Изгои
Шрифт:
Рэп обвел взглядом лежащий под ним город, окутанный мраком и занесенный снегом. Вдали что-то поблескивало – это сторонники Зиниксо штурмовали дом Сагорна. Похоже, их было много, но Гримриксу пока удавалось справляться с ними. Вот тебе и мальчик! Куда до него было тому же Распнексу!
Этот укромный, разбитый на крыше здания садик находился за пределами Белого дворца, как о том и говорил Распнекс. Подобные уловки характерны для всех дварфов. Распнекс знал, что ему придется отдать Гримрикса противной стороне, и потому пытался навести преследователей на ложный след. Впрочем, это мало что меняло.
Внутренний двор располагался высоко над землей, по сторонам его виднелись башенки Красного дворца. Повсюду росли тропические деревья и кустарники, защищенные магической силой от неласкового хабитского климата. Воздух здесь был сырым и теплым, он пах землей и казался особенно благоуханным после затхлой атмосферы сагорновской комнаты. В происходящем принимало участие по меньшей мере четверо магов – едва беглецы оказались в саду, маги принялись латать дыру, оставленную ими в силовом поле. Троллей среди них не было, и потому Смотрительница Запада не почтила нежданных гостей своим присутствием.
Изготовление и ремонт защитных экранов – работа непростая. Понимая, что его нынешние силы слишком скромны для нее. Рэп даже не предлагал волшебникам своей помощи. При этом голова его гудела так, словно она была наковальней в горячей кузне. Рэп помог Эигейз подняться на ноги. Из-за кустов, поглаживая ссадины и ругаясь на чем свет стоит, вышел Ило. Все были целы и невредимы, что свидетельствовало о филигранном мастерстве мага. Испуганные внезапным переносом в пространстве и темнотой непосвященные тихонько стенали.
Оккультные шумы, вызванные ремонтными работами, не смолкали ни на минуту. Даже сами Боги вряд ли смогли бы сокрушить этот сверхпрочный экран, установленный несколькими столетиями раньше над дворцом смотрителя. Для того чтобы проделать в экране отверстие, нужно было потратить массу времени и сил. Столько же усилий нужно было затратить и для того, чтобы заделать прореху при условии, что неприятель не станет мешать этому процессу, на что, естественно, рассчитывать не приходилось. Ни на мгновение не оставляя своего основного занятия. Распнекс продолжал беседовать с Сагорном, стоявшим на краю лужайки. Улучив момент, он заулыбался Рэпу, обнажив каменные россыпи своих зубов.
– Пока все идет по плану!
– Сработано блестяще! Что теперь? С минуты на минуту они возьмут нас в осаду.
– Двинем дальше.
В тот же миг по заплате, только что наложенной на прореху, пришелся страшный удар. Она, надо сказать, его выдержала. Разумеется, враг не мог не обнаружить факта их бегства, начался новый этап битвы – теперь строители боролись с разрушителями.
– Выходит, теперь мы – беженцы, находящиеся на территории Белого дворца? – спросил Шанди, не выпускавший из рук плачущую Майу.
– Это – Красный дворец, – поправил его Рэп.
– Можно считать, что мы в безопасности?
– Не совсем так…
Разумеется, ни сам император, ни его спутники не имели ни малейшего представления о том, что в эту минуту происходило у них над головами, где враг испытывал на прочность защитный экран. Город и Империя мирно спали, даже не подозревая о том, что на их территории уже шла война – война, которая могла продлиться очень недолго.
В следующее мгновение верхушки деревьев неожиданно вспыхнули ярким пламенем, рассеявшим ночную мглу. Деревья давным-давно поднялись над экраном, ничуть не мешавшим их росту. Странное золотистое сияние заиграло на лицах, цветах, листве, покрытых толстым слоем снега крышах, находившихся поодаль. Пораженные этим зрелищем несведущие в магии люди дружно заголосили.
– За мной! – проревел дварф, тут же метнувшись куда-то в сторону. Беглецам не оставалось ничего другого, как только последовать за ним. Шанди, помимо прочего, приходилось бороться с брыкающейся и отчаянно вопящей двухлетней дочкой. Рэп наспех прочел над девчушкой усыпляющее заклинание, и она вновь забылась сном. Что до стариков, то они пока держались молодцами. Ионфо подхватил жену за талию. Ампили и Сагорн так и вовсе явно радовались возможности увидеть собственными глазами, что же представляет собой Красный дворец.
Дым, валивший от горящих деревьев, ел глаза. Экран на миг опал, но тут же взмыл ввысь, поддерживаемый защитниками дворца. Через мгновение он вновь стал прогибаться вовнутрь.
Распнекс остановился возле невысокого круглого ограждения. Беглецы, собравшиеся возле него, увидели перед собой нечто вроде бездонного пересохшего колодца. Маг выразительно закашлял.
– Ну а каким, по-вашему, должен быть черный ход в дом дварфа?
– Что-то я не вижу здесь лестницы, – осторожно заметила госпожа Эигейз.
– Лестницы? Вы хотите сказать, что импы не могут обойтись без лестницы? Слушай, фавн, что ты выбираешь – ловить или бросать?
– Уж лучше ловить, – ответил Рэп. Бросать – значит принуждать, последнее же его никогда не привлекало. Он сел на каменный парапет, свесив ноги вниз. Несколькими этажами ниже виднелся силовой экран, дна же колодца он так и не разглядел. Он поймал на себе насмешливый взгляд Чародея Распнекса.
– Он настолько глубок, что дна ты все равно не увидишь. Два пояса защиты. Можешь лететь спокойно, пока не окажешься под вторым экраном.
– Разве дварф задаром присоветует что хорошее? – усмехнулся Рэп, вспомнив пословицу о дварфах, приносящих дары. Он слегка оттолкнулся и полетел вниз, решив не унижаться перед Распнексом и не замедлять скорости падения. Его окружала кромешная тьма. Скорость была уже такой, что от нее захватывало дух. Полы одежды облепили лицо, мешая дышать, плащ развевался над головой, словно стяг на штормовом ветру. Он миновал первый экран, второй – и увидел прямо под собой каменный пол…
Рэп остановился на расстоянии ладони от пола и только после этого позволил себе опуститься на каменные плиты, ожидая увидеть на них распластанные останки своих предшественников. Как ни странно, ничего подобного под ногами не было. Отступив в сторону от колодца, он прочел успокоительное заклинание, пытаясь унять дрожь в коленях и привести в норму колотящееся сердце. Он находился в самом начале очень длинного и очень узкого туннеля. Его дальний конец терялся где-то в бесконечности.