Интуиция
Шрифт:
Лина подошла к летней площадке, отмечая, что подруга еще не пришла. Села за излюбленный столик и задумчиво подперла голову кулачком. Можно было бы пойти погулять по городу, но кризис миновал и желание насолить всему миру в целом, и Валентину в частности, уже прошло. Да и не хотелось провоцировать последнего. Как бы там ни было, а Лина прекрасно понимала, скольким обязана мужчине. Да, он был жёстким, но благодаря ему — она была. Просто существовала…
Не факт, что девушка еще была бы жива, не поселись Валик когда-то с ними, по многим причинам…
— О чем грустишь? — Звонкий, полный веселья голос подруги, вырвал Лину из очередного приступа самоанализа.
Девушка улыбнулась и подняла голову. Но, стоило Лене посмотреть на нее, как все веселье, словно ветром сдуло. Подруга потрясенно разглядывала ее несколько мгновений, а потом, пораженно покачав головой, опустилась на стул напротив. Лине было непонятно такое ее поведение.
— Что такое, Лен? — Заволновалась она.
— Это Валентин так тебя? — Лена даже рассердилась. — Какого черта ты терпишь такое?!
— Ты о чем? — Не поняла сначала Лина, но быстро вспомнила о синяке, который поленилась замазывать тональным кремом сегодня утром. Она ловила сегодня много взглядов, направленных на ее лицо, но спросить о причине одногруппники стеснялись, а вот Ленке, такт не был присущ. — Ой, ты о синяке? Нет, это не Валик. — Отмахнулась Лина. — Это… — и замолчала, даже подруге она не рассказывала о своей матери. Все думали, что девушка сирота и живет только с Валентином. — Об дверь ударилась. — Наконец, с улыбкой ответила она. — Ночью встала, свет включить поленилась, и со всего размаху врезалась в приоткрытую дверь.
Но Ленка только скривилась.
— Ага, я так и поверила. В дверь. Ничего умнее не придумала? — Девушка была почти в ярости, и это смешило Лину. — Я бы на твоем месте ушла от него. — Ленка сердито сложила руки на груди. — И вообще, я скажу этому Валику пару ласковых, когда он приедет за тобой.
— Ленка, да ты чего? Это не он, правда. — Лина подняла руку, подзывая официантку.
— Лина, ты что, думаешь, я слепая? Это же не первый раз, когда ты в синяках ходишь, хоть и не на лице до этого были. И я вижу, как этот варвар смотрит на тебя, и на тех, кому не посчастливилось оказаться рядом. — Лена, определенно, пыталась образумить подругу, но та, только пожимала плечами.
— Давай закроем эту тему, Лен. Это не Валик. Я ударилась об дверь. — Лина заказала мороженное и кофе.
— Угу, как же. — Подруга не была довольна этим, но смирилась, и сама, поворачиваясь делать заказ.
— Сколько у тебя экзаменов? — Обернулась Лина к девушке, когда официантка отвернулась.
— Четыре. — Тяжко вздохнула та. — И, при том, с перерывом в три дня, всего. А у тебя?
— Три на этой сессии. Но все нормальные. По одному, даже, возможно автомат поставят.
— Везет. Думаю, может мне у брата денег выпросить, да о последнем экзамене договориться, и на море с Санькой укатить раньше. — Лена мечтательно прикрыла глаза.
В этот момент вернулась официантка, принося их заказ и не давая возможности Лине ответить. Когда девушка удалилась, расставив чашки и пиалы, подруги вернулись к теме разговора.
— Море, — Лина вздохнула. — Море это здорово. Может, и стоит того. А брат согласиться?
— А куда он денется? — Злорадно усмехнулась Ленка. — А ты что, собираешься куда-то ехать в этом году?
— Нет, наверное. — Подруга расстроено покачала головой. — У Валика заказов на все лето. Некогда.
— Так едь сама. Или твой Отелло тебя не отпустит? — Иронично подняла бровь Ленка. — Можешь с нами поехать.
Лина задумалась. Она никогда даже не представляла, что может уехать без Валика куда-то. Она и жизни без него не представляла. Он был ее стабилизатором. То, что периодами она впадала в истерику, и убегала от него — ничего не значило. Лина всегда знала, что Валентин ее найдет. Этот мужчина был единственной константой в ее жизни. И она всегда видела только два варианта: или самоубийство, когда было очень плохо на душе, или Валик, хоть он и бесил ее, хоть и заставлял девушку чувствовать себя беспомощной и зависимой, не слышал и не слушал ее. И пока, второй вариант побеждал всегда…
— Эгей, ты где? — Лена помахала рукой перед носом Лины. Та встрепенулась, понимая, что отвлеклась. Все-таки, те таблетки, которые Валик засунул ей в рот сегодня утром, слегка затормаживали, решила про себя девушка.
— Да тут я, тут. — Проворчала она, но увидела, что подруга уже не слушает ее, смотря за спину Лине, радостно улыбаясь и маша кому-то рукой. Девушка обернулась, чтобы выяснить причину такого поведения.
— Смотри, кто тут появился! Это мой брат, наконец-то я вас познакомлю. — Ленка нетерпеливо дергала ее за руку, а Лина наблюдала, как, кивнувший на приветствие Лены мужчина, направляется к их столику.
*************************
Дима весьма удивился, увидев свою сестру за столиком летнего кафе. Когда он звонил ей утром, Ленка заявила, что всю вторую половину дня будет занята, проводя время с Сашенькой. А брат не очень и настаивал, так как не собирался в очередной раз выслушивать нравоучения.
Хотя, с другой стороны, он любил свою сестру. И, после того, как они потеряли родителей шесть лет назад — у него не было больше близких родственников. В тот день, на кладбище, стоя возле закрытых гробов, которые нельзя было открывать, чтобы не травмировать психику пришедших прощаться, брат и сестра забыли обо всех распрях и ссорах, которые стояли между ними раньше. Они не договаривались об этом, просто посмотрели в одинаковые карие глаза — и поняли друг друга без слов. И сейчас, Димка старался встречаться с Леной как можно чаще, уделяя внимание и заботясь о младшей, но, понимал, что у нее вполне может быть и своя, личная жизнь.
А потому, хоть и была эта встреча неожиданной и незапланированной, но от того — не менее приятной. И Дмитрий с радостью перешел дорогу, направляясь к столику, за которым сидела Лена.
Она была не одна. Какая-то девушка, устроившаяся к мужчине спиной, что-то говорила его сестре, а потом, повернулась узнать, что привлекло внимание ее собеседницы.
Дима присмотрелся к спутнице Лены внимательнее, уже почти приблизившись к столу. Было в ней что-то, смутно знакомое. Вот только, где он ее видел? Мозг, измученный напряженной неделей работы и расплавившийся от жары, отказывался вспоминать.