Испытание
Шрифт:
– Можно я здесь немного посижу, - неожиданно раздался бархатный голос.
Я нервно дернулась, испуганно стянула с себя подушку и уставилась на «гостя».
Рядом, на пустеющей полке «соседей» расселся мой «джентльмен».
– Да, конечно, - несмело ответила я, в сотый раз оглянувшись по сторонам, и наконец-то убедившись, что вопрос все же был задан мне.
Рене тихо посапывал, как и все «видимые» мне пассажиры.
– Спасибо, - едва слышно ответил молодой человек. Поставив на столик стакан с чаем, стал беззвучно расколачивать ложкой сахар. – Чего не спиться?
Насколько это было возможно, я незаметно стерла остатки своих слез, пристыжено улыбнулась и расселась на постели.
– В поезде сложно уснуть. Раздражают посторонние.
– Согласен, - мило ухмыльнулся. Наконец-то перестал мучить ложку: вытянул из стакана, несмело стряхнул капли на пол и положил на столик.
Так и не сделав ни одного глотка, отставил чай в сторону.
… откинулся на спинку сидения.
И зачем было так старательно изводить бедный напиток?
«Ждет, пока остынет», - кто-то умный в моей голове спешно ответил …
Эх, как я уже привыкла ко всем этим внутри сознания «переговорам»… Сумасшедшая…
– Далеко едете? – неожиданно нарушил тишину «Красавчик».
– До Бирмина. Домой возвращаемся, - тяжелый вздох.
– Что-то не слишком радостно звучит. Обычно домой с поездки рвутся, как на праздник.
– Если дом – это то, куда стоит возвращаться. Как по мне, уж лучше я бы где-нибудь по дороге затерялась, чем успешно добралась…
***
(Луи)
Я невольно вздрогнул от серьезного тона такого суждения.
– Простите за мой бред, - торопливо добавила девушка и пристыжено улыбнулась. – Просто, у меня не самый хороший период в жизни.
– Ясно, - едва слышно ответил я.
И снова покраснела, отвела взгляд в сторону.
– Попейте чаек. Станет легче.
Удивленно вздрогнули брови. Взгляд выстрелил мне навстречу.
– Пейте. Это Вам. Я - не чаеман.
… То, что я пью, вряд ли вам приглянется…
– Спасибо…
Но руки не дрогнули…
Так и не притронулась к стакану.
Смущалась, краснела, белела.
– А я могу узнать, как Вас зовут?
– Мария… А Вас?
– Луи-Батист… Луи-Батист Матуа. Приятно познакомиться.
– Мария Бронс. Взаимно…
Молчание… Неловкое молчание затянулось… Тишина… Тихий рокот биения ее взволнованного сердечка, жадное сопение ее спутника, мои,… её... тяжелые вздохи.
– Я, наверно, пойду.
Сколько можно смущать бедную девушку?
Эй, Луи, с каких пор мы стали такими добрыми?
Может, хватит уже?
Естественно.
Не дожидаясь ответа, я поднялся с сидения и спешно поплелся к своему месту.
Нет, нет, Матуа. Нужно что-то отрезвляющее, а иначе еще чуть-чуть в таком духе – и можно уже устраиваться нянькой в детский сад!
Вышел в тамбур.
Идеальнее совпадение.
Симпатичная девушка одиноко стояла у окна, нервно курила тоненькую, «дамкую» сигарету со вкусом «черри».
Глупые людишки, словно забив вонь истинного табака, горечи правды, вы сможете спрятаться от своего убийцы? Медленного, напористого, безжалостного… Намного коварнее меня.
Милая улыбка.
– Привет.
Вздрогнула.
– Привет.
– Скучаем? – едва слышно прошептал. Подошел ближе.
Глаза в глаза. Замерла.
Попалась в сети.
Нежно обвил руками вокруг талии, прижал к себе.
Девушка не шевелилась. А как иначе? Плененная чарами вампира, она даже не пискнет, лишний раз не вздохнет.
Сигарета устало догорала в ее нервно сжатых пальчиках…
Кровь неприлично вырывалась из испуганно пульсирующей вены, скатывалась мне на язык.
Сладкая, страстная, бесстыжая кровь…
Жадные, звериные поцелуи. Массируя языком место укуса, я все сильнее и сильнее стимулировал поток ржавой жидкости ко мне в рот.
Чувство насыщения, чувство власти, превосходства…
Еще мгновения – и лизнув на прощание место укуса, резко оторвался от жертвы.
Прощальный взгляд, насмешливая, едкая ухмылка. Пока, красавица.
Я нырнул в вагон, …мысленно представляя реакцию девушки.
Еще минута – и гипнотический наркоз спадет.
Нервно дернется, оглянется по сторонам, но ничего, никого не будет вокруг. Привиделся глюк?
Болит шея. Испуганно коснется кончиками пальцев… в поисках огромной дыры, разорванной раны - но лишь два маленьких, невзрачных прыщика, как от комариного укуса, будут свидетельствовать о произошедшем…
Дрожащая рука несмело поднесет к губам уже потухшую сигарету. Короткий вдох - тяжелый выдох. Нервно сплюнет в окно, выбросит бычок и торопливо отправиться на свое место, размышлять, что за странное чувство опустошенности сковало душу…
Глава Четвертая
(Мария)
Я все еще сидела и всматривалась в стакан.
Чего этот молодой человек так обо мне печется? Почему переживает?
Что он задумал?
Зачем я ему нужна?
Любовь? Влюбленность? Симпатия?
Умоляю, не несите чушь! Я верю в эти чувства, но лишь набитые со временем.
С первого взгляда? Боже, какие глупости! И кто это придумал? Казанова для одураченья недалеких девушек?
Бред.
Обидный, больной бред…