Чтение онлайн

– Съесть банку консервов – не преступление.

– Вообще-то, да, – нехотя согласился подозрительный муж.

Он принялся читать дальше, Носов достал сигарету. В кабинетах не курят, но это был намек: я устал, хочу курить, а вы, бывший муж, идите себе. Как вдруг он вздрогнул от неожиданного вскрика:

– Кальмары?!

– Да, кальмары, – буркнул Носов и предупредил: – Если вы будете так кричать, то умру я. От инфаркта.

– Извините… Айна не могла съесть кальмара, ни в каком виде!

– То есть?

– У нее на некоторые виды продуктов аллергия, а кальмары для Айны – смертельно опасная еда.

– Смертельно опасная еда? – с недоумением переспросил Носов, однако заинтересовался: – Что-то я такого не слышал. Ну, пищевая аллергия есть у многих, но смертельный…

– Однажды мы были в Испании, отдыхали, – зачастил Вениамин. – Вдруг Айна попала в больницу с отравлением. Температура была под сорок, давление упало, появились сыпь, отеки, изменился состав крови… Я даже помню формулу… Повысился гистамин, а это, кажется, главный показатель аллергии. Еще – адреналин, серотонин… Доктор сообразил, что это аллергическая реакция, Айну показали аллергологу. Там же, в Испании, установили причину реактивной реакции, хотя это длительный процесс, аллерген выявить очень сложно. Но Айна и помогла его выявить, когда ее спросили, что она ела. Паэлью! Это что-то вроде плова. Стали перечислять компоненты, мол, как ее организм относится к этим продуктам? А там – креветки, мидии, рыба, морской гребешок, осьминоги…

– Угу, полный набор морских гадов.

– Почему? В это блюдо и курицу кладут… И кальмары! Вот что важно! Айна сказала, что кальмаров она не переносит, ее тошнит от них, но подобного отравления никогда не случалось, впрочем, она и не ела их. В меню-то не вписали состав продуктов! Да если б и вписали, мы испанского не знали. Нам посоветовали попробовать это блюдо, а присутствия в нем кальмаров Айна не заметила. Короче говоря, доктор предупредил ее, чтоб она тщательно следила за тем, что ест, ни грамма кальмаров не должно попадать в ее организм, иначе дело кончится летальным исходом… Он так и сказал: возможны сильные отеки гортани и легких… Выходит, Айна все-таки… Не может быть! Или их ей подсунули?

Ну, да, у Вениамина одна идея буравит мозг: убили. Открывали Айне рот и забрасывали туда один кусок кальмара за другим. Одних убивают пулей или дубиной, а его жену кальмарами. Тем не менее! Носов читал протокол вскрытия невнимательно, ему достаточно было выслушать эксперта, а не вникать в подробности. Поэтому, чтобы не тратить время на чтение, он позвонил «заведующему трупами», как часто именовали Корика:

– Я, это… о причинах смерти женщины, найденной в квартире: выяснилось новое обстоятельство. Слушай, это не могла быть аллергическая реакция? Как рассказал муж, у нее имелся рецидив из-за кальмаров. Мы и нашли банку именно с этим морским гадом у нее на столе.

– За кого ты меня принимаешь? – получил он ответ, означавший, что Корик исследовал труп вдоль и поперек. – Это была первая мысль, когда я вскрыл ее. Несколько десятков лет тому назад такое и в голову не пришло бы, потому что аллергетики встречались реже, но сейчас каждое десятилетие их число удваивается, симптомы усугубляются. Есть такая штука – анафилактический шок, самое грозное из аллергических проявлений. Основная его черта – внезапность возникновения, смерть может наступить в считаные минуты в результате отеков, резкого снижения давления и нарушения кровоснабжением жизненно важных органов.

– А что не так? – нетерпеливо перебил Носов.

– То, что аллерген должен как-то попасть в организм.

– Его там не было? – Носов, похоже, попал впросак.

– Она ничего не ела перед смертью, в протоколе об этом написано. Она поела где-то часа за четыре до смерти, и все. А шок – на то и шок, он наступает сразу, следовательно, она должна была проглотить хотя бы кусочек морского гада.

Носов положил трубку на аппарат. Он вынужден был разочаровать Вениамина:

– Не ела ваша Айна кальмаров, вообще ничего не ела задолго до смерти. Состава преступления нет.

Впрочем, он тоже был разочарован и озадачен, ибо смерть обнаженной женщины на зеленой постели оставалась делом весьма таинственным.

…Несколько дней прошло, как один. Филипп, заморочив жене голову ложью, ехал вечером к новой любовнице. Айна была великолепна, но требовала невозможного. Он поставил машину в сторонке, чтобы не бросалась в глаза, взял цветы и пакет – явно с провизией, направился к подъезду через двор.

Его преследовал Марк, и, как только Филипп очутился на середине пути, Марк выскочил из своей машины, пробежал несколько метров, став точно напротив подъезда. Вытащив пистолет, он прицелился в спину шефу, как вдруг кто-то буквально упал на его руку. На секунду Марк остолбенел, затем начал вырывать руку с пистолетом:

– Пусти!

– Не смей, дурак, мальчишка! – рычал некто прямо ему в ухо, пытаясь отобрать пистолет.

Шеф скрылся в подъезде, оружие уже было ни к чему, и Марк позволил забрать его, гневно процедив:

– Кто вы такой? Откуда взялись?

– Я муж Айны.

В темном дворе лица мужчины не было видно, но говорил он виноватым тоном, и ответ его нисколько не смутил Марка, лишь разозлил:

– Зачем? Зачем вы вмешались? Теперь опять придется выбирать день и час! Ну, какое вам дело?

– Ты хотел убить, – сказал Вениамин.

– Хотел, – внезапно сник Марк. – И что? Он виноват, что Айны нет…

– Знаю…

Завизжали колеса, у подъезда, куда вошел Филипп, резко остановился автомобиль, из него вышла женщина и прямиком бросилась туда же, в подъезд.

– Это жена шефа, – удивленно вымолвил Марк.

– Идем, – сказал Вениамин. – Ему сейчас и без нас достанется.

Они шли по улицам, вначале долго молчали. Главное – куда шли, зачем и почему вдвоем? Не ответили бы оба, а недоуменно пожали бы плечами, задай кто-то им эти вопросы. Падал мокрый снег и, попадая на разгоряченные лица, таял. Снег засыпал волосы Марка, он стряхнул липкую шапку с головы рукой и вспомнил:

– Моя машина осталась там…

– Идем обратно, – предложил Вениамин. – Моя тоже там стоит.

Оба развернулись и, не прибавив шагу, двинулись в обратном направлении. Марк косился на невысокого мужа Айны, не понимая, что она в нем нашла? Воспаленные мысли сменяли друг друга, одна из них сорвалась с языка в виде вопроса:

– А вы что там делали?

– Решил поговорить с ним. Они не хотят заниматься этим делом.

Бессвязные фразы. Марк понял только первую, вторую – нет:

– Кто не хочет?