нее, - хихикнула Кенди от такой мысли.
– Над чем ты смеешься, Кенди?
– с некоторым раздражением спросила Флэнни.
– Да просто так, - Кенди встала.
– Ладно, пора заниматься уроками, она глянула на учебник соседки.
– Флэнни, да ведь это же учебник по хирургии. Но у нас завтра нет таких занятий.
– Но я готовлюсь к будущему, на всякий случай, - возразила Флэнни. Если вдруг начнется война, понадобится масса хирургических сестер.
– Война? Но сейчас же мирное время.
– Кенди, ты счастливый человек.
– Флэнни, ну где может начаться война?
– В Европе.
– И даже в Англии?
– Конечно.
– Война может начаться в Англии... А ведь там Анни и все мои друзья, Кенди представила, как Колледж сотрясают взрывы, ученики и монахини пытаются укрыться, и полыхает зарево пожаров...
– -Так вот почему я так долго не получаю ответа от Анни на свое письмо.
– Послушай, Кенди, не стой как столб, - Флэнни надоело, что блондинка стоит у нее над душой.
– Ты мешаешь мне заниматься.
– Прости, пожалуйста, - Кенди села за свой стол.
– Война... Интересно, мистер МакГрегор уже спит?..
– вернулась она к мыслям о своем упрямом пациенте.
– Когда я начинаю думать о себе, то понимаю, что я такая же, как и мистер МакГрегор. Мне тоже бывает не с кем поговорить, высказать свои мысли... Вот бы встретиться с Анни, Патти. Мне бы так хотелось поболтать с вами... Вот если бы у мистера МакГрегора было так много друзей.
* * *
– Нет уж, спасибо, хитрющая девчонка!
– резко ответил мистер МакГрегор своей сиделке.
– Простите... Я просто подумала, что было бы хорошо, если у Вас было бы с кем поговорить, - объясняла Кенди.
– Тогда я бы позвала этого человека.
– С меня достаточно и тебя, поняла? Если ты будешь так много говорить, я тебя выгоню.
– Он, наверное, совсем одинокий, - Кенди поспешно вышла, размышляя. Неужели у него нет никого, кого бы он хотел увидеть?.. Что делать, не представляю... Мисс Мэри Джейн!
– Кенди обнаружила директрису опять рядом с собой.
– Зайди ко мне в кабинет.
В кабинете директрисы.
– Как у тебя дела, Озорница с веснушками?
– Как, Вы уже знаете мое прозвище?..
– Кенди стояла пунцовая.
– Мне сказал доктор Франк.
– Прошу Вас, мисс Мэри Джейн, позвольте мне ухаживать за мистером МакГрегором и дальше, - попросила Кенди.
– А никто тебя и не собирается выгонять. С тех пор, как ты начала за ним ухаживать, мистеру МакГрегору стало явно лучше.
– Это правда?
– Кенди обрадовалась неожиданному приятному известию.
– Ну, положим, еще рано радоваться, но доктор Франк говорит, что ему стало гораздо лучше, потому что ты создаешь массу проблем, - этого Кенди не поняла.
– Ему приходится все время кричать на тебя, поэтому он и стал чувствовать себя гораздо лучше. Недаром еще древние говорили, что разум правит телом.
– Так значит... меня хвалят или наоборот?..
– недоумевала Кенди.
– Вот сама себе и ответь. И продолжай работать также, как работала до сих пор. О, совсем забыла, тебе письмо, - мисс Мэри Джейн положила конверт на стол.
– Из Лондона.
– Ура, это от Анни!
– радостная Кенди взяла письмо.
– Прочитаешь, когда закончишь работу.
– Да, мадам. Спасибо большое!
– Кенди выбежала из кабинета, оставив дверь открытой.
– Закрой дверь!
– рявкнула директриса.
– Простите!
* * *
– "Кенди, - писал Стир, - мы были так рады твоему письму. Ты просто не можешь себе представить, как мы были рады, - брат и подруги буквально вырывали у него письмо из рук.
– Мы все с удовольствием читали твое письмо, и по несколько раз. Даже выучили его наизусть. Кенди, должен тебе признаться, что после твоего отъезда у меня пропало всякое желание что-либо изобретать. Я скучаю о тебе, Кенди..."
– "Кенди, ты знаешь, этот модник и франт Стир ходит теперь по пять дней в одной и той же одежде, - сообщал Арчи.
– Твое письмо нас немного приободрило. Мы очень гордимся, что ты стала медсестрой, хотя и были очень удивлены. В колледже все по-старому, как было раньше, но без тебя стало очень скучно. Жизнь совсем замерла и остановилась. Надеемся когда-нибудь тебя увидеть в белом халате медсестры. Арчибальд Корнуэлл."
– "Кенди, мы были рады узнать, что ты теперь снова в Америке, - Патти тоже было, о чем написать.
– Мы тобой очень гордимся. Мы как-то со Стиром ходили в зоопарк "Голубая река" и встретили там Хьюли. Она была полусонной, будто только проснулась после долгой зимней спячки. Она, наверно, очень удивилась, увидев меня с другом. Мне очень хочется побывать в Америке..."