Чтение онлайн

— Хорошо поработала, девочка! — потирал ладонями Сперанский. — Но с программой-максимум пока повременим. Я понимаю, что тебе не терпится поскорее заработать. Однако Заварзины мне еще пригодятся. Сначала я их выжму до последней капельки, а потом… На кой черт сдались мне компаньоны? Надеюсь, у тебя с сыночком Игната не серьезно? А то смотри!

Она впервые слышала от «адмирала» неприкрытую угрозу в свой адрес.

— Плевать мне на него с высокой колокольни!

— Умничка!

— Но у Заварзина, кроме Константина, еще дочь и сын, — напомнила Аида.

— Это уже не твоя забота, деточка!..

Игнат Александрович, в отличие от Сперанского, паниковал и набрасывался на нее чуть ли не с кулаками.

— Деньги перечислены! Чего ты медлишь, дуреха? Ждешь, когда тебе приставят к горлу перо? Вижу тебя насквозь, шлюха ты подзаборная! Хочешь сначала окрутить Костяна, а потом дело сделать? Не выйдет!..

— Она подведет нас под монастырь, — жаловался он сыну.

— Ты, батя, главное — не психуй. Ей ведь тоже надо сделать так, чтобы все выглядело шито-крыто, — рассуждал Константин. — Не садиться же в тюрягу из-за старого пердуна? А значит, требуется время на подготовку мероприятия.

— Ты ей веришь? — спрашивал отец сына, но тот всегда старался уйти от прямого ответа.

Константин в эти дни пребывал в каком-то нервном возбуждении. Раньше он казался ей равнодушным и бездеятельным. Она даже считала его жертвой отцовского тиранства. Теперь же наметились перемены. Так бывает в незнакомой комнате, после ночного бдения, когда все предметы уже кажутся привычными, но с первыми лучами солнца комната вновь делается незнакомой.

— Знаешь, мы могли бы пожениться, — бросил он как-то между прочим. — Любви, конечно, нет, но ты ведь не из тех, кто ждет сказочного принца?

— А папу удар не хватит?

— Было бы неплохо, — без тени иронии заявил он.

— Ты желаешь смерти своему отцу? — решила она уточнить на всякий случай.

Ему с трудом далась пауза. Пришлось даже вытереть пот со лба.

— Было бы неплохо отправить его вслед за Сперанским.

— Ты серьезно?

— У Семена нет наследников, и я мог бы все прибрать к рукам, понимаешь?.. А батя… Он привык грабить, а не созидать. И вообще, он последнее время немного того…

Константин, конечно, врал, что может все прибрать к рукам. Ведь над ним стоял некий Дон, который со своей «вышки» наблюдал за тем, как они тут копошатся. И все-таки доля правды была в его словах. Папаша Заварзин никуда не годился, а вот сынок мог бы что-то урвать.

— Денег у меня кот наплакал, — оправдывался он перед ней. — Отец грабит меня подчистую. Забрал даже то, что я выиграл в покер. Поэтому я предлагаю тебе сделку. Выходи за меня замуж, и мы будем на равных паях в нашем бизнесе. Но сначала помоги избавиться от старика.

— Я подумаю…

Звонка из Москвы она ждала больше месяца.

После разговора с Денисом Аида поняла, что Дон — это не только название реки, и не только уважительное обращение к боссам сицилийской мафии, а еще и уменьшительное от литовского имени Донатас. И удивившее при первом и единственном телефонном разговоре четкое выговаривание слов с головой выдавало инородца, хорошо и правильно выучившего русский язык.

Он позвонил на другой день, после заключения сделки.

— Доброе утро! Вы уже проснулись? — начал он, как и в первый раз.

— Давайте сразу к делу! — отрезала она. — Мне уже порядком поднадоела вся эта история.

— Мне тоже. Но я терплю дольше вашего.

— Верю, но терпение не мой конец, Донатас.

— Откуда вы знаете мое имя? — Он так испугался, что сразу появился акцент. — Заварзин проболтался?

— Он точно не годится в партизаны?

Донатас выругался по-литовски, а она тут же повторила за ним вслух.

— Вы знаете по-нашему? — удивился он.

— Немного, — блефовала Аида. — У меня — мать литовка. — Теперь она тоже тщательно выговаривала слова.

— Это просто замечательно! — порадовался за нее Дон. — Мы могли бы вам помочь с убежищем, на случай…

— Надеюсь, что убежище мне не понадобится, — самоуверенно заявила она.

— Я не думаю так, — возразил Донатас. — Вам предстоит тяжелая работа. Догадываетесь, о чем я?

— Сперанский?

— И не только.

— Игнат?

— Желательно.

— Константин?

Тут он задумался. Она слышала в трубке его тяжелое дыхание.

— Возможно, — наконец выдавил он из себя, — хотя… А впрочем, партизан он действительно никудышный!..

В тот вечер лучше было не высовывать из дому нос. За окнами вьюжило. Неизвестный абстракционист так расписал стекла, что невозможно было разглядеть ртутный столбик на градуснике. А может, уже и не было никакого столбика?

Сперанский обещал прислать за ней машину.

Аида примеряла то одно, то другое платье, не зная, какое выбрать. И с драгоценностями тоже пока не решила. Знала только, что любимый, сапфировый гарнитур сегодня не наденет.

Неожиданно явилась Татьяна, какая-то взлохмаченная, с отмороженной щекой.

— Можно у тебя переночевать? Там уже совсем невыносимо.

— Конечно, только я сейчас уеду.

— Куда? Возьми меня с собой! Аидочка, пожалуйста!

— Не могу.

— Почему?

— Тусовка будет скучная, деловая…

— Ты едешь к Сперанскому? С этой тухлятиной Костей? — Глаза у Татьяны стали злыми. Мокрыми и злыми.

— Да, я еду к Сперанскому, — спокойно подтвердила Аида. — И там будет Константин. А тебе там делать нечего.

— Что? Что ты сказала? — Лицо Татьяны сделалось агрессивным. — Мне там нечего делать? Да знаешь ли ты, что дядя Семен меня нянчил? По-твоему, он не будет мне рад?

— Какое это имеет значение? Встреча сугубо деловая. И тебя, в конце концов, никто туда не звал! — Аида начинала раздражаться, она чувствовала полное непонимание со стороны Танюхи. Она ненавидела в людях беспринципность и бесцеремонность.