Чтение онлайн

Юлер спокойно ждал. Я опустил разделяющее нас стекло.

— Вы опоздали на десять минут, — сказал он. — Обещали быть через час.

— Я хотел, чтобы вы успели полностью закончить или отменить свои приготовления, — отозвался я.

— Могу вас поздравить, мистер Хелм. Ваша террористическая акция удалась. Вам не станут мешать. — Голос его звучал горько и укоризненно.

Это был человек плотного телосложения, среднего роста, в строгом коричневом костюме и розовой рубашке с темно-красным галстуком. Галстук был достаточно темным, чтобы сойти за консервативный в наших кругах, но рубашка не соответствовала всему остальному. Конечно, есть люди, которым нравится розовый цвет, но судя по тому немногому, что мне было известно об этом человеке, я не ожидал, что он из их числа. Что ж, если цвет рубашки мистера Юлера моя единственная ошибка, это я переживу.

Сквозь его жесткие волнистые черные волосы начала пробиваться седина. Бакенбарды побелели почти полностью, придавая ему вид пожилого заслуженного государственного деятеля. Ничего не выражающее лицо покрывала сеть глубоких морщин — особых морщин, свойственных людям, проводящим большую часть времени в закрытом помещении. Глаза производили странное впечатление. Карие глаза с проблесками нерешительности, не соответствующей образу этого человека, тому его образу, который сложился у меня в сознании, как и розовая рубашка. Ярого крестоносца обычно отличает безоговорочная уверенность в себе. Ему и в голову не придет, что он способен ошибиться. Этот человек явно не так давно пережил сильнейшее потрясение, и я догадывался, когда. Однако, когда он заговорил, в голосе его не было неуверенности.

— Вы прогнивший человек, Хелм, — заявил он. — Мир не намерен больше выносить таких, как вы и ваши дружки. Эта страна не станет отныне потворствовать вашей деятельности, к каким бы методам ни прибегали наши враги. Мы не сможем победить, опускаясь до их уровня.

— Совершенно верно, мистер Юлер, — согласился я. — Когда увижу в следующий раз своего друга Джека Селтера по кличке Роджер, обязательно расскажу, как вы относитесь к убийству, используемому в качестве инструмента государственной политики. Думаю, на него это произведет сильное впечатление.

Странное выражение в глазах Юлера усилилось, и ответил он уже голосом, дрожащим от гнева:

— Этот человек вел себя, как взбесившийся волк! Мы не ожидали... Он вынудил нас применить силу. Мы защищались.

Я насмешливо улыбнулся.

— Примите поздравления от еще одного взбесившегося волка, сэр. Вы растете на глазах. Подобные вещи всегда делаются ради защиты. Вы этого не знали?

Юлер глубоко вздохнул и заговорил уже более спокойным голосом.

— Вы изменник, Хелм. У нас есть доказательства. Попробуйте только показаться на территории Соединенных Штатов. Мы будем ждать.

— Разумеется. Ладно, если мы все обсудили, позвольте откланяться. Я отпущу вашего мальчика сразу, как только мы окажемся в безопасности. Вижу, вы серьезно переживаете за него. Так и засыпали меня вопросами.

Юлер бросил на мужчину на переднем сиденье странный, испуганный взгляд. Казалось, он успел позабыть о существовании Грегори Коутиса. Затем оглядел женщину за рулем.

— А дама? — поинтересовался он. Поскольку вооруженных людей и баррикад поблизости не наблюдалось, а Солана-Руис со своей крошечной армией поджидал сразу по ту сторону границы, заложники, настоящие или мнимые, были мне больше не нужны. Поэтому я решил сразу внести ясность, чтобы в дальнейшем избежать отчаянных попыток спасения жены миллионера с чьей бы то ни было стороны.

— Спросите у нее, — посоветовал я. — Давайте, миссис О’Херн, скажите ему.

Кларисса заколебалась, но потом отчетливо произнесла:

— Человек, которого вы арестовали на основании вымышленных улик, а потом убили, был моим братом, мистер Юлер. Я не заложница и нахожусь здесь по доброй воле. Я намерена и дальше отправиться с мистером Хелмом. Он, по крайней мере, не фарисействует в вопросах насилия.

На мгновение в подвижных глазах Юлера промелькнула искра сильного чувства и то был не просто гнев, вызванный тем, что его провели. Тут за мной остановился потрепанный пикап с мексиканскими номерами. Мгновение спустя водитель нетерпеливо просигналил.

— Hasta lavista, мистер Юлер, — сказал я. — Миссис О’Херн, вы задерживаете движение. Поезжайте вперед, скажите мексиканскому чиновнику у шлагбаума, что мы остановимся на таможне и направляйтесь туда. Это здание по правую сторону. Остановитесь рядом с военным грузовиком.

Последовал короткий промежуток напряженного ожидания, а затем мы оказались в Мексике. Кларисса остановила вездеход на стоянке и устало откинулась на сидении.

— Господи, я чувствую себя как выжатая половая тряпка, — промолвила она, — если вы постоянно зарабатываете себе на жизнь подобным образом, я вам не завидую.

— Знаете, икра тоже поначалу не нравится, — сказал я. — Послушайте, Коутис, не вздумайте выкинуть какую-нибудь глупость. Вы же не хотите умереть после того, как война закончилась...

— Теперь это не понадобится, амиго...

Рамон Солана-Руис приблизился ко мне сзади, когда я осторожно вылезал спиной вперед из машины, сжимая в руке револьвер.

— Теперь он тебе больше не нужен, — сказал он. — Можешь отправить его домой.

Нам предстояло многое сказать друг другу, в том числе и слова благодарности, но все это не предназначалось для ушей сотрудника Юлера.

— Ладно, Коутис, выходите, — окликнул я его. Затем обвел его вокруг вездехода и остановил. — Сейчас вы получите отпускную. Но сначала я хочу перед вами извиниться и предупредить вас.

Коутис с удивлением посмотрел на меня.

— Извиниться?

Я пояснил, тщательно подбирая слова.

— Несмотря на то, что у меня нет никаких причин принимать во внимание ваши чувства, я сожалею, что вынужден был сделать это. Таковы мои извинения. Принимаете?

Он нахмурился и мгновение изучающе разглядывал меня, но не ответил. Наконец, он сказал:

— А предупреждение?

— По пути мы говорили о многих вещах. В том числе, как о важных, так и о не имеющих никакого значения. Возможно, вы спишите все услышанное на общую нереальность происходящего. Это ваше право. Но, возможно, однажды ночью вы проснетесь и задумаетесь над тем, что я вам сказал. Если такое случится и особенно если у вас возникнет желание что-либо по этому поводу предпринять, будьте осторожны. Хотя идея сама по себе не вызывает возражений. Это мой профессиональный совет, который вас ни к чему не обязывает. Ладно, прощайте.