Интерфейсом об тейбл
Шрифт:
Я вопросительно выгнул бровь.
— Джек, я серьезно. Соглашайся. Если денежный аспект тебя смущает, скажи себе, что делаешь это ради прелестной Амбер — она ведь просто спит и видит, чтоб ты ее трахнул.
— Но…
— Хватит «нокать»! И ДАВАЙ, ЖРИ СВОЙ ХРЕНОВ ЗАВТРАК! КАКАЯ ТЕБЯ МУХА УКУСИЛА! УЖЕ ДЕСЯТЬ МИНУТ СИДИТ — ВОЗИТ ЕДУ ПО ТАРЕЛКЕ, А ЕЩЕ НИ КУСОЧКА НИ СОЖРАЛ! БУЛОЧКА ОСТЫЛА, ЯИЧНИЦА СМЕРЗЛАСЬ, А ОН…
После этого взрыва эмоций мы успокоились и приятно позавтракали, а потом мило поболтали. Безумные идеи о побеге за границу вскоре были забыты; Ле-Мат пообещал найти мне подходящую роль в своей консультационной фирме, как только истечет мой договор с МДИ о взаимообороне против конкурентов («Мне давно кажется, что в фирму „Дж. Ле-Мат и компаньоны“ недурно было бы взять хотя бы одного реального компаньона»). Как следствие Ле-Мат устроил мне краткую экскурсию по своей столово-компьютерной и показал, каким новым фокусам научил «СЕКРЕТа» — свой персональный СуперВэкс. Ле-Мат — единственный на свете владелец (про других я не слышал) персонального СуперВэкса, а также специально укрепленных балок и половиц, которые выдерживают его тяжесть,, резервуара с жидким азотом для его охлаждения и целого Ле-Маттовского музея устаревших систем, занимающего большую часть того, что принято называть цокольным этажом.
Как обычно, экскурсия завершилась осмотром его оружейного сейфа (точнее, оружейной комнаты-сейфа), где Ле-Мат похвалился мне своим новейшим приобретением для коллекции наступательного вооружения — камнеметом «СР-25». Я, как диктуют приличия, в нужных местах вставлял ликующие вопли и ахи, хотя, по моему разумению, все эти железки делятся на три основные категории: высокотехнологические (черные, с пластмассовым прикладом), «нормальные» (коричневые с деревянными прикладами) и всевозможные подвиды «АК-СТ-47» («СТ», насколько мне помнится, означает «спецтеррористический»).
Потаскав стволы автоматов, мы принялись за легкий второй завтрак. Все это время Ле-Мат меня уговаривал принять предложение Амбер. И к концу трапезы почти уговорил.
— А для начала нам надо офис снять, — говорил он, провожая меня до машины. — Электричество, заблокированные телефоны, инфолиния ОС1…
— Чего-о? — остолбенел я. — Офис? Я думал, мы открываем лавочку только ради одного задания.
— Все равно офис нужен, — пробурчал Ле-Мат. Остановился, обернулся, смерил меня испытующим взглядом. — Ты что, решил все это делать из мамочкиного дома? Воображаю!
При желании Ле-Мат мог до ужаса виртуозно сымитировать голос моей матери:
— ДЖЕ-Е-ЕК! ДЖЕ-Е-ЕК! Я ЗНАЮ, ЧТО У ТЕБЯ МИЛЛИОННЫЙ КОНТРАКТ, НО ОТ ТВОЕГО КОМПЬЮТЕРА У МЕНЯ ОПЯТЬ ВСЕ НА ЭКРАНЕ ПЛЫВЕТ!
Я зашагал к машине:
— Ладно, согласен. Мне нужен офис. Что еще? Ле-Мат начал загибать пальцы, составляя в уме список:
— Ну, телефонный номер, конечно. Коммерческий канал Сетедоступа, чем шире, тем лучше: ОС1 как минимум, ОСЗ — самое оно. Спутниковая антенна тоже не помешает. Но прежде всего надо тебе подыскать фирму-ширму.
Мы дошли до моей машины. Я потянул за ручку, и дверца отворилась, издав ржавый скрежет.
— Ширму? Зачем? Ты же вроде говорил… Ле-Мат перешел на вкрадчивый, заговорщический шепот:
— Ну, это просто на тот случай, если красотка Амбер не так чиста, как из себя строит. Ей не стоит знать, как на самом деле зовут МАКСА_СУПЕРА. А потому и нельзя позволять, чтобы она вышла на него, выследив свои денежки.
Выгнув бровь, я в очередной раз подверг сомнению целесообразность моего участия во всем этом безобразии.
Но Ле-Мат сокрушил меня своей обезоруживающей улыбкой:
— Поверь мне, Джек, в консультационном бизнесе такое — в порядке вещей. Клиенты хотят сохранить анонимность; консультанты оберегают своих субподрядчиков и конфиденциальные источники. Пока мы честно составляем отчеты для налоговой инспекции и вовремя подаем декларации, ничего такого противозаконного в нашей деятельности нет.
— Да, но…
Ле-Мат вновь улыбнулся, дружески хлопнул меня по спине:
— Предоставь все детали мне, Джек. Сегодня я кое-кого обзвоню, и к вечеру фундамент будет готов. В клубе встретимся и все обсудим. Часов в семь нормально?
