Исповедь содержанки
Шрифт:
Собственно ей и делать ничего не требовалось – он сам проявлял к ней интерес, ей достаточно было просто благосклонно принимать его внимание.
Кавалер он был неопытный, ухаживания его были наивны, а подарки – примитивные, но нужные: мобильный телефон, например. А однажды он купил ей колготки – он ехала на работу в маршрутке, зацепилась ногой и на колготках образовалась дыра. Зайти в магазин и купить новые, времени не было, она как всегда опаздывала. Да и денег не было. Пришлось появиться в офисе в таком непотребном виде.
Сотрудники делали вид, что не замечают погрешности в ее одеянии – так предписывают правила хорошего тона. Николай этих правил не знал, он заметил, и сделал ей подарок: новые колготки. Не угадал с качеством и ценой, но позаботился же!
Виктория стыдилась Зорькина, ей казалось, что над ними смеются, шушукаются за спиной: докатилась Вика, с «ботаником» любовь крутит. На самом деле, конечно, шушукались, но по другому поводу – жалели Зорькина, разорит его такая подруга.
Виктория терпела и свою неприязнь, и осуждение окружающих, и все ради одной цели: завладеть своей машиной.
Виктория очень любила ездить на машине, особенно на шикарной, какой и владела после развода с сыном олигарха. Владела лишь номинально-кредит за машину не был погашен. В результате машину арестовали и выставили на продажу.
Виктория тяжело переживала утрату, искала деньги, но кто же даст в долг три тысячи долларов без гарантии возврата? Она навещала свою красавицу-машину на стоянке, разговаривала с ней, как с живым существом, просила потерпеть и обещала выкупить-машину она по-настоящему любила. Она и Зорькина просила помочь ей , одолжить деньги. И он обещал! И она на многое шла ради этого. А он купил эту машину для себя – не так был прост, как казалось. И удерживал машиной Вику возле себя – возил ее с работы и на работу, катал по городу, изредка позволял ей пользоваться машиной самостоятельно. Тогда она ехала в самый крутой бар и красовалась перед бывшими подружками: смотрите, вот она я, красивая и успешная, и машина у меня круче некуда, и все у меня хорошо!
========== Глава 8 ==========
Глава8.
Делав компании налаживались(оказывается, был кризис!), а вот между Пушкаревой и Ждановым становились все напряженнее, вот-вот ниточка их связи порвется. Дело дошло до того, что они оба решили уволиться, чтобы не мешать другому спокойно работать – они же любили и ни о чем другом думать не могли.
Когда заявления об уходе оказались в отделе кадров, женсовет загудел на полную мощь. Все хотели спасти и компанию, и влюбленных, но не знали как. Срочно вызвали Маргариту. Мать уговаривала сына остаться, а Киру заставила поговорить с Катей, рассказать правду об Андрее и убедить остаться в компании.
А Виктория обо всем доложила Воропаеву. Он тут же примчался и уже готов был вновь сесть в президентское кресло, но пока обосновался в конференц-зале.
Перед Викторией замаячил шанс… Последний.
– Виктория! – раздался зычный голос Воропаева, который невозможно было не услышать.
– Слушаю Вас, Александр Юрьевич.- Вика появилась перед ним мгновенно, будто ожидала за дверью. Почти так оно и было, она не стояла под дверью конференц-зала, но находилась неподалеку и прислушивалась, ждала, когда Александр позовет ее. А в том, что он позовет, она не сомневалась.
– Принеси мне отчет! Надеюсь, Пушкарева его подготовила перед уходом?
– Подготовила, я видела, как Тропинкина его распечатывала.
– Так чего же ты стоишь? Неси!
– Она… Она не отдаст без распоряжения Пушкаревой.
– Хватит МОЕГО распоряжения ТЕБЕ! Неси быстро!
Мария, как и предполагала Вика, отчет давать не хотела, но Виктория силой вырвала его из рук Тропинвиной и подобострастно передала Александру, всем своим видом показывая, что готова служить ему верой и правдой.
– Молодец! Хорошо сработала. Продолжай и дальше в том же духе.
– Хотите что-нибудь еще? Я готова выполнить любое Ваше задание.
– Готова говоришь? Зайди через полчаса, поговорим. А пока я с отчетом ознакомлюсь.
– Мы о работе поговорим? Вы меня повысите? Я могу быть вашим помощником! Я все могу, мы будем командой.
– Иди, Вика,- поморщился Воропаев, потом поговорим.
Ровно через полчаса она зашла в конференц-зал. Стояла перед Александром ,как школьница перед директором. Смотрела на него заискивающе и в то же время боязливо – от Александра можно ожидать всего, что угодно.
Он встал из-за стола, подошел к Виктории совсем близко и обнял за талию.
– Что Вы делаете, Александр Юрьевич?
– Тебе объяснить? Насколько подробно? – замурлыкал Александр, прижимая ее к себе и пытаясь поцеловать в щечку.
– Я не за этим пришла! – возмутилась Вика, отталкивая Александра, но как-то не очень убедительно она это делала. – Я пришла поговорить о работе, а Вы…
– Какая работа… Зачем тебе работа? Ты можешь ни в чем не нуждаться и без работы…
– Как? Что Вы хотите?
– Ты прекрасно знаешь, чего я хочу. – Воропаев делал одновременно три дела: уговаривал, снимал с Вики одежду, и раздевался сам. Снял пиджак, расслабил галстук и зачем-то закатал рукава рубашки.
Блузка Виктории еще держалась на одном плече, а сама она под напором Александра все сильнее заваливалась на стол, при этом в голове у нее вертелась нелепая мысль о том, насколько сексуальное на ней белье. Это вместо того, чтобы думать, что сюда могут войти в любую минуту - дверь-то не заперта! Но на что не пойдешь, ради работы и зарплаты. Лишь бы только закончилось все быстрее.
А Воропаев похоже не торопился. Или … не мог торопиться…Начал философствовать.
– Виктория, а ты не боишься, что потеряешь из-за меня своего «роскошного» жениха? Могут ведь доложить ему, доброхоты найдутся, - цинично ухмыльнулся Воропаев.
– Да какой он мне жених!- огрызнулась Виктория, злясь на Александра за медлительность.- Между нами ничего не может быть! Мы такие разные…
В этот момент дверь открылась, и на пороге возник Зорькин. Он давно стоял за дверью, все слышал, и решил не допустить столь низкого падения Вики – пожалеет ведь потом.