Чтение онлайн

– Это мой человек. – Мелодичный голос красавицы, удобно расположившейся за моим плечом, звучал так буднично-спокойно, как будто она попросила Лиса отдернуть штору.

Пополнившись еще одной боевой единицей, наш маленький отряд медленно отступил наверх. Пользуясь временным затишьем, спутники таинственной незнакомки разительно преобразились. Не успел местный священник прочесть отходную по тем, чей ужин сегодня был последним, как эта сладкая парочка предстала пред наши взоры в виде, вполне для нее подобающем, но мало согласующемся с моими представлениями о торговле.

Могучие торсы спутников красавицы обтягивали превосходные испанские кольчуги. Талия Бренда, точнее, то место, где обычно бывает талия, была охвачена широким поясом из буйволовой кожи, на котором в дорогих ножнах висел тяжелый норманнский меч. Короткое копье и небольшой круглый щит довершали его «купеческий» наряд. Экипировка «приказчика» была попроще. Вместо меча у него красовался длинный кинжал, а в руках он держал славную кавалерийскую секиру.

– Вы что, собираетесь развязать здесь небольшую войну? – любезно осведомился я.

Тяжелый взгляд был ответом на мой вопрос.

– Почему вы мне помогаете? – Вмешательство прекрасной дамы лишило Бренда возможности ответить на заданный мною вопрос. Впрочем, он и не проявлял к беседе особого рвения.

– Во-первых, под угрозой была жизнь и честь столь очаровательной леди. – Наградой за этот ответ была обворожительная улыбка, способная заставить замурлыкать льва. – Во-вторых, вас было пятеро против двух дюжин головорезов…

– А в-третьих, реши бы мы соблюдать нейтралитет, нас бы попросту затоптали в пылу схватки, – вмешался Лис. В дверь ударили чем-то тяжелым.

– Ну! Дело еще не кончено! – Лис поудобнее перехватил посох и потянул его в разные стороны. Бритвенно-острое лезвие ниндзято хищно сверкнуло в полумраке комнаты. Дверь снова затряслась от ударов, но петли и засовы еще держали.

– Самое время познакомиться, не правда ли, сударыня? Я – Вальдар Камдил сьер де Камварон. Моего друга зовут Рейнар Л'Арсо Д'Орбиньяк, славный менестрель из Гайрена. И поет он не хуже, чем сражается.

Тяжелый удар вновь обрушился на дверь. Красавица молчала, думая, казалось, о чем-то своем.

– Да! Вот еще! Если вы собираетесь рассказать нам сказку о купце и его супруге, то мы с другом разворачиваемся и уходим.

– Я – леди Джейн Эйстон, маркиза Венджерси, супруга лорда Томаса Эйстона, камерария короля Ричарда…

Повисшую в комнате тишину прервал новый удар в дверь.

– Сударыня, нам нельзя больше оставаться здесь. Германцы строят с похвальным тщанием, но даже такая дверь выдержит еще не более десяти ударов. Вам надо спасаться.

Мои слова, полные прелестной рыцарской куртуазности, на деле имели второе дно. Спасаться надо было нам всем. Если бы дело касалось только нас с Лисом, все было бы куда как проще. Окно комнаты, прикрытое сейчас ставнями, выходило в сад, примыкавший вплотную к конюшне. Когда бы нашим незваным гостям удалось выбить дверь, им бы осталось только горестно повторять про себя: «От топота копыт пыль по полю летит», но… Это прелестное «но» стояло за спиной своего псевдомужа, и в ее тонкой ручке недвусмысленно поблескивал изящный стилет, от удара которым не спасала никакая кольчуга. Юная леди была бледна, но я уже встречал такую бледность и готов был биться об заклад, что багровый лик ее спутника сулит куда меньшие неприятности.

– Я леди Джейн Эйстон, – медленно повторила она, – и я приехала для того, чтобы спасти своего супруга. Я это сделаю, даже если мне придется стереть этот мерзкий городишко с лица земли.

– Городок, ваше сиятельство, пусть стоит себе, как стоял, а в предприятии этом мы с Рейнаром будем рады вам помочь. Мы здесь почти по той же причине. Нам нужен господин вашего мужа.

– Король Ричард?

– Надеюсь, у маркиза нет другого господина? – Я продолжал свои упражнения в изящной словесности. Красавица отрицательно покачала головой.

– Кстати, друзья, вам не кажется, что нас перестали штурмовать? – Лис разочарованно вернул клинок в прежнее положение.

– Вряд ли. Скорее решили сменить тактику. В любом случае мы об этом непременно узнаем. – Робкий стук в дверь сопровождал мои слова.

– Господа, господа… – В голосе трактирщика слышалось сдерживаемое рыдание. – Сжальтесь, господа.

– Нет проблем, – вступил в чрездверные переговоры Лис. – Какие трудности?

– Они сожгут мою гостиницу, если вы не выйдете. Сжальтесь, я всего лишь бедный трактирщик. У меня четверо детей. Дочери на выданье. Я не хочу воевать. Я не возьму с вас денег за сегодняшний ужин. – Хозяин заведения начал нести откровенную околесицу.

– А мы что, пожарная команда? – Остроумие моего напарника достигло критической отметки.

– Эти сожгут… – согласился я с трактирщиком, подходя к окну и убирая ставень.

– Сожгут, сожгут, и сомневаться тут не приходится, – приободрил публику славный гайренский менестрель.

– Что вы намерены делать? – Голос маркизы звучал нежно, но властно. Видимо, наши словоизлияния ей были не по нраву.

– Во-первых, начать переговоры…

В комнате повисло гнетущее молчание. В какой-то миг стало слышно, как по темным углам стремительно маршируют тараканы. Лицо прекрасной маркизы пылало гневом.

– Я дочь и жена рыцаря и не намерена вступать в переговоры с какой-то шайкой холопского отребья.

В этом я не сомневался. Ни в одном, ни в другом. Судя по взглядам ее спутников, в единодушном их желании продолжить прерванное развлечение тоже не было сомнений. Не знаю уж, как там Дарвин со своей бредовой теорией, но эти люди были явными предками бульдогов. И все же, что там ни говори, на стороне маркизы был неоспоримый перевес в один голос. Я всегда был противником демократии в критических ситуациях. Пора было брать командование на себя.

– Сударыня, если вас это хоть как-то утешит, то мы имеем дело с профессиональными солдатами.

Вновь воцарилось молчание. За дверью жалостно поскуливал кабатчик.

– Эй, милейший, – окликнул я бедолагу, – пусть сюда придет их начальник. Мы будем вести с ним переговоры.

На лестнице за дверью послышался дробный топот башмаков убегавшего толстяка.

– Почему вы решили, что это солдаты? – спокойно осведомилась прекрасная леди.

– Это ясно, как Божий день. Только солдаты едят, быстро запихивая в себя большие куски мяса. Они пьют, как солдаты, не считая денег. Они дерутся, как солдаты. Не правда ли, коллега? – призвал я в свидетели угрюмо молчавшего Бренда.