Чтение онлайн

– Вы пришли, дабы узнать будущее, сеньор? – спросила гадалка, дабы не отвечать на поставленный гостем вопрос.

– Все хотят его узнать… – неопределённо ответил барон.

– Тогда присаживайтесь… – Ангелика жестом пригласила барона присесть в мягкое кресло, стоявшее подле круглого отшлифованным от постоянных гаданий поверхностью столом.

Жиль последовал приглашению и с любопыством воззрился на девушку.

– Признайся, ведь ты не цыганка…

Та покачала головой.

– Нет, я из Савойского герцогства… Но это длинная история.

Ангелика уже собралась разложить флорентийскую колоду карты, доставшуюся в наследство от одной старой цыганки, как визитёр перехватил её руку.

– Держу пари, это рука отнюдь не простолюдинки…

Девушка замерла и смутилась.

– Неужели я попал в цель?.. – барон ощутил прилив уверенности. Да и потом, гадалка нравилась ему всё больше. И он намеревался провести с ней предстоящую ночь.

Девушка резко высвободила руку.

– Я же сказала, сеньор, это длинная история… И в ней нет ничего интересного.

Она переключила внимание на карты и начала раскладывать их полукругом, как это делала обычно, когда находился посетитель.

Жиль глазами пожирал девушку. Он заметил, как на её прелестной шейке блеснул камень необычайной красоты.

– Не видел ничего подобного. – Произнёс он, указывая глазами на грудь девушки. Та смутилась. – Я о твоём украшении… Что это за камень?

Ангелика невольно прижала правую руку к камню.

– Это всё, что осталось от моей матушки. Камень служил ей талисманом и оберегом, перед смертью она передала его мне. Я же поклялась не расставаться с ним ни при каких обстоятельствах. А называется он александритом, а ещё – камнем гипербореев…

– Не бойся, я не собираюсь, отнимать твоё сокровище… – заверил барон.

Ангелика тем временем оживилась и приступила к гаданию. Она цепким профессиональным взором окинула карты…

– М-да… Сеньор, карты легли столь необычно… Право я не знаю, с чего начать… – растерялась она.

– Говори как есть! – приказал барон.

– Но, сеньор, вам это может не понравиться! Все, кто входит в этот шатёр жаждут услышать от меня, что станут богатыми, проживут долгую жизнь… Но…

– Говори, что ты видишь! – настаивал Жиль.

– Хорошо… Вы сами того хотели… – Ангелика тяжело вздохнула и начала говорить: – Любовь из пошлого погубит вас… Вы умрёте, также как и та, которую любили…

Жиль насторожился.

– И как же?

Ангелика указала пальчиком на карту, где был изображён крест, объятый огнём.

– Вы сгорите в огне, сеньор[84]… – произнесла гадалка и испуганно посмотрела на посетителя.

Тот отреагировал на редкость спокойно.

– Значит, я, наконец, воссоединюсь с ней… – пошептал он. – Ты умелая гадалка… Как тебя зовут?

– Ангелика… – ответила девушка.

– А теперь назови мне своё полное имя! – жёстко произнёс Жиль.

– Ангелика де Шильон-Пьемонт, сеньор… – полепетала она.

– Я же сказал: ты не похожа на цыганку. Тебе не место на рыночной площади в этом шатре. Я намерен забрать тебя с собой во Францию.

Глаза Ангелики загорелись: неужели её муки закончились? И она встретила благородного сеньора? Увы, в тот момент девушка не знала, что с этой встречи её муки только начались…

Жиль де Рэ, не желая лишних осложнений, выкупил Ангелику у вождя табора, заплатив ему солидную сумму. Барон и его свита ещё какое-то время пребывали под ласковым аппенинским солнцем, путешествуя от королевства к королевству. После чего к ним во Флоренции присоединились какие-то люди, напоминавшие Ангелике фокусников с ярмарки, а затем направились во Францию в родовой замок графа, Тиффож. Прелати явно нервничал и выказывал барону своё крайнее недовольство, опасаясь новых конкурентов. Но некромант явно утомил де Рэ и он пригрозил, что откажется от его услуг. Прелати помрачнел и умолк…

Девушка пребывала в сладостных грёзах, она не только вырвалась из бедности, но и познала мужчину. Барон был умелым любовником.

По возвращении в Бретань, первый месяц в замке Тиффож прошли для Ангелики безоблачно. Она наблюдала за роскошной жизнью, бесконечными балами и охотами. Всё это время Жиль посещал её скромную спальню… Ангелика почти смирилась с положением наложницы, ибо в первые же дни узнала – барон женат. Впрочем, супруги жили по разным замкам и долгое время не общались.

Но вскоре барон изменился, стал жестоким, ему доставляло удовольствие причинять боль Ангелике на ложе. Девушка плакала, молила о милосердии, но де Рэ ничего не желал слышать.

Однажды он цинично заявил ей:

– Неужели ты наивно полагала, что я женюсь на тебе лишь потому, что ты – де Шильон-Пьемонт? Да знаешь ли ты, сколько во Франции разорившейся знати? Многие семейства с готовностью отдадут мне своих дочерей, лишь бы они были сыты.

Ангелика отёрла слёзы… Тем временем барон продолжил:

– Или ты будешь делать то, что я велю… Или прикажу выбросить тебя вон из замка и ты окончишь свои дни на одной из многочисленных дорог Бретани.

Жиль де Рэ склонился к обнажённой Ангелике и укусил её за сосок. Она вскрикнула…

– Да, буду делать всё, что вы скажите, мой господин… – всхлипывая, пролепетала она.

– Вот и славно… Я знал, ты умная девочка… Иди ко мне… – барон привлёк к себе Ангелику и страстно впился ей в губы.

Впоследствии Жиль де Рэ неоднократно заставлял Ангелику подсыпать знатным гостям различные порошки в вино и наблюдать за их поведением, а затем описывать во всех подробностях увиденное. А порой барон не гнушался и подглядывал за поведением своих гостей сам через специальный вмонтированный в стену спальни глазок. Иногда, порошки вызывали чудовищное возбуждение и гости, принявшие его, кидались на Ангелику, подобно голодным волкам. Всю ночь они предавались неистовым страстям со своей партнёршей, доводя её до исступления. С наступлением утра они ничего не помнили…