— Конечно…
Стоп, минуточку… Т'ШОМБЕ. Проницательные глаза Джозефа уставились на меня:
— Что такое? На сей раз пришла моя очередь улыбаться:
— Да так, ничего. Просто… я сегодня не могу. У меня вечером свидание.
И в этот миг наконец-то, после долгих лет знакомства, я узнал, как вызвать у Ле-Мата гримасу изумления.
— Ай да Джек! Ай да кобель хитрожопый! — вскричал он и, широко ухмыльнувшись, хлопнул меня по спине — я чуть не растянулся плашмя на асфальте. — Значит, сорвешься сегодня с резьбы, да! На метро да в рай небесный! Под подолом соловей о две половиночки! — Схватив меня за правую руку, он так крепко ее встряхнул, что чуть часы не слетели. — Забудь про клуб, сынок! Иди погуляй и найди свое счастье — это приказ, рядовой Берроуз! Все сегодняшние дела беру на себя — но завтра чтоб мне представил полный рапорт о встрече! — Отвесив еще одну оплеуху моей спине, Ле-Мат буквально впихнул меня в машину. Я запустил мотор, развернулся, поехал к воротам. В зеркало заднего вида мне было видно, как Ле-Мат, не в силах успокоиться, ухмыляется, машет, вопит и потрясает кулаками. Но вот я повернул, и мой друг исчез из поля зрения.
А знаете, я должен сознаться, что вначале мои мысли были заняты одним-единственным аспектом грядущего свидания с Т'Шомбе — а именно, даст она мне или нет. Но после всех этих суперменских, кобелиных и прочих подначек Ле-Мата я почувствовал себя… мягко говоря, дешевым мошенником. Меня мучило ощущение, что своими планами и грезами я заочно оскорбляю Т'Шомбе.
«КЛАССИЧЕСКИЙ ОБРАЗЧИК ТВОЕГО ОБЫЧНОГО ХАНЖЕСКОГО ПОДХОДА К ЖЕНЩИНАМ, — саркастически заметил мой внутренний голос. — ВОТ ПОЧЕМУ В ШКОЛЕ И УНИВЕРЕ ТЫ НЕ ПРОДВИНУЛСЯ ДАЛЬШЕ ХОЛОДНЫХ РУКОПОЖАТИЙ, ЗАТО СПОРТ-МАНЬЯКИ ИМЕЛИ ВСЕХ И КАЖДУЮ. ВОТ ПОЧЕМУ, ЕСЛИ Б НЕ ДАРЛЕНА ФРАНЕЦКИ, ТЫ БЫ ТАК И ОСТАЛСЯ ДЕВСТВЕННИКОМ. ВОТ ПОЧЕМУ У ЭТОГО НАГЛОГО ВИРТУАЛЬНОГО МЕРЗАВЦА МАКСА__СУПЕРА ЕСТЬ ИНТИМНАЯ ЖИЗНЬ — А ТЕБЕ ОНА И НЕ СВЕТИТ. НЕ ВЕРЬ БАБСКОМУ ВРАНЬЮ — НА САМОМ ДЕЛЕ ВСЕ ОНИ ВТАЙНЕ МЛЕЮТ ОТ САМОВЛЮБЛЕННЫХ ПОДЛЕЦОВ, КОТОРЫЕ ИЗ НИХ РАБЫНЬ ДЕЛАЮТ».
45
ДАРЛЕНА ФРАНЕЦКИ
Она же «Феноменальный ходячий банк спермы». В свою бытность учеником выпускного класса средней школы я имел с г-жой Франецки бурный роман, который начался после того, как она завалила контрольную по алгебре за полугодие, и завершился, когда она наконец осознала, что математические познания НИ В МАЛЕЙШЕЙ СТЕПЕНИ не передаются при интимном контакте. Разочаровавшись в точных науках, она увлеклась хоккеем и подружилась с командой — со всей командой — а в итоге сделалась президентом Маунт-Паркского отделения организации «Будущие многодетные матери-одиночки Америки».
Угу, похоже на правду — но это их, бабское, дело. Я все равно не такой. Посоветовав моему саркастическому внутреннему голосу заткнуться грязным носком, я принялся вычислять, успею ли сбегать с моей спортивной курткой в химчистку.
Среда, 7 часов вечер а. Я находился на автостоянке у ресторана на углу Уорнерской и Шестьдесят Первого. Непринужденно прислонившись к капоту моей «тойоты», я любовался величественным закатом, распростершим свои алые крылья над островом Гарриет и мусорообогатительным комбинатом, а также смаковал плодородные, плотские запахи прекрасного теплого весеннего вечера.
Естественно, ветер дул с востока.
Стая перелетных «харли-дэвидсонов» пронеслась по Шестьдесят Первому шоссе на юг, и эхо от урчания их выхлопных труб еще долго разносилось по окрестностям, пока не исчезло где-то за горизонтом. Я отошел от машины, отряхнул одежду пониже спины и в очередной раз глянул на часы.
7:17.
Такие долгие опоздания — не в духе Т'Шомбе. Правда, за то время, пока мы работали вместе, она сто раз меня всячески разыгрывала, и есть определенная вероятность, что и сейчас я пал жертвой какой-то дикой, финальной, унизительной шутки…