Чтение онлайн

Вот только никого на этом перекрестке не было. Кроме моего знакомого гнома. Будь он неладен. Прислонившись к основанию фонарного столба, гном подбрасывал и ловил монетку — механически-ловко, точно машина. Я остановил мотоцикл, и мы с Бруно спешились.

— Торвольд? — окликнул я гнома. — Сын Орвольда, из Твердыни Горного Короля?

Гном изловил монетку, зажал в кулаке и отошел от фонарного столба.

[ИнСг]

— Здорово, Макс, — процедил он. — Амбер сегодня не смогла прийти — застряла в реальном времени. Она мне перепоручила тебя подождать.

[ИнСг]

Торвольд оценивающе оглядел Бруно с головы до пят и обратно, после чего поинтересовался у меня:

— Ну, Макс, а дружок твой кто будет? Мальчики Вермишелли не ждут, пока их представят честь по чести.

— Бруно, сын Рокко, из фамильи Таталья. — С этими словами мой «дружок» выступил вперед и протянул гному руку. Гном взял его руку в свою. Пожал. Переглянувшись, они улыбнулись друг другу, точно старые друзья, нашедшие друг друга после долгой разлуки.

Я решил тоже вставить словечко:

— Вы что, знакомы?

Бруно покосился на Торвольда, Торвольд — на Бруно. И они явно пришли к какому-то общему решению без помощи слов.

— Скорее дальние двоюродные братья, типа, — сообщил Бруно.

— Хорош костюмчик, — произнес Торвольд, поглаживая штанину Бруно и абсолютно игнорируя меня. — «Форпост-Софтшелк»?

— «Корво Новус», — ответил Бруно. Гном кивнул с видом знатока.

Прокашлявшись, я вновь вмешался в разговор:

— Слушайте, мне жаль прерывать ваше семейное воссоединение, но мы вроде как должны обговорить важное дело?

Торвольд покосился на Бруно. Между ними вновь сверкнула почти зримая дуга из непроизнесенных слов.

— Да нет вообще-то, — возразил Бруно. Гном кивнул:

— Ты сюда приехал и привез Бруно. Само собой ясно, что ты согласен работать, и все пойдет через дона Вермишелли. Правильно?

— Именно, — отозвался Бруно. Они оба посмотрели на меня.

— Так что спасибо, и спокойной ночи, а Амбер с тобой свяжется в ближайшие двадцать четыре часа. Можешь идти. — Честно говоря, я даже не сообразил, кто из них двоих это сказал.

Что верно, то верно — мне там больше нечего было делать. Я вернулся к «харлею», оседлал его и пинком вернул двигатель к жизни. Подняв подножку, я выжал первую скорость, грохнул сцеплением, газанул, как сам дьявол, и унесся в облаке ревущих выхлопных газов, под визг горящих покрышек.

И тут произошло совсем уж черт-те что. Перед тем, как свернуть за угол, я глянул в зеркало заднего вида, и мне показалось, будто Бруно с Торвольдом буквально сли-па-ют-ся вместе, превращаясь в бесформенный ком. Но когда я оглянулся, чтобы посмотреть повнимательнее, то был уже за углом — ничего больше не было видно.

Списав это видение на усталость, я направился к своей точке выхода.

Тут возникает естественный вопрос: зачем напрягаться и пилить по Сети до конечного пункта? Макс уже продемонстрировал нам свое умение катапультироваться из виртуальности с помощью одного-единственного слова и даже выходить из нее таким первобытным способом, как физическое снятие наушников с головы и отключение компьютера. Ведь, что бы ни случалось в виртуальной реальности, это лишь приключения информации, а реальный Джек Берроуз сидит себе спокойно в доме своей матери, в комнатке напротив кладовки — и хоть бы хны! Единственная опасность, которой он подвластен, — риск атрофировать ягодичные мышцы от постоянного сидения на одном месте. (Тем читателям, которые верят, будто сознание Джека возможно каким-то чудодейственным электронным образом изъять из его черепной коробки и смонтировать заново где-то вне его органического мозга, я бы очень посоветовал немедленно завязать с изучением основ компьютерной теории и записаться на курсы «Черная магия за десять уроков».) Итак, повторим вопрос: зачем напрягаться и обязательно плыть по Сети до виртуального выхода?

А затем, что так поаккуратнее будет. Во-первых, сам стиль приятнее. Во-вторых, ты не разбрасываешь по всей округе осиротевшие процессы и обрывки мусорных файлов. Кому охота, чтобы его называли кибергрязнулей? Не плюй на чистоту. Не надо мусорить.

Я без проблем выбрался из худшей части Токси-Тауна, нашел вполне прилично сохранившийся отросток ейи-лианы и, газуя, пулей помчался к Инфостраде. Отросток взмыл над чащей местных инфосорняков, превратившись в виртуальный виадук. Впереди уже показалась величественная громада инфокомплекса корпорации УНИСИС… и вдруг дорога передо мной взорвалась. Над асфальтом расцвели гроздья оранжевых шаровых молний, взметнулся ревущий, ярко-синий огненный гейзер.

Ой, бли-и-ин. Я узнал оружие по почерку. ПЛАЗМО-ПУШКА. Нажав на тормоз, я попытался заложить вираж и развернуться на 180 градусов. Получилось.

Залп мини-артиллерийских орудий прошил асфальт справа от меня. Дорога позади взлетела на воздух, сгорела в оранжево-голубом пламени уже знакомых мне молний и гейзеров.

Вот так, нежданно-негаданно, мне пришел каюк. Я завяз, как в ловушке, на стоярдовом отрезке свободно парящего в пространстве виртуального виадука. С обеих сторон от дороги остались лишь дымящиеся руины. Единственный выход — прыгать. Прислонив мотоцикл к ближайшим перилам, я поглядел вниз. Далеко-далеко подо мной мелькнула стая птеродактилей, гнавшихся за эскадрильей крохотных одномоторных самолетов-истребителей. Токси-Таун остался на дне пропасти — на глубине в милю с лишним. К тому же мне было кристально ясно, что раз я нахожусь на виадуке, а виадук парит себе в воздухе безо всякой видимой опоры и ни фига не падает, гравитация тут с бо-о-льшими причудами.

Достав из кармана свой виртуальный кольт 45-го калибра, я проверил боезапас. Семь патронов. Не бог весть какая защита от неизвестного злодея с плазмопушкой, но черт возьми, я хотел заглянуть в лицо моему противнику ДО ТОГО, как меня выпрут в реальное время коленкой под зад.

И неизвестный противник пошел навстречу моим желаниям. Я еще подыскивал себе удачную оборонительную позицию, когда воздух над дальними перилами засветился, бронированное поле сверхневидимости постепенно отключилось и колоссальный боевой робот крайне страхолюдного вида, фракталируя, обрел зримые очертания. Я дал по нему несколько выстрелов — так, наудачу. Виртуальные пули отскочили рикошетом от блестящего, хромированного корпуса робота — и все дела.

Подождав, пока я отстреляюсь и опущу кольт, робот опустил дуло своей плазмопушки, втянул разгоряченную мини-артиллерию обратно в корпус и морфировал в…

В ЭЛИЗУ.

Ей-богу, я предпочел бы робота.

— Привет, Макс, — проговорила она, ступая по дымящемуся, выщербленному, изуродованному пулями и снарядами виртуальному асфальту. — Давно не виделись.

— Можно было и дольше, — брякнул я. И задумался о двух последних патронах в обойме моего кольта: успею ли я поднять револьвер и выстрелить до того, как она морфирует обратно в робота или кого похуже. Остановившись футах в шести от меня, Элиза уставилась на меня с гримасой, какие обычно приберегают для рассматривания отвратительных насекомых, насаженных на булавки.