Шрифт:
Пролог
Тим Бедросо, Вершитель Великого Мерканского Ордена, пребывал в довольно скверном душевном состоянии.
И дело было вовсе не в том, что Белинда Свит, третья жена Вершителя, кажется, нашла себе нового ухажера… В конце концов проучить мокрохвостую сучку - много труда не потребуется! Ишь, Сладкая[1] нашлась! Сладкая моя! Сегодня ты сладкая от шоколада и парфюмерии, а завтра - от свежепролитой крови. Твоей, между прочим, крови…
Нет, скверное душевное состояние Вершителя объяснялось совсем другим.
На границе рукава Персея и межрукавного пространства, в районе звезды, в систему которой входит планета Истмейн, разведка обнаружила увеличение активности новобагдадского флота.
Какого дьявола понадобилось возле Истмейна халифу Усману Одиннадцатому, пока было не понятно - то ли муслимы готовились к реальному пограничному конфликту, то ли просто проверяли, как организована защита сектора. Слава Святому Рону, мерканские разведчики не проспали эту возню, и пару дней назад возле Истмейна появились несколько фрегатов военно-морских сил Ордена, переброшенные из других секторов, ограничив своим присутствием неведомые аппетиты муслимов. Но было бы неплохо прибавить к мерканским фрегатам и парочку росских кораблей. Тогда бы Усман сразу сделался поосторожнее, не надеясь на своего Аллаха.
Но что- то император Владислав Второй в последнее время стал себя вести подобно трусливому зайцу. Понятное дело, внутри Росской Империи у него противников не меньше -а пожалуй, и побольше, - чем сторонников. И то, что откинул копыта Владиславов наследник, весьма неплохо, ибо еще больше привяжет Империю к Ордену. Прямо скажем, вовремя отправился к праотцам цесаревич Константин, очень вовремя. Слава Святому Рону, болезнь эта, прогерия, оказалась как нельзя кстати. Ибо чем дольше просидит на императорском троне Владислав, тем больше пользы будет Великому Мерканскому Ордену. Ей-ей, кабы этой прогерии не существовало, ее воистину следовало бы придумать - по крайней мере, хотя бы в отношении цесаревича…
Слева от стола, за которым сидел Бедросо, вспыхнула видеоформа Джастина Грина.
– Вершитель! К вам с визитом Кен Милтон.
Бедросо очнулся от размышлений:
– Просите, обращенный!
Секретарь кивнул.
Видеоформа исчезла, а Бедросо встал из-за стола, снял с левого рукава кителя пылинку и шагнул в сторону двери.
Конечно, по этикету он вовсе не обязан был встречать Милтона на ногах, но ведь сейчас не торжественное мероприятие во Дворце приемов, а встреча, носящая совершенно деловой характер. Тут они - не руководитель и подчиненный, а два соратника. Тем более что оба являются членами СиОрг. То есть представителями самой что ни на есть высшей элиты…
Дверь дематериализовалась, и Милтон стремительно шагнул в кабинет.
– Слава Святому Рону, Вершитель!
– Слава, слава, Капитан!
Между своими можно было обойтись и без излишнего пафоса. Старик Хаббард переживет, где бы он сейчас ни находился…
– Проходите, Кен!
Бедросо материализовал стол для деловых бесед и пару низких кресел, и двое адептов уселись друг напротив друга.
– Что вас привело ко мне, Кен, во внеурочное время?
Было, конечно, и самому распоследнему глупцу понятно, что Капитан Офиса Добрых Дел явился к главе государства не чаю попить. Но ведь с чего-то надо начинать беседу. Не говорить же Милтону: «Капитан, не могли бы вы проверить, перед кем в последнее время раздвигает ноги моя третья жена?»
– Интересы государственной безопасности, Вершитель.
А то бы он сказал главе Ордена что-либо иное!…
– Дело в том, Вершитель, что мы получили от нашей агентуры с Нового Санкт-Петербурга чрезвычайно важную информацию.
Бедросо стиснул зубы, чтобы не вздрогнуть. И вновь снял с рукава кителя пылинку, на сей раз несуществующую.
Стоило только подумать о Владиславе, и вот тебе!… Мысли облекаются в материю! Вернее, в информацию…
– Если о смерти цесаревича Константина, то мне уже доложили… - Тим Бедросо откашлялся: в голос проникла предательская хриплость.
– Это, бесспорно, важное известие, но я не вижу в случившемся ничего страшного.
Милтон кивнул: ему как государственному чиновнику были прекрасно понятны все плюсы и минусы безвременной смерти росского наследника. Плюсов, разумеется, было больше…
Однако мрачное лицо Капитана и не подумало проясниться, и Вершитель вдруг понял, что сейчас прозвучит совсем другая, более неприятная новость.
– Дело в том, Вершитель, что у императора Владислава Второго обнаружился еще один наследник.
Бедросо снова сумел не вздрогнуть.
И снял с рукава очередную несуществующую пылинку. Ему показалось, что все сегодняшнее утро он ждал именно этой новости.
Ксену тебя побери, Милтон, да что же ты все кота за хвост тянешь! Давай же быстрей!
– Тут я должен напомнить вам, - продолжал Капитан, - о событиях уже немалой давности.
– Он потер ладони друг о друга, будто ему стало холодно.
– Более пятнадцати лет назад Его величество росский император закрутил любовь с очередной фавориткой, Еленой, дочкой графа Ивана Шувалова, и от связи этой девица забеременела ребенком мужского пола. Владислав, которому не удалось заставить Елену избавиться от плода, попросил кое-кого из работников своих спецслужб устроить непослушнице несчастный случай. Но тут, к сожалению, в дело вмешались люди, находящиеся в оппозиции к императору, те, кто всячески выступал против ориентации Владислава Второго на Великий Мерканский Орден. В результате императору подсунули обманом труп другой, совершенно посторонней женщины, а графиню Шувалову тайно выдали замуж за одного из простых военных и отправили на Периферию, спрятав от глаз императора и его сторонников. В должное время ребенок родился, и сторонникам Владислава только через пять лет удалось обнаружить, где его прячут.
Бедросо вспомнил эту историю.
Действительно, что-то этакое случилось. Но ведь, помнится, тогда было решено принять определенные меры…
– Разве бастарда не уничтожили? Там же, мне кажется, кто-то из адептов Святого Рона принимал участие.
– Да, наши сторонники в окружении росского императора обратились к нам за помощью. И Офис Добрых Дел участвовал в этом предприятии, поскольку капитан капера, осуществившего нападение на планету, где прятали ублюдка, был мерканским агентом.
Вершитель сдержанно кивнул: ему было прекрасно известно, что большинство капитанов пиратских каперов нейтральны не больше, чем руководители государственных разведок.
– К сожалению, - продолжал Милтон, - самого бастарда наши люди захватить не сумели. Мамаша его, графиня Елена Шувалова, оказалась крепче, чем думали. Да и те, кто нам противостоял, очень быстро отреагировали на угрозу, поскольку имели неподалеку боевое подразделение флота. Каперу пришлось убраться с планеты без щенка. Посчитали тогда, что бастард при захвате периферийного мира погиб.
– Милтон снова потер ладони.
– Однако вот теперь выяснилось, что его спасли «росомахи». Они же и воспитали ублюдка.