Чтение онлайн

Бессмертный посмотрел на свою изувеченную руку. Сломанные пальцы на ней торчали в разные стороны, но это было уже не кровавое месиво, а почти вернувшая себе форму кисть.

– Твоя правда, - согласился Кальтер, ощупав натертую до крови полосу у себя на горле. А затем подошел к «гелендвагену», перезарядил автомат и, прицелившись, выпустил в Чупренко три пули: одну в лоб и две в сердце.

Точь-в-точь, как в финале их предыдущей встречи шесть лет назад.

– Ну вот, давно бы так!
– одобрила Медея поступок Безликого.
– Теперь дело за малым. Отбери у бессмертного голову и сиди жди у моря погоды.

Промолчав, Кальтер открыл инструментальный отсек и достал оттуда мачете. Он и без подсказки собирался лишить Чупренко головы, разве что не хотел отсекать ее у живого человека. А ведь шесть лет назад отсек бы без колебаний - имелся бы на то приказ или иная веская причина.

Права Медея: размяк Кальтер, раз стал беспокоиться, а что подумает о его поступках Верданди. Хотя, говоря начистоту, он уже привык к своей сентиментальности, и она перестала его напрягать. Подумаешь, нервишки под старость расшатались - тоже мне невидаль! Учитывая, сколько бывших сослуживцев Кальтера сломалось на этой работе, не дожив и до сорока (те, кому повезло не погибнуть раньше), он по сравнению с ними не развалина, а чуть ли не пример для подражания.

В прошлый раз, поймав три пули, Назар выглядел стопроцентным мертвецом. Сказать о нем такое нынче было нельзя. Лежа на песке с дыркой во лбу, он, скорее, напоминал спящего с открытыми глазами человека. Он не перестал дышать - даже пробитыми легкими!
– а его лицевые мышцы и конечности подергивались. Торчащая из разорванной штанины голень выглядела почти здоровой, разве что была покрыта багровыми вмятинами. Так, будто Кальтер не перебил ее пулями, а дубасил по ней молотком.

– По-моему, это уже не смешно, - заметил Безликий, хотя непохоже, чтобы Чупренко его расслышал.
– Бессмертие, конечно, штука хорошая, но пора и честь знать.

И, перевернув мнимого покойника на живот, приподнял его за шиворот, а затем тремя ударами мачете отрубил ему голову.

Упав на песок, голова Назара перевернулась лицом кверху... и уставилась на своего двукратного палача живым осмысленным взглядом. А тело, которое Безликий все еще удерживал, замахало руками и засучило ногами, пытаясь вырваться.

– Чтоб тебя!
– выругался он, оттаскивая дергающееся тело подальше от головы. Которая и не думала умирать. Напротив, стала еще выразительнее вращать глазами и открывать рот, явно желая что-то сказать. Вот только при отсутствии легких у нее это не получалось.

Впрочем, легкие ей не потребовались. Натасканный в разведшколе Куприянов умел отлично читать по губам.

– Похоже, кто-то из нас видит кошмарный сон!
– беззвучно произнесла голова Назара.
– И это точно не я! Ха-ха-ха!

– Ничего, все в порядке. Я знаю средство, которое усыпит тебя по-настоящему, - заверил ее Безликий.

Подобрав обрывок провода, Кальтер примотал к живой голове гранату. Затем подошел к кромке прибоя, выдернул чеку и изо всех сил швырнул голову в океан. А сам отскочил за машину.

Самый экзотический снаряд, который Безликий метал в своей жизни, описал в воздухе дугу и взорвался аккурат над водой, до которой долетели лишь кровавые брызги да ошметки. Иными словами - все то, что уже не могло строить Кальтеру рожи, насмехаться над ним и вообще подавать признаки жизни.

– Прощай, божье оружие, - пробормотал Куприянов. И, устало плюхнувшись на песок, привалился спиной к колесу внедорожника. «Хеклер-кох» он, разумеется, держал под рукой - если вдруг появится Мастер Войны. Которого, по словам Медеи, гибель подопытного не должна была оставить равнодушным.

Шея Кальтера горела, щека нарывала, а по затылку как будто все еще колотил вражеский локоть. Радовало лишь то, что обстановка благоприятствовала спокойному отдыху. В последние дни такое случалось нечасто.

Неугомонные охотники за Царь-Пакалем грозились прибыть сюда еще не скоро. У Безликого было время посидеть и обдумать все, что случилось с ним в Каракасе и здесь. Разве что его слегка раздражало тело Назара, дергающееся на песке словно выброшенный на берег осьминог или кальмар. Но это продлилось недолго. Вскоре безголовый мертвец угодил в прибой и был смыт в океан, где сразу же пошел на дно. И хорошо, если на корм рыбам. Было бы обидно, отрасти у Чупренко новая голова и выйди он однажды из моря на берег подобно Афродите или дядьке Черномору.

Разговаривать с «серой» не хотелось, пусть даже у Куприянова имелся при себе детектор лжи, встроенный в коммуникатор. Для продуктивной беседы следовало задавать правильные вопросы, а Кальтер вымотался настолько, что у него не осталось сил их формулировать. Вернее, силы у него еще были, только он берег их на случай появления Мастера Войны. Неизвестно, одолеет его Кальтер или нет - а, может, им повезет договориться и расстаться друзьями, - но идти на попятную было поздно.

– Так кто они такие, остальные бессмертные, которых я тоже должен знать?
– Отдышавшись и придя в себя, Кальтер все-таки вернулся к прерванному дракой разговору.

– Те, кого ты убил после того, как Мастер Войны положил на тебя глаз, - отозвалась Медея, прохаживаясь взад-вперед по берегу.

– И в каком году мне оказали столь великую честь?

– Мог бы и сам догадаться. Тогда, когда ты - человек из эпохи, в которой невозможны темпоральные путешествия, - ввязался в игры со временем.

– Ясно. Значит, это случилось шесть лет назад, в Чернобыле... Да, с тех пор я не сидел сложа руки и отправил Мастеру Войны много кандидатов в бессмертные. Но почему Чупренко? Он погиб раньше, чем я встретил Веру и помог ей вернуться домой.

– Это уже несущественно. Неделей раньше, неделей позже - Мастеру Войны без разницы. Он охватывает мыслью не отдельные события, а их цепочки, порой весьма длинные. Чернобыльский выброс, который повредил тайм-бот Верданди, был исключительно сильным. Он изменил судьбы многих людей и повлиял на ход всей мировой истории. А ты был человеком, который до этого тоже не раз менял ее ход. Два фактора, которые Мастер отметил бы, даже не повстречайся ты тогда с девочкой из будущего. Однако ваша встреча вызвала настоящую бурю. Переместив тебя почти на два века в будущее, твоя приемная дочь понятия не имела, какие силы потревожила и какую волну событий всколыхнула